Страница 27 из 113
— Я называю это ужином. — Он чуть склонил голову. — И, уверяю вас, Лана, я не собираюсь делать ничего, что вызовет у вас дискомфорт. Иначе… я просто передам семью Давиду. А этого не хочется ни вам, ни мне.
Лана прикрыла глаза на секунду. Вся эта ситуация бесила. Но хуже всего было другое: получив желаемое силой, Илай вёл себя так, словно никакого принуждения не существовало. Будто это действительно был просто ужин.
И от этого становилось только тяжелее.
Официант бесшумно поставил бокалы.
Тонко звякнуло стекло.
Илай даже не посмотрел в сторону официанта — всё его внимание оставалось на Лане.
— Расслабьтесь, — тихо сказал он. — Я не ваш враг сегодня.
— Ты слишком высокого мнения о себе.
— Возможно. — Он чуть улыбнулся. — Но вы всё-таки пришли.
Лана промолчала, лишь поджав губы.
— Вы всегда так напряжены? — спросил он чуть позже.
— Привычка.
— Это из-за меня?
Она подняла взгляд:
— Не льсти себе.
Илай заметил, как после ответа она едва заметно сглотнула, и в его глазах мелькнуло тихое удовлетворение.
Официант бесшумно поставил блюда и испарился. Ни один из них так и не притронулся к еде.
— Вы разговариваете со мной так, будто подписываете военный договор, — негромко произнёс Илай, лениво проводя пальцем по ножке бокала. — А я всего лишь пытаюсь сделать эту встречу менее формальной.
— Для меня она останется исключительно деловой.
— Возможно, — легко согласился он. — Но я хотя бы стараюсь сделать её… комфортной.
Лана сделала небольшой глоток вина и на секунду перевела взгляд за стекло панорамного окна. Внизу, разрывая ночную тьму, простирался гигантский океан парижских огней. Проспекты вычерчивали золотые артерии, Эйфелева башня мерцала тонким серебряным кружевом, а здесь, на парящей скале, казалось, будто они зависли в самой бездне. Это действительно было впечатляюще.
Илай тут же перехватил этот мимолётный вздох восхищения.
— Прекрасный вид в прекрасной компании, — тихо, но выразительно произнёс он.
Лана немного помолчала, лишь вернула взгляд к бокалу, снова пряча эмоции за привычной холодной маской.
— Это не производит на меня впечатления, — спокойно продолжила она.
— Вы слишком старательно делаете вид, что остались равнодушны.
Её пальцы чуть сильнее сжали стекло.
Илай заметил это — и на секунду в его взгляде мелькнуло что-то почти довольное.
Не жестокое.
Скорее… личное.
Как будто ему было важно видеть, что за холодной маской всё-таки есть живая реакция.
— Лана, — уже тише сказал он, — я не собираюсь причинять вам вред.
Она подняла на него взгляд.
— Тогда зачем всё это?
Он ненадолго замолчал.
Потом медленно провёл большим пальцем по сапфиру в кольце.
— Потому что вы никогда не подпускаете к себе людей ближе, чем на три шага.
В узком декоративном канале неподалёку тихо плеснула вода — золотистый карп ушёл на глубину.
— А мне однажды стало любопытно, каково это — когда вы перестаёте смотреть на человека как на потенциальную угрозу.
Лана несколько секунд молчала.
Потом тихо произнесла:
— Это плохое любопытство.
Илай чуть улыбнулся.
— Возможно.
Он осторожно протянул руку через стол и на секунду накрыл её ладонь своей — без нажима, но вполне ощутимо, фиксируя момент договора.
Лана замерла, но руку отдёргивать не стала — лишь взгляд стал ещё более холодным.
Потому что сейчас цена этого движения могла оказаться слишком высокой.
И она ненавидела себя за это.
— Вы всё ещё смотрите на меня как на врага, Лана, — тихо сказал он, убирая руку первым, будто просто поставил точку в предложении. — А я лишь пытаюсь показать, что умею держать слово.
— Ты наслаждаешься тем, что ставишь меня в положение, где мне приходится уступать, — спокойно ответила она, чуть сильнее сжав пальцы.
— Я наслаждаюсь тем, что вы наконец сидите напротив, а не строгаете меня взглядом через весь зал Совета, — Илай слегка улыбнулся уголком губ, и в этом жесте снова проглянул привычный тонкий расчёт.
— Я всё ещё жду вашего согласия по сделке. Сегодня вы не станете пытаться предложить мне что-нибудь взамен меча? Я ведь говорил: что-то особенное. Лично от вас.
Лана холодно ответила:
— Мы уже всё обсудили.
Илай несколько секунд смотрел на неё.
Потом едва заметно кивнул.
— Жаль.
Он откинулся на спинку кресла.
— Тогда оставим всё как есть.
Лана едва заметно кивнула.
— При условии, что сегодня же семья окажется в безопасности.
Илай заметил, как тяжело ей дались эти слова, и его улыбка стала чуть мягче — без победы, скорее с тихим удовлетворением.
— Ешьте, — тихо сказал он, жестом показывая на заставленный дорогими блюдами стол. — А то у нас получается самый дорогой в мире ужин, к которому никто так и не притронулся.
Лана всё-таки взяла вилку, но внутри всё равно оставалась неприятная натянутость.
Несколько минут они просто молчали.
Лана опустила вилку. Тонкий щелчок металла о фарфор прозвучал как выстрел.
— Хватит тянуть время, Илай, — сказала она, давая понять, что пауза окончена. — Подписываем документы и заканчиваем с этим.
Илай лениво постучал пальцами по столу. Перстни тихо звякнули о стекло.
— Что ж… Позовите Мистиен.
Лана сразу набрала короткое сообщение.
Мистиен, ожидавшая в приемной холла вместе с личной охраной, вошла в зал уже через минуту.
Тяжёлые шаги. Холодный взгляд. Раздражение даже не пыталось скрываться.
В руках она несла длинный чёрный футляр.
Подойдя к столу, Мистиен без лишних церемоний положила футляр перед Илаем.
Щёлкнули замки.
В футляре покоился меч Влада.
Чёрная сабля.
Тонкая. Изогнутая. Почти живая.
Даже лёжа неподвижно, она выглядела опасной.
Мистиен скрестила руки на груди.
— Забирай.
Рядом с ней Лана снова стала холодной и собранной.
Как будто за эти несколько минут успела вернуть себе контроль.
Илай внимательно посмотрел на изогнутый меч в ножнах.
Потом очень медленно положил ладонь на чёрную рукоять.
Пальцы медленно скользнули по рукояти, затем по гладким ножнам.
Илай едва заметно улыбнулся.
— Красивый.
Он вытащил саблю на несколько сантиметров.
Тёмное лезвие тихо дрогнуло в воздухе, издав низкий вибрирующий звук.