Страница 47 из 53
Горячая кожа. Налетающий ветер. В свидетели – небо и залив, цветы покори и шуршащая трава. Жарко, слишком жарко. Грудь к груди, движение резкие, рваные. Макензи тщетно сдерживала хриплые стоны, покусывая кожу на плече Дэвида и теряя себя в безумии, в котором не было места ни страхам, ни сомнениям. Вессель потянул ее за волосы, чтобы та откинула голову, покрыл ее шею влажными поцелуями. А Азалина не могла не улыбнуться.С залива на ее спину налетал ветер. Вессель придерживал рукой на ее плечах пальто.
285 год ЭТМ, первый осенний. Мукро
Игорный офис Дэвида находился в самом центре столицы, расположившись на верхних этажах одного из самых высотных зданий города. С панорамных окон открывался захватывающий вид на шумные авеню и мерцающие огни, и Мукро казался таким пленительными и красивым, что можно было многое простить его величественным улицам.
Азалина заехала туда вечером по просьбе Дэвида – тот вновь старался пригласить девушку на субботний бал в Резиденции Трех.
— Я не иду туда с тобой в официальном формате пары только потому что ты запрещаешь тебя приглашать, – Дэвид отбросил платиновые наручные часы на стол, взял другую модель, придирчиво ее рассматривая. – Но "Горгона" с несменными приглашениями на все мероприятия в Резиденции. Беннет должен приехать, он не откажет кронпринцу в присутствии, – мужчина поднял глаза на Азалину, что сидела с бокалом виски напротив него в кресле. – Приходи. Я буду тебя ждать.
— Ты предлагаешь мне явиться на смотр невест, который для тебя устроил Дамир? – Макензи рассмеялась, и крупный кубик льда в бокале звонко ударился о хрусталь. – Что я по-твоему должна буду делать? Помочь тебе определиться с выбором?
— Не будет никакого смотра, – ответил Дэвид решительно и резко. – Я уже говорил отцу, что это пустая затея. Кого бы он не пригласил, они все покинут Резиденцию ни с чем. У меня есть женщина. Ты. И мне плевать, в каком статусе мы находимся.
— Дэйв, – Азалина поднялась. Обошла стол, поставив стакан. Приблизилась к мужчине. Коснулась его плеча, вынуждая повернуться на стуле, и села на колени Весселя, оказываясь грудью к его груди. Заглянула в глаза Дэвида, улыбаясь лукаво. – Ты хотел моего тела. Не усложняй.
— Ты каждый раз напоминаешь о разговоре трехлетней уже давности. Всё поменялось.
— Для тебя, но не для меня. Я могу уйти, если прежние условия больше тебя не устраивают.
Дэвид потянул ее за волосы, чтобы девушка откинула голову назад, обнажая шею, на которой поблескивала серебристая цепочка. На цепочке – горгоновский жетон и усыпанный бриллиантами кулон-брусок – кулон, один из немногих подарков Весселя, который Макензи приняла. Горячее мужское дыхание обожгло шею, отозвалось мурашками по позвоночнику.
— Как бы ты не пытался бежать, ты – наследник второго порядка, Дэйв, – прошептала Азалина, чуть наклоняя голову набок. – Хочешь ты того или нет, но ты сын Главнокомандующего. Носитель монаршей фамилии, – Вессель крепче сжал ее бедра, потянув на себя. – Ты должен будешь выбрать себе супругу.
— Зачем мне нужна какая-то другая, когда существуешь ты?
— Я никогда не стану твоей супругой, – выпрямившаяся Макензи повторила движение Весселя; запустила пальцы в его волосы и оттянула назад. Заглянула в его глаза внезапно серьезно. – У нас разные судьбы, Дэйв. Не существует жизни, которую мы могли бы разделить на двоих. Всё, что нам остаётся – довольствоваться украденными минутами, – голос девушки дрогнул, и она испугалась того. Замолчала встревожено на мгновение. – Я не могу дать тебе то, что ты заслуживаешь. Отнесись к завтрашнему балу серьёзно.
И девушка быстро поднялась. Не обернувшись, прошла по кабинету, подхватила сумку с кресла, устремилась к двери.
— Азали, – твердо окликнул её Дэвид; она замерла на мгновение, но головы не повернула. – Не вынуждай меня просить. Приходи завтра. Я буду тебя ждать.
Горгоновец хмыкнула и скрылась за дверьми кабинета.
* * *
В резиденции царила атмосфера торжества и ожидания. В воздухе витали ароматы дорого парфюма, лились разговоры о моде и слухах двора. Обсуждались последние новости и сын кронпринца, которого впервые представили публике – на недолгие пять минут, но Морис успел покорить всех и каждого.
Ина и Рэм, отдав ребенка нянечкам, остались на мероприятии: необходимо было присутствовать хотя бы на его официальной части. Впрочем, кронпринц был убежден, что она завершится скоротечно. Дэвид еще утром дал понять, что никакого "смотра" не будет.
Пары кружились в танцах. Негласно приглашенные "покорить сердце принца" девушки были одеты в пастельные тона – чтобы сразу определить, кто явился реализовывать непосредственную цель Главнокомандующего, – и всячески стремились привлечь внимание Дэвида, находящегося на мероприятии больше для вида. Он общался с приятелями, успел разыграть пару партий в рулетку, сменить классический смокинг на отсылающий к прошлому темно-синий мундирный костюм с накидкой на одно плечо, отделанной белым мехом. Из нескольких десятков сыгранных мелодий он лишь дважды вышел в центр зала: один раз для танца с матерью, второй – для танца с сестрой. Дамир даже не сдержался и пожаловался Климу – Властитель лишь пожал плечами.
А затем на мероприятие прибыли четверо горгоновцев в парадном черном. Поприветствовали Трех. Удалились к кронпринцу. Азалина не надела мундира, но платье её было вполне в стиле горгоновской формы: черное шелковое с открытой спиной; на спине на цепочках – серебристая металлическая змейка, ложащаяся по позвоночнику. Девушка надела длинные серьги из черного золота, накрасила губы яркой алой помадой. И на груди её был кулон, который она так и не сняла.
Дэниел не спрашивал – больше чем за два года он не позволил себе ни разу ни вопросом, ни взглядом напомнить Макензи, что он осведомлен о её.. отношениях с принцем, – но в тот вечер Азалина видела, что командир тревожится о её присутствии на мероприятии. О том, как она его воспримет. Пытаясь незаметно подбодрить Макензи, умудрился даже сказать, что из всех девушек она самая привлекательная; что все эти пастельные платья и костюмы просто убожество, но вот Азалина в черном – самая яркая и эффектная. Беннет был её эмоциональной подушкой безопасности – как и всегда, как и для каждого своего бойца.
Несколько раз за вечер к Макензи подходил Уильям, всё пытался пригласить девушку на танец, осыпая комплиментами. Азалина раз за разом отвечала, что не танцует. Наконец Лэйтер не выдержал и процедил сквозь зубы: