Страница 24 из 86
Нужно будет прямо завтра утром послать приказ в канцелярию, чтобы эту зубастую тварь немедленно внесли в Великую книгу под личную протекцию короны. Иначе местные дворцовые умники-ботаники, прознав про аномалию, поднимут вой и действительно разберут цветок на лепестки ради науки. А я не мог позволить, чтобы мою дикарку расстраивали такие мелочи.
Губы сами собой растянулись в предвкушающей улыбке.
Она ведь прекрасно видела, что я хорош собой. Специально подошел к ней, чтобы Кирия могла оценить меня во всей красе. Но она не растаяла. Не зарделась. Не опустила смущенно ресницы. Так и осталась колючей, неприступной ледышкой, мысленно проклинающей тот день, когда переступила порог дворца.
— Дикарка, — тихо, с искренним удовольствием хохотнул я в тишину покоев.
Внутри бурлил пьянящий азарт. Как же она будет вести себя вечером? Открыто послать меня к демонам Бездны точно не осмелится — слишком умна, чтобы навлекать гнев Императора на свой род. Значит, ей придется как-то изворачиваться. Плести словесные кружева, держать дистанцию, отбиваться от моего внимания в рамках этикета. И я был готов поставить годовой бюджет Империи на то, что наблюдать за этим зрелищем будет невероятно весело.
Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в насыщенные лиловые и золотые тона, когда я неспешно шагнул в южный сад. Воздух был напоен густым ароматом роз и ночной фиалки. Я остановился у раскидистого старого дерева и стал ждать.
Вскоре на дорожке, вымощенной белым камнем, послышался легкий шорох шагов. Я скосил глаза, уловив приближающийся силуэт, медленно повернул голову и замер.
Мне потребовалась вся моя дворцовая выдержка и контроль над мимикой, чтобы прямо сейчас не согнуться пополам от оглушительного, неприличного хохота.
По дорожке ко мне плыла кукла. Самая настоящая, классическая, зефирно- пудровая кукла!
Вместо строгих, элегантных платьев, которые так шли ее холодной красоте, на Кирии было нагромождение нежно-розовой органзы. Рюши, воланы, какие-то безумные бантики. А на голове... Боги, эти кудряшки! Они подпрыгивали при каждом ее шаге, перевязанные лекомысленными атласными лентами.
Я мысленно, с восхищением поаплодировал ее изощренному уму. Она поняла. Эта невероятная, прозорливая бестия поняла, что выделяется на фоне пустоголового цветника своей холодностью и дерзостью. Поняла, что именно ее сопротивление и непокорность привлекли мое внимание. И теперь она решила попытаться исправить свою «ошибку», слившись с общей массой обожающих меня идиоток!
«И? — мысленно обратился я к ней, чувствуя, как от сдерживаемого смеха сводит скулы. — Будешь кокетничать со мной, как остальные? Будешь заглядывать в рот? Что ж, колючка, я принимаю правила игры! Приступай».
Самое поразительное, что даже в этом нелепом, чудовищно-розовом платье, напоминающем слоеный десерт она все равно казалась невероятно притягательной. Потому что за этой маской жизнерадостной зефирки пряталась расчетливая, опасная и безумно хитрая хищница.
Я сделал плавный, грациозный шаг ей навстречу.
— Леди Кирия, — мой голос звучал глубоко и бархатисто, скрывая бушующее внутри веселье.
Она остановилась. Ее губы растянулись в приторной, глуповатой улыбке. Колючка часто-часто захлопала густо накрашенными ресницами и, жеманно опустив взгляд на носки своих туфелек, присела в реверансе.
— Ваше Высочество, — пропела она тонким, елейным голоском, от которого у меня чуть не завяли уши. — Я так благодарна вам за приглашение прогуляться. Это несказанная честь для меня! Весь день только об этом и думала!
«Держись, Ривиан, только не заржать», — приказал я себе, сцепив руки за спиной. — Рад это слышать, миледи, — я галантно предложил ей локоть.
