Страница 42 из 75
Из двери за барной стойкой вышли два официанта, а следом за ними повар, но и они тут же свалились замертво, настигнутые меткими стрелками. Скорее всего, они даже не успели понять, что случилось и ни на миг не заподозрили беды. Пули, такие же безразличные, как и люди их выпустившие, обрывали жизни людей, и спустя несколько минут все было кончено, но теперь картина стала еще более ужасающей. Словно нечистая сила побывала здесь, оставив разрушения: кровь на белых скатертях, разбитую посуду и смерть. Еще несколько мгновений назад живые люди, которые мечтали, любили, строили планы лежали теперь мертвыми с остекленевшими глазами. Марат словно прирос к месту, он не мог шевелиться, думать, чувствовать. Заставил себя перевести взгляд на Лешего и теперь недоуменно на него таращился: перед глазами стоял тот парень, что заступился за мальчишку на улице. Как в нем уживались такие разные жизненные принципы? Или принципов не было вовсе? До Марата постепенно стало доходить, какие это страшные люди, не ценящие жизнь, им убить человека было равносильно тому, чтобы потравить тараканов дихлофосом. Правда оказалась даже страшней всех рассказов, слышанных от отца, соседей, мальчишек в школе.
Олег прошел за барную стойку и скрылся за небольшой дверью. Оттуда раздался приглушенный возглас, и Леший с Андреем бросились следом, не убирая пистолетов. На Марата никто не обращал внимания, и в какой-то миг нелепая мысль промелькнула в голове: выйти и убежать отсюда навсегда, из этого города, страны, больше никогда не встречаться взглядами с «новыми друзьями». Но он тут же вспомнил о маме и остался на месте, а спустя минуту из комнаты за барной стойкой показался Леший, который вел опирающегося на него Олега. Олег прижимал руку к животу, на рубашке расплывалось кровавое пятно. Следом показался Андрей, который с яростным лицом выволок сопротивляющегося мужчину. По всей видимости, это и был хозяин заведения – цель их сегодняшней операции. Безразличное лицо Лешего сменилось выражением озабоченности, он чуть не плакал и говорил срывающимся голосом:
– Брат, ты только держись. Все будет хорошо, это ж надо, а?
Он беспомощно посмотрел Марату в глаза, напоминая собаку с занозой в лапе, которая просит хозяина помочь ей. Марат не мог уместить в своем воображении двух разных Леших: того, стреляющего девушке в голову, и другого, ноющего сейчас, потому смотрел на этого человека во все глаза и ничего не говорил. Из оцепенения вывел Андрей, который со злости пальнул сопротивляющемуся мужику в ногу. Тот завопил, упал на пол и стал корчиться от боли, а Андрей пинал его в исступлении и орал:
– Вот тебе, сволочь, будешь знать, как руки распускать и ножом размахивать. Леший, черт тебя побери, отправляйтесь в больницу.
– Марат, помоги мне, – сказал Леший, сгибаясь под тяжестью Олега, который был в полубессознательном состоянии, но продолжал держать руку на животе.
Но вот он совсем обмяк, рука безвольно повисла, перестав придерживать рану, и из распоротого живота вывалились клубки кишок. Никто и не подозревал насколько все плохо, и Леший от неожиданности чуть не оттолкнул друга. Марат стянул с себя футболку и, подобрав одной рукой скользкие веревки окровавленных кишок, засунул их назад, в живот Олегу, закрыв дыру футболкой. Он мог оставаться таким равнодушным потому, что ему ни капли не было жаль Олега. Какой-то внутренний голос шептал, что так тому и надо. С отвращением Марат посмотрел на свои грязные руки и вытер их о джинсы.
Марат пошел вперед и открыл перед Лешим входную дверь, а потом и дверцу машины, помог уложить Олега на сиденье и сел вперед. Леший причитал и пытался приободрить как-то Олега, но Марат зло бросил:
– Да хватит уже, он все равно в отключке.
– Да? Ты прав, брат, – Леший трясущимися руками завел мотор.
– Мы что, поедем прямиком в больницу?
– А что такого? Не огнестрел же. Скажем, что нашли его на улице.
Марат кивнул, думая, что и огнестрелом сейчас никого не удивишь.
Из бара до них донесся звук выстрела, и Марат искренне понадеялся, что мучения того мужика на этом закончились.
Только глубокой ночью Марат добрался домой. Его совсем не интересовала судьба Олега, но Леший умолял остаться с ним, и Марат, равнодушно взирая на его волнения, просидел с ним несколько часов, до тех пор, пока врач не сообщил, что Олега зашили и, судя по всему, жить он будет. Леший, принявший хорошую дозу водки, расплакался и сунул врачу все деньги, какие только нашел в карманах. Конечно, думал Марат, вот, Господи, высшая справедливость: душегуб Олег останется жить, а та молодая парочка с красивой розой так и не поцелуется.
– Я домой пошел, – бросил он Лешему, больше не слушая его возражений.
Оказавшись в своей комнате, где еще висели детские плакаты и стояли солдатики на книжных полках, Марат достал дневник, а потом, глядя на него, расхохотался. Как это мило… Тем не менее, сделал запись.
«Не знаю, какое число. Июль. 1999 г.
Писать в свой детский дневник сейчас так нелепо, после всего что случилось. Я писал сюда свои детские переживания, романтические чувства, мечты. Господи, какие они были наивные… Тот романтик, мечтающий о любви, умер навсегда, те переживания юноши канули в Лету, та грусть по несбывшимся мечтам никогда больше не посетит мою душу.
В ней теперь грусть по загубленным жизням, в ней теперь тоска по несправедливости мироздания, но больше всего в ней пустоты. Я не хочу ничем ее заполнять, ни любовью, ни страхом, ни надеждами.
Кто я теперь? Кем стал? Причастен ли я ко всему случившемуся? Мог ли остановить их, помешать? Скажи мне кто твой друг… Ведь я считал их своими друзьями, закрывал глаза на недостатки, зная, что эти люди совершают плохие поступки. Получается, что пока я не видел всего этого, то мог простить и делать вид, что все это не так уж и плохо. Как мне теперь общаться с ними? Вновь закрывать глаза? Принимать только часть их сущности? Возможно ли любить только хорошее в человеке и презирать его плохую сторону? И вообще является ли человек чем-то цельным или он состоит из всевозможных частичек добра и зла?
Я не могу принимать этих людей, никогда не пойму эти «методы воздействия» на конкурентов.