Страница 61 из 70
Я подняла взгляд на старика. Мой дар парапсихолога внезапно показал мне его ауру— она была истонченной, но чистой, как горный хрусталь. В нем не быловраждебности. Только усталость человека, который слишком долго хранилчужие тайны.
— Помогите нам, — я потянулась к его руке. — Вы тридцать лет изучали этот мир.Вы знаете, как нейтрализовать яд спорыньи.
Павел Петрович долго смотрел в мои глаза. Я видела в его зрачках отражение свечии борьбу между желанием дожить свои дни в покое и искрой врачебного азарта,которая не гаснет даже через десятилетия забвения.
— У меня есть антидот, — наконец сказал он. — Вытяжка из коры змеиного дерева исок горного мака. Это разжижает кровь. Но есть проблема: Король должен принятьэто за час до операции. А Доминик лично пробует всё, что подают Эдуарду.
— Я сделаю это, — мой голос прозвучал твердо. — У меня есть дар. Я смогу отвлечьего или внушить ему, что он уже проверил кубок.
Старик встал, кряхтя, и подошел к одному из стеллажей. Он достал крошечныйфлакон из темного стекла. — Здесь жизнь вашего барона и вашего сына. Ибудущее этого мира. Если вы ошибетесь..
— Мы уже один раз умерли, Павел Петрович, — я взяла флакон. — Вторая смерть намне страшна. Страшно не довести дело до конца.
— Идите, — он махнул рукой, снова садясь за стол. — И скажите своему Генри..пусть шьет аккуратно. В девяностых мы в Москве использовали полипропилен, аздесь у него будет только золото. Пусть не торопится.
Я выбежала из библиотеки, прижимая флакон к груди. Время ускорилось. Каждаясекунда теперь имела вес свинца.
Вернувшись в наше крыло, я застала Генри в состоянии предельной концентрации. Онраскладывал инструменты на кипяченом полотне. Ганс точил ланцеты, а Семён сиделу окна, глядя на шпиль центральной башни, который в ночи пульсировал синим.
— Прош, — я подошла к мужу, задыхаясь. — У нас новый вводный. Операция — этоловушка.
Я быстро пересказала ему разговор с Павлом Петровичем. Генри слушал, непрерывая, лишь его пальцы, сжимавшие зажим, побелели.
— Тромбоз.. — прошептал он. — Как я мог это упустить? Это же классика заговора.
— У нас есть антидот, — я показала флакон. — Но нам нужен доступ к Королюсейчас, ночью.
— Доминик перекрыл входы, — Генри посмотрел на сына. — Сёма?
Семён обернулся. Его глаза теперь светились ровным сапфировым светом. — Япроведу тебя, мама. Я чувствую структуру замка. В стенах есть пустоты —старые дымоходы и тайные ходы. Металл в них ведет меня. Мы пройдем мимо стражитак, что они не заметят даже колыхания воздуха.
— Ганс, остаешься здесь, — скомандовал Генри. — Если через час мы не вернемся —пробивайся к воротам.
Мы вышли в коридор. Семён шел первым, его рука едва касалась стен, словно ончитал шрифт Брайля. Я следовала за ним, чувствуя, как мой дар парапсихологасплетается с его новой силой, создавая вокруг нас кокон невидимости.
Мы пробрались в опочивальню Короля через потайную дверь за гобеленом. Эдуардспал, его дыхание было прерывистым, хриплым. На страже у кровати стоял БратДоминик. Он не спал. Он читал молитвенник, и его аура — то самое мертвое белоеполе — заполняла всю комнату.
Я жестом велела Семёну замереть. Это был мой выход. Битва двух воль.
Я сосредоточилась, собирая всю свою энергию в один мощный импульс. Я неатаковала его. Я начала «рисовать» в его сознании покой. Тишину. Запахстарого ладана, который он так любил. Доминик на мгновение замер. Его взглядостекленел. Для него время остановилось.
Я скользнула к кровати Короля. Мои руки дрожали, когда я вливала содержимоефлакона в приоткрытый рот спящего монарха. Эдуард сглотнул, поморщился восне, но не проснулся.
— Сделано, — прошептала я, отступая обратно к Семёну.
Мы вернулись в свои покои за минуту до того, как стража начала обход.
Рассвет окрасил небо в цвет запекшейся крови. Завтра — вернее, уже сегодня —должна была состояться операция, которая либо вернет нам сына, либо станетнашим общим надгробием.
Я подошла к Генри, обнимая его сзади. — Мы готовы?
Он коснулся моих рук своими — теплыми, надежными руками хирурга. — Теперь — да.Мы вскроем этот нарыв, Клара. И пусть весь Эдельгард содрогнется от того, чтомы там найдем.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Перед самым началом операции, когда Генри уже надевал свой кожаныйфартук, в залу вошел Брат Доминик. Он улыбался. «Барон, — сказал он, — язабыл упомянуть. Сегодня в операционной будет присутствовать особый гость.Лорд-инквизитор прибыл из Столицы, чтобы засвидетельствовать ваше «чудо». Ион привез с собой те самые записи о Синей Воронке, которые вы так искали. Онибудут вашими.. если Король выживет». Но я увидела, что Доминик держит в рукахне свиток, а маленькую деталь, подозрительно похожую на современный микрочип.