Страница 81 из 81
— После долгих и непростых дебатов приказ о создании «Спецатома» подписан. Я хочу, чтобы мы помнили: у нас общая задача. Мы должны сотрудничать – «Комбинат», «Комплекс», все мы! А то ведь некоторые пытаются противопоставить наши структуры.. «Спецатом» устремлен в будущее: его задача – подготовка персонала и техники к нештатным ситуациям, разработка уникальной робототехники.. Ждем вас в наше новое производственное объединение, переход по личному желанию. К концу месяца штат будет укомплектован. Основные подразделения должны быть сформированы в течение двух недель, тем более что их руководители уже назначены.
Я повернулась к Грише:
— Назначили уже? И кого на какую должность?
— Володя – замдиректора, – шепнул мне Гриша.
Я обрадовалась:
— По науке? Слава богу, а то он так нервничал!..
Гриша искоса, как-то виновато, посмотрел на меня, сказал тихо:
— Нет, по административно-хозяйственной части.
— Серьезно? А кто же по науке?
В этот момент Андрееву захлопали, и вышел новый оратор – еще один зам Гнатенко Седов, временно исполняющий обязанности генерального директора. Он явно старался убедить собравшихся не уходить из «Комбината» в «Спецатом»:
— Несмотря на сокращение аппарата, мы всем найдем работу! За Припять, между прочим, отвечает «Комбинат», и мы обещаем всех трудоустроить и расселить. А вы хотите кого-то отделять, выделять – так мы опять запутаемся..
— Вы думаете о том, чтобы не «запутаться», или о людях, об их интересах, о справедливости, наконец? – раздалось из зала.
Я опять повернулась к Грише, но за него ответил Толик:
— Замом по науке назначили Григория.
Мы некоторое время слушали пререкания зала с руководителями. Хотя я уже слушала плохо, мне стало понятно, почему Володи нет на собрании, и я волновалась, зная его реакции. Толик посматривал на меня и что-то чертил в блокноте.
Когда собрание, наконец, закончилось, Толик вырвал из своего блокнота лист и протянул мне.
Это была картинка, нарисованная шариковой ручкой. Шикарная, с проработанными деталями, как будто кадр из мультфильма: волк, напоминающий волка из «Ну, погоди», но с огромными ушами и абсолютно безумным видом, тонет с кирпичом на шее, а от него уплывает симпатичная длиннохвостая и губастая рыбка. У волка на свитере с заплатами на локтях – надпись «Shatun-off», а у рыбки на хвосте – «Nadine».
Оказалось, Толик прекрасно рисует, как настоящий художник. Его в «Спецатоме» назначили начальником научно-исследовательского отдела.
Гриша стоял рядом, виновато улыбался, попросил:
— Надь, убеди Володю, пожалуйста, что его никто не подсиживал. Это назначение – не против него, просто Самойленко так решил, ведь начальником научного отдела в «Комплексе» два года был я.. А Володя – он организатор, у него мотор в одном месте, вот и решили, что он будет прекрасным замом по административной части. Поговори с ним, а то он убежал злой, никто его остановить не смог. И спирта прихватил, вы там поосторожней, все-таки он теперь замдиректора..
Я должна была еще взять интервью у Андреева о создании «Спецатома» для нашего радио, это было срочно, передача выходила назавтра, восьмого марта. В результате мы уехали из Припяти поздно, втроем с Андреевым и Толиком, который тоже жил в Чернобыле, на андреевской машине.
Дома Володи не было, фонарь не горел. Я пошла к Жоре и нашла там троицу: хозяина, Женю и Вовку, абсолютно пьяного. Впрочем, остальные тоже были не первой свежести. Они спорили, аргументировали, убеждали, разубеждали – Жора и Женя пытались справиться с Володей. Удавалось плохо, и Жене в конце концов надоело, видимо. Он ушел, чмокнув меня в щеку на прощание и посмотрев как-то странно. (И что это сегодня все на меня так странно смотрят?) Володя спустился за уходящим Женей, постоял, покачиваясь, потом тоже решил идти домой, схватил меня за руку и потащил. Я плелась за ним, понимая, что вечер будет невеселый.
Дома Володя сразу прошел на кухню, схватил стакан, вытащил из-под раковины бутылку – к несчастью, там стояла бутылка водки, которую привез Юра Косин, а я не успела ее спрятать.. Сейчас окончательно напьется.
— Вов, может, не надо? Вы уже и так с Женькой хорошо посидели.
— Ага. И он опять вокруг тебя ошивался. А ты и рада! – зло бросил он, опрокидывая полный стакан.
— Зачем ты это говоришь? Во-первых, никто не ошивался, во-вторых, чему радоваться-то? Посмотри, в каком ты состоянии.. и сними ботинки, пожалуйста, ты ж из Припяти.
— Да что ты со своими ботинками! У меня судьба рушится, а тебе.. Женька, ботинки.. Эх, чего там, тебе все равно не понять!
— Мне не понять? А когда я горничной из-за тебя устроилась, думаешь, мне приятно было? А то, что меня диктором сделали вместо корреспондента?
— Да отстань ты от меня!!! – пьяно заорал Володя и, как был, в свитере выскочил на улицу.
Я посидела немного. Потом встала, накинула пальто и побежала за ним – ему сейчас только не хватало попасться в руки милицейскому патрулю.
В конце заснеженной улицы, в стороне реки, виднелся черный силуэт. Там дальше нет дороги, он должен повернуть обратно. Я пошла ему навстречу. Володя не шел, он бежал, качаясь. Когда он поравнялся со мной, я схватила его за руку. Он вырвался и продолжал свой безумный бег. Я догнала его напротив дома Жоры, намертво ухватила за свитер:
— Вов, пожалуйста, пойдем домой. Ты доиграешься..
— Отпусти! Уйди от меня!
Он вырывался. Я побелевшими от холода пальцами держала его толстый свитер изо всех сил.
— Нет, не отпущу, хватит дурить!
— Ах так? – Вдруг Володя развернулся ко мне, на миг я увидела белые от водки и бешенства глаза.. и все померкло.
* * *
Божественные лики. Я что, уже на небе?.. А, это же иконы! Странно, почему у меня перед глазами иконы? Пока я пыталась понять, что произошло, рядом заговорил Жора:
— Слава богу, очнулась! О господи, да у тебя кровь на затылке!
Оказывается, я лежу на диване на первом этаже Жоркиного дома.. а он продолжает говорить, и каждое слово как будто отдается в моей голове колокольным звоном.
— Я увидел, что ты лежишь на снегу, притащил тебя в дом. Подожди, не рыпайся, надо осмотреть твой затылок. Тут что, заколка?.. Вот это да! Чудо! Перед домом.. иконы тебя хранили! Господь помог!
— Жора, что там? И где Володя? – Почему-то мне трудно разговаривать.
— Володя? Не знаю, его не видно было, – удивился Жора. – А что случилось? Это он тебя?
Тут он заметил, что у моего виска на глазу наливается синяк, и помрачнел.