Страница 36 из 70
Слово «выморочные» подействовало как удар хлыста. Филипп ненавидел церковь почтитак же сильно, как боялся смерти. Он понимал: если он умрет в д’Орсе, Инквизицияприберет к рукам всё, что он собирал десятилетиями.
— Шталь согласен? — Филипп посмотрел на дверь, где маячил силуэт Генри.
Прохор вошел в комнату. Он выглядел как воплощение уверенности. Суровый,спокойный, с саквояжем в руках.
— Путешествие на Север — риск, маркиз, — сказал он, идеально играя свою роль. —Но это риск ради жизни. Здесь я сделал всё, что мог. Дальше — дело за климатоми силой духа. Если вы готовы довериться мне — мы подготовимся за три дня.
Филипп долго молчал, переводя взгляд с меня на Генри. В его ауре боролись двачувства: подозрительность и отчаянная надежда.
— Хорошо, — наконец выдохнул он. — Готовьтесь. Но если это.. если это ловушка,Каталина..
— Это спасение, Филипп, — я улыбнулась ему, и в этой улыбке было столькоискренности, что он на мгновение поверил.
Я вышла из спальни, чувствуя, как внутри всё поет. Мы это сделали. Мы сорвалиего с места.
В коридоре Генри перехватил меня за локоть. — Три дня, Клара. Нам нужноподготовить всё так, чтобы инквизиторы не смогли нам помешать. Я велюГансу собрать лучших людей.
— Мы едем за сыном, Прош, — я прижалась к его плечу. — Теперь я точно знаю: онждет. Тот стук трости.. это был его сигнал. Он выстукивал наш старый код «SOS»,который мы учили его в походы.
Генри посмотрел на меня с нежностью, в которой было столько боли за все эти пятьлет разлуки, что у меня перехватило дыхание.
— Мы заберем его, — пообещал он. — А теперь — за работу. Маркиз должен верить,что он едет за бессмертием.
Весь день замок напоминал разворошенный муравейник. Кареты, тюки, запасы трав,инструменты. Я лично контролировала сборы, ловя на себе ненавидящие взглядымадам Агнессы. Она понимала, что теряет контроль над ситуацией. Но её властьзаканчивалась там, где начиналась воля маркиза, одержимого идеей исцеления.
Вечером, когда всё немного утихло, я стояла на балконе, глядя на север. Ветерпринес запах снега.
Я закрыла глаза и мысленно потянулась туда, к тем далеким горам. «Держись,Томас, — подумала я. — Папа и мама уже в пути. Мы согреем тебя. Мы вернемтебя домой».
Где-то далеко-далеко, в холодном монастыре Святого Луки, колокол ударил трижды.
Ловушка была поставлена. Игра началась. И на этот раз ставкой была сама жизньнашего ребенка.
Перед самым отъездом Марта шепчет Каталине, что мадам Агнесса тайнопередала письмо в монастырь Святого Луки. Оказывается, экономка состоит впереписке с настоятелем, и тот уже знает о приезде «святого доктора» и егостранной жены. Путешествие за спасением превращается в путешествие прямикомв пасть волка.