Она положила на него свои пальчики в кружевных перчатках, и мы неспешно двинулись по аллее.
И вот тут началось представление, достойное главных подмостков столичного театра.
— Ох, Ваше Высочество, — щебетала Кирия, заглядывая мне в глаза с выражением безграничного, щенячьего восторга. — Вы даже не представляете, как все девушки восхищаются вами! Ваша выправка... ваша стать.
Она сделала судорожный вздох, строя из себя влюбленную дурочку.
— Благодарю, леди, — я склонил голову, изображая польщенного павлина. — Вы тоже невероятно красивы... особенно сегодня.
— Правда? — она заливисто, искусственно хихикнула, прикрыв рот ладошкой и пряча негодование во взгляде. — Я так старалась! Выбирала самое лучшее платье! Ведь рядом со столь ослепительным мужчиной нужно соответствовать!
И Кирию понесло. Она сыпала самыми банальными, самыми избитыми и тошнотворными комплиментами, которые я слышал тысячу раз от других. Но слышать их от нее, зная, что в этот самый момент она мысленно желает меня придушить, было невероятным, изощренным удовольствием.
— Вы смущаете меня, леди Кирия, — произнес я томно, чуть склоняясь к ней.
— Что вы, что вы! Разве можно смутить само совершенство?
Мы свернули на узкую тропинку, огибающую розовые кусты. Кирия, продолжая щебетать о том, какой у меня волевой подбородок, вдруг «совершенно случайно» наступила на подол своего пышного платья. Она тихонько ахнула, взмахнула руками и качнулась вперед.
Мои рефлексы сработали быстрее мысли. Я мгновенно перехватил ее за талию, не дав упасть, и резким, уверенным движением притянул к себе. Ее руки легли мне на грудь.
Мы замерли.
Я ощущал тепло ее тела, улавливал тонкий, будоражащий кровь аромат чего-то неуловимо-приятного. Мой взгляд скрестился с сапфировыми глазами.
Мы стояли слишком близко. Недопустимо близко для приличий.
«Ну что, долго еще будешь играть в дурочку?» — усмехнулся я про себя.
Решение пришло мгновенно — я обязан вывести эту бестию на чистую воду прямо сейчас. Посмотреть, как далеко она готова зайти в своем абсурдном спектакле.
«Давай поиграем, дикарка».
Мой взгляд стал откровенно хищным. Я не разжимал рук. Наоборот, чуть сильнее стиснул тонкую талию и медленно начал склоняться к ее губам, демонстрируя намерение поцеловать.
— Ох, ну что же вы, Ваше Высочество... — прерывисто прошептала Кирия.
Она резко отвернула голову в сторону, пытаясь изобразить крайнюю степень девичьего смущения и трепета. Но я был слишком близко. Успел заметить. В тот краткий миг, когда наши глаза встретились перед тем, как она отвернулась, маска восторженной идиотки треснула. В ее сапфировых глазах полыхнула ярость. Кирия была в бешенстве от моей наглой выходки. Демоны внутри нее выли, требуя моей крови, но она упорно продолжала играть роль.
— Леди Кирия, — прошептал я, опуская лицо к ее шее и чувствуя, как она вся напряглась. Не собирался сдаваться. Подошел к самой грани. — Вы так прекрасны в своем смущении... Хочу предложить вам покинуть этот отбор прямо сейчас.
Мои слова подействовали мгновенно.
— Покинуть? — она тут же встрепенулась, повернув ко мне голову. Ее глаза лихорадочно блеснули надеждой. Актерская игра дала сбой.
Колючка заглотила наживку.
— Да, — бархатно, гипнотизирующее шепнул я, снова склоняясь к ее приоткрытым губам и с наслаждением играя на нервах упрямицы. — Вам ни к чему все эти глупые проверки и испытания. Вы уже все доказали. Доказали, что достойны стать моей.
Дыхание Кирии сбилось. Я видел, как расширились ее зрачки от надвигающейся паники.
— Я... — я приблизился так близко, что наши губы почти соприкоснулись, — приглашаю вас в свои покои, миледи...