Страница 19 из 71
Вода сомкнулась над головой, и инстинктивно я попытался вынырнуть. Оттолкнулся от дна и выбрался на поверхность, задыхаясь и отплёвываясь. Кашкай вынырнул рядом, кашляя и харкаясь.
— Духи.. — прохрипел он. — Духи предупреждали..
Я собирался попросить его больше не упоминать этих чёртовых духов, но внезапно понял, что здесь весьма светло. Мы находились в какой-то яме круглой формы, метров десять в диаметре. По периметру горели факелы, воткнутые в держатели на стенах. А на берегу стоял массивный стол, над которым склонились две фигуры в грязных халатах.
На столе лежал человек в одежде кочевника, и он был в сознании. Закусив деревянную палку, он рычал от боли, пока один из учёных что-то делал с его рукой. Вернее, не с рукой, а с культёй, потому что руку ему отрезали и вместо неё пытались пришить огромную, волосатую лапу с когтями, явно принадлежавшую какому-то хищнику.
Один из учёных поднял голову и увидел нас. Глаза за круглыми очками расширились от удивления, он резко выпрямился и широко улыбнулся, демонстрируя зубы, больше похожие на клыки.
— А вот и новый материал для наших изысканий! — радостно воскликнул он так громко, что голос его эхом разнёсся по помещению.
Зловонная вода за моей спиной будто закипела, я обернулся и увидел, как из неё вырываются три твари. Уродливые и неестественные создания выглядели кошмарно: у одного было тело крысы размером с собаку, но голова была человеческой, лысой и с провалившимися глазницами. У второго щупальца росли из спины и хлестали по воздуху, а третий вообще представлял собой месиво из клыков, когтей и слизи.
Все три твари развернулись в нашу сторону и двинулись вперёд, шипя и рыча. Кашкай, загребая руками в зловонной жиже, попытался отплыть назад, но плыть особо было некуда. Яма маленькая, и мы в ловушке.
— Духи! — завопил он в панике. — Духи, помогите!
Я же посмотрел на воду, на ту зловонную жижу, в которой мы плавали, и ощутил её. Каждую каплю и каждую молекулу воды чувствовал так, будто они были частью меня. Я улыбнулся и заставил воду вытолкнуть меня на поверхность. Теперь я стоял на воде, а зловонная жижа стекала с моей одежды.
— Да прольётся кровь, — пробормотал я и резко взмахнул рукой.
Вода взметнулась вверх в виде тысяч крошечных капель, которые моментально превратились в иглы — острые, как бритвы, и быстрые, как пули. Они впились в тела монстров со всех сторон, прошили их насквозь, разрывая на части.
Крысочеловек попытался завизжать, но его голова отделилась от тела прежде, чем он успел издать звук. Щупальца были изрублены в фарш за считанные мгновения, а третья тварь просто взорвалась изнутри, когда вода проникла в неё и расширилась. Кровь, слизь и куски плоти полетели во все стороны, и через три секунды от монстров осталось только кровавое месиво, плавающее в воде.
Я опустил руку, тяжело дыша и чувствуя накатывающее головокружение, а ещё температура подскочила, будто у меня 37.5 градусов и я имею законное основание взять больничный. Использование магии выжимало из меня силы, как из губки, но эффект был впечатляющим настолько, что даже я сам не ожидал такого результата.
Профессиональная оценка показывала, что монстры мертвы, что хорошо, но силы на исходе, что плохо. Учёные в шоке, что хорошо, но один из них тянется к поясу, что очень и очень плохо.
Я перевёл взгляд на того, что свистел секунду назад. Он стоял как вкопанный, глядя на месиво в воде. Второй, постарше и с седой бородой, медленно полез рукой к поясу и достал оттуда пистолет.
Пистолет! Много чего я видел за последний месяц, но огнестрел встречал впервые, хотя Рагнар говорил, что пороховое оружие здесь редкость и работает ненадёжно из-за магических флуктуаций, но всё равно существует. Вот только я не ожидал увидеть его здесь, в руках сумасшедшего учёного в канализации.
Учёный навёл ствол на меня, и палец лёг на курок. А я, не раздумывая, взмахнул рукой, заставив воду подняться из ямы, сформировав в тонкое острое лезвие, которое моментально рвануло вперёд. Учёный даже не успел выстрелить, потому что водяное остриё прошло сквозь его запястье, отсекая кисть, держащую пистолет.
Рука упала на пол, и пистолет выстрелил, когда ударился о камень. Пуля рикошетом ушла в потолок, стрелок зажал культю, из которой кровь хлестала струёй, второй рукой, а после жутко и пронзительно заорал, заполнив воплями весь тоннель. Кровь хлестала между пальцев, заливая грязный халат и пол вокруг.
Его товарищ что помоложе после выстрела побелел, упал на четвереньки и рванул прочь. Он петлял между столами и ящиками, а через секунду и вовсе исчезал в боковом проходе со скоростью испуганного зайца.
— Стартанул как легкоатлет.. — пробормотал я, глядя ему вслед.
Профессор — тот, кому я отрезал руку, всё ещё орал и пытался перетянуть культю остатками халата. Кашкай подплыл к берегу, и я помог ему вылезти на сушу. Он поднялся на ноги, отряхиваясь от вонючей жижи, подошёл к столу, схватил с него грязную кастрюлю и со всего размаха врезал профессору по макушке.
Звук был потрясающий, глухой и звонкий одновременно. Учёный захлебнулся криком, глаза закатились, и он рухнул на пол, теряя сознание от удара.
— Духи велели его вырубить, — пояснил Кашкай, опуская кастрюлю. — Очень настойчиво велели.
Я осуждающе покачал головой и подошёл к столу. Кочевник, привязанный к нему, смотрел на меня широко распахнутыми глазами, в которых читался ужас, боль и.. надежда, словно я был его последним шансом на спасение. Я вытащил кляп из его рта, и кочевник закашлялся, сплюнув кровь и хрипло выдавил:
— Кто.. кто ты?
— Александр, — ответил я, осматривая его руку, вернее, культю и пришитую к ней лапу. Работа была грубая, швы кривые, но вроде держались. Удивительно, как они успели пришить лапу, ведь с тварями я расправился чертовски быстро. — А тебя как зовут? И на кой-чёрт ты решил сделать себе эту уродливую лапищу?
Кочевник болезненно усмехнулся:
— Меня зовут Даур, а лапа.. В пустыне ты либо силён, либо мёртв. Я был силён, а потом потерял руку в стычке с песчаным скорпионом. Меня схватили химерологи и решили поэкспериментировать. Подарить новые возможности, так сказать..
Он осёкся, глядя на свою новую конечность.
— Да, весьма паршивый протез тебе достался. Думаю, даже самая страшная портовая шлюха не позволит себя лапать этой лапой за все богатства мира. — Услышав мою шутку, Даур улыбнулся. — Раз уж мы тебя спасли, то может, знаешь безопасное место, где мы могли бы переночевать, поесть и набраться сил? Желательно подальше от города.