Страница 11 из 157
3 Лица знакомые и незнакомые
Время взбрыкнуло норовистым жеребцом.
Меня понесло галопом, чтобы в конце концов вышибить из седла, сбросить на полгода назад, в прошлое. Тот же самый восход: снежные росчерки облаков, розовые лепестки осыпающихся пионов в подбрюшье. Жемчужное сияние на пол-горизонта. Под лучами солнца море вспыхивает пожаром — пурпур и золото, ай, сгорим! Редеет, истончается туман. Из него проступает остров с двумя именами и двойным подданством — великий перекрёсток торговли всех со всеми, место, где пути закона будды Амиды темны и извилисты.
Тот самый остров. Тот самый порт.
Та самая гавань кишит теми самыми кораблями.
— Это китайская джонка, — с видом знатока пояснил я в ответ на изумлённый возглас Каори, глазевшей на непривычное судно, что шло навстречу.
И затылком ощутил ехидную улыбку Широно. Даже если лицо моего бывшего слуги оставалось невозмутимым, про себя этот шельмец точно ухмылялся! Похоже, от тэнгу в нём осталось больше, чем я предполагал.
С джонки нам помахали рукой, я помахал в ответ. И Каори тоже. И Широно. Ран воздержалась. У неё на руках спала Момико, убаюканная пологой зыбью и утренним бризом.
— А это?!
— Корабль южных варваров.
— А как он называется?
— Гайреон. Ну, как-то так.
— Какой большой!
— Эти варварские названия — ни произнести, ни запомнить!
— Сюда приплывают китайцы?
— Да.
— И южные варвары?! Вот бы их увидеть!
— Может, и увидишь. Китайцев — наверняка.
И причал тот же самый. Вопреки всему у меня возникла уверенность: на причале нас встретят дзайбан Кабаяма Кюэмон и угрюмые братья Ногути. И что вы думаете?! На причале нас встречали трое. Братья Ногути — неприветливые, суровые, какими я их помнил по первой встрече, — и представительный чиновник: наряд цвета тёмной киновари, золотое шитьё, «воронья шапка»…
Я выдохнул. Чиновнику в «вороньей шапке» было лет сорок. Его смоляные волосы цветом не отличались от шапки. И лицо незнакомое.
— Приветствую вас во владениях клана Симадзу! Я дзайбан Уваи Таданага. Со мной мои помощники Ногути Сэтору и Ногути Масаши.
— Тысяча благодарностей за радушный приём! Это великая честь! Я — Торюмон Рэйден, старший дознаватель службы Карпа-и-Дракона. Со мной дознаватель Барудзироку Широно. Позвольте также представить вам мою жену Ран с нашей дочерью и мою сестру Каори.
Цепкий взгляд мазнул по нам лучом потайного фонаря. Наличие эмблем с журавлями дзайбана удовлетворило.
— Вижу, вы знаток здешних правил. Превосходно! Он взмахнул рукой:
— Прошу на берег. Носильщики и лошади ждут вас.
Со стуком упали сходни. Со всем возможным уважением нас пропустили вперёд; следом матросы принялись таскать на причал нашу поклажу. Дзайбан снова взмахнул рукой — и причал заполонили носильщики, только и ждавшие его знака. Четверо несли пузатый паланкин, похожий на плетёную корзину с боковой дверцей и окошками, прикрытыми темно-синими шторками.
На шторках, как на волнах, бежали завитки белой пены.
Каори не сдержала возглас восхищения: она впервые ездила в паланкине. Ран осталась равнодушной. Моя бдительная супруга не отрывала взгляда от носильщиков, разбиравших багаж, и вид при этом Ран имела столь суровый, что братья Ногути обзавидовались. Лишь убедившись, что её драгоценное ружьё, тщательно завёрнутое в два покрывала и перевязанное витыми шнурами, надёжно прикреплено к шесту для переноски, и ружью ничто не угрожает, Ран соизволила занять место в паланкине.
Следом за ней внутрь юркнула Каори. Крепкие парни в полотняных безрукавках и штанах, подкатанных до колен, легко подняли свою ношу.
Ну да, женщина, девочка и дитя — для них это не вес.
Честно говоря, я думал, Ран и ружьё в паланкин заберёт. Нет, доверила носильщикам. Чудо из чудес!
Должно быть, не захотела вызывать досужих слухов и домыслов.
Шторка на окошке отдёрнулась — и закрылась снова. Ага, Ран велела Каори вернуть шторку на место: достойным женщинам не подобает глазеть по сторонам. Впрочем, шторка задёрнулась не до конца. В щели блестел любопытный глаз.
Открыто глазеть — неприлично. А если незаметно, в щёлочку — тогда ничего.
Порт. Толчея. Люди поспешно уступают дорогу. Переулки, чисто подметённый тупичок. Лошади у коновязи. И конюх в пёстром. Кунайо, кто б сомневался!
Мой тайный союзник?
На сей счёт я не обольщался. Кунайо — мэцукэ, соглядатай из инспекции тайного надзора. Да, в прошлый раз он сообщил куда следует о прегрешениях дзайбана Кабаямы. Но стоит оступиться бедолаге Торюмону Рэйдену, и в правительственную инспекцию немедля уйдёт доклад уже о моих прегрешениях.
Служба есть служба.