Страница 16 из 56
— Ладно, — вздыхаю, стараясь не показать свою боль. Не хочу, чтобы он знал, насколько сильно может влиять на мои эмоции.
— Хорошо, а теперь ешь.
— Значит, теперь ты вроде как мой начальник? Будешь только и делать, что командовать мной? — закатываю я глаза, но беру вилку, чтобы попробовать еду.
— Если бы я мог просто приказывать тебе, всё было бы совсем иначе.
— Что это значит?
В ответ на мой вопрос он лишь качает головой.
— Ешь.
Я отправляю кусочек в рот, потому что умираю от голода, а не потому, что он приказал. С моих губ срывается тихий стон. Он, мать его, ещё и чертовски талантливый повар. Я замечаю, как напрягается челюсть Блэйка.
— Что я опять сделала? Ты велел мне есть, и я поела.
Он не отвечает, съедая несколько кусочков со своей тарелки.
— Твои родители знают, что ты вернулась?
— Я им не говорила. Если ты не заметил, мы не особо близки.
— Близки, — снова качает он головой.
— Это твоё качание головой начинает раздражать, — говорю я. Щёки внезапно теплеют. Сколько именно вина я уже выпила?
— Постараюсь держать себя в руках.
— Не умничай, — слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю подумать.
Он склоняет голову набок и ухмыляется.
— Я и не пытался. Это непросто, — он возвращается к еде, и я делаю то же самое. Его слова крутятся у меня в голове. — Хочешь ещё? — спрашивает он, когда моя тарелка пустеет.
— Еды – нет. Вина – да.
— Ты уверена, что хочешь ещё вина? — относит он обе тарелки к раковине.
— Теперь ты ещё и папочкой моим будешь? — Блэйк шумно втягивает воздух. — Тебе хочется покачать головой, да? — не могу сдержать улыбку.
— Но я этого не сделал, — он берёт бутылку и наливает мне ещё, затем достаёт из холодильника бутылку воды и ставит рядом с бокалом. — Трули, я буду хорошим мужем, если ты мне позволишь.
Даже сидя на высоком стуле за кухонным островом, мне приходится запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Ты считаешь, что до сих пор был хорошим мужем?
Он отводит взгляд, потом снова смотрит на меня, словно обдумывая мои слова. Клянусь, если он скажет, что да, я сорвусь.
— Я думал, что поступаю правильно.
Его ответ удивляет меня.
— Но ты сам этого хотел?
— Лично я? — я киваю. — Нет.
Ну конечно. Разумеется, он не хотел на мне жениться. Его заставили.
— Я хотела стать твоей женой, — говорю я. — Но ты ведь это знал, да? Я всегда была в тебя влюблена, — я облизываю губы, и его взгляд опускается на них. —
Тогда
, — добавляю я, спасая остатки гордости.
— Но теперь ты в меня больше не влюблена?
Я качаю головой. То, что я к нему чувствую, уже давно не просто влюблённость. Он протягивает руку, обхватывает мой подбородок и придвигается ближе.
— Я твоя жена. Мы уже давно миновали этап влюблённости и моей глупой девчоночьей наивности.
На его губах появляется едва заметная улыбка.
— Мне нравилось, когда ты была глупенькой и всегда сияла.
— А ты всегда был холодным.
— С тобой?
— Наверное, тогда нет. Когда я была младше.
— Обещаю тебе, Трули, когда дело касается тебя, я совсем не холоден.
В это я верю. Сегодня в кабинете он был в ярости.
— Когда дело касается меня, ты злишься.
— Да, злюсь из-за того, как всё сложилось. Это далеко не идеально.
— Идеально, — закатываю я глаза. Его пальцы сильнее сжимают мой подбородок.
— Я собираюсь тебя поцеловать, — говорит он.
Уверена, мои глаза от удивления расширяются.
— Зачем? — спрашиваю, потому что разговор внезапно свернул в совершенно неожиданную сторону.
— Потому что я умираю от желания узнать, какая ты на вкус, — он медленно наклоняется, давая мне возможность отстраниться, но я этого не делаю.
Я хочу, чтобы он меня поцеловал, а завтра свалю всё на вино. Звучит как
отличный
план.
Стоит его губам коснуться моих, как из его груди вырывается стон. Я закрываю глаза, желая прочувствовать каждое мгновение этого поцелуя. Как долго я мечтала узнать, каким будет наш первый поцелуй? Даже моё воображение не смогло бы представить, каково это на самом деле.
Приоткрываю губы, когда его язык скользит по их линии. Блэйк жадно пользуется приглашением, углубляя поцелуй. Его рука запутывается в моих волосах, и он слегка тянет их, запрокидывая мою голову ещё сильнее, чтобы сделать поцелуй ещё глубже.
Я стону ему в рот, пока он пожирает мои губы, словно мужчина, который слишком долго об этом мечтал. Я хочу большего, тело начинает пульсировать. Я так долго этого ждала.
— Блэйк… — шепчу я.
Он отстраняется и прижимается лбом к моему, пока мы оба тяжело дышим. Затем в последний раз нежно касается моих губ и отступает.
— Кровать твоя, — говорит он.
— Ты уходишь? — я наблюдаю, как он направляется к двери.
— А ты сиди здесь и никуда не выходи, — отвечает он.
Я даже не успеваю бросить ему ответную реплику. Он уже выходит за дверь.
Вот тебе и не пленница. Хотя быть пленницей было бы не так уж плохо, останься он здесь.