Страница 39 из 75
— А я ведь говорил — выбирай! — крикнул я ему, выходя из кабинки. — Было бы не так больно.
— Стой, Владимир! — кричал мне вслед Громов. — Эй! Задержите его!
Я улыбнулся, покачивая головой. Вот же придурок напыщенный. А ещё глава города. И что я ему плохого сделал?
Почти всю Хабу очистил от преступности, плачу усердно налоги в городской бюджет, в «Белом журавле» искоренил разврат, а также избавил город от кровавых подпольных боёв, поражающих своей жестокостью.
Что ему ещё надо, чтобы признать меня одним из самых значимых граждан Хабаровска? Но вместо этого я получаю только злость и ненавистные взгляды.
На выходе меня остановил толстый секьюрити, растерянно посмотрев на меня, затем в сторону бушующего в зале Громова.
— В нос или в пузо? — обратился я к толстяку.
Тот побледнел, затем нехотя отошёл.
— Всё нормально, брат, проходи, — выдавил он.
— Благодарю вас, сударь, — пробормотал я под нос, выходя на улицу и взбегая по ступенькам.
Меня встретили бойцы железнодорожников, Сергеич открыл дверь. Когда я запрыгнул в салон, рекрутёр тревожно уставился на меня.
— Ты встретился с Громовым? Я охренел, когда он подъехал сюда, побежал как угорелый в клуб, — сообщил Сергеич.
— Да, но даже не общались. Но супруга его чуть ли не вешалась мне на шею, — улыбнулся я в ответ.
— Не от тебя первого слышу такое, — выдавил улыбку рекрутёр. — Так что там насчёт долга и травли Воробья?
— Вы не поверите, Алексей Сергеич, но Громова ни при делах. Кто подсыпал зелье в бокал Воробья, она не в курсе. Да и травля эта придумана кем-то на стороне. Тех, кто вовремя подключился к этой истории, — задумчиво ответил я. — Есть у меня в голове некоторые мысли.
— Кто-то пытается столкнуть нас лбами с Громовым? — продолжил за меня Сергеич.
Вот за что он мне всегда нравился, так за его ясный ум и верные, логичные предположения.
— Именно так, и вы знаете, кто это может быть, — хмыкнул я.
— Хазаров доиграется, — вздохнул Сергеич. — Я пока к нему не могу подобраться. Но свою пулю в лоб он получит, рано или поздно. Уж очень опасен он становится.
— Разберёмся, — ободряющим тоном сказал я. — Бывало и хуже.
— Это точно, — хохотнул рекрутёр. — Вспоминаю и до сих пор не верится, что ещё живой.
— А дальше будет только лучше, Алексей Сергеевич. Я же обещал, что мы победим?
— Ещё не победили. Но я всё больше прихожу к мысли, что сделал в той ситуации единственный правильный выбор, — усмехнулся рекрутёр.
— Потому что иного выбора у вас не было, — подметил я, и Сергеич рассмеялся, согласившись со мной.
Сразу после этого я начал мотаться по магазинам, примеряя новые костюмы, штаны, рубахи, обувь. Надо было срочно пополнять свой гардероб, а то всё либо превратилось в лохмотья, либо в пятнах крови тех тварей, которых мы мочили в башнях или их округе.
Ну а потом заехал в пару строительных фирм и поговорил насчёт строительства посёлка. Узнал расценки, пообщался с руководством и непосредственно прорабами.
Ну а чуть позже решил заехать к Воробью, который места себе не находил.
— Ну что там? — выскочил из домика Федька.
— Пока тебе нужно здесь посидеть. И вот, это тебе, — я протянул ему тот самый кинжал, который я забрал из сундука в башне. — Свисток я тебе не отдам, мне он нужнее. А вот этот чудесный клинок на замену.
Воробей скорчил печальную мину, затем взял кинжал.
— Ну и чо он умеет? Свисток круче, в тыщу раз, — он махнул кинжалом и случайно сжал пальцами агат в рукояти.
— В-в-ву-у-ух-х-х! — прошумела полоса огня. Она сорвалась с клинка, оставляя горящий след и поджигая кустарник неподалёку.
— Ого! — загорелся взгляд Воробья. — Беру свои слова обратно. Тож крутая штука!
— Пользуйся, на здоровье, — хлопнул я его по плечу и направился к машине, в которой меня уже дожидался Жига. — Только лес не подожги, а то будет тебе ата-та!
— Хорошо!.. Так ты не рассказал, кто на меня охотится! — окликнул меня Воробей.
— Очень нехорошие люди! — ответил я, повернувшись к нему. — Это я знаю точно! Но пока ещё нихрена непонятно. Всё! Пока!
Я залез в салон «Победы», и Жига уставился на меня.
— Теперь домой? — спросил он, нажимая на кнопку зажигания.
— Да, на Кубяка гони, Хватит приключений на сегодня, — выдохнул я, и взглянул в сторону Федьки, замершего у домика с артефактом в руках.
А затем написал сообщение Сергеичу, чтобы прислал ещё пару машин с бойцами. И чтоб поставил защитный артефакт. Пока не узнаю, что за падла нас драконит, так и придётся перестраховываться.
* * *
Улица Кубяка, за полчаса до текущих событий
Дым от сигары утекал в приоткрытое окно. Дождь затарабанил по крыше. Хазаров щурился и поглядывал в сторону человека в капюшоне, который приближался к его машине.
Вот он открыл дверцу и сел рядом, вытянув руку.
Это Шерхан, его лучший наёмный убийца. К тому же ещё и с магическими способностями заметать следы. Немногословный, исполнительный. А главное — делает всё так идеально, что и не прицепишься.
И вот сейчас нужно было сыграть очень тонко. Так, чтобы нанести его главному врагу непоправимый ущерб. Его многоходовка подходит к своему завершению.
— Фото, — передал он фотографию женщины. — Место и нюансы — на обороте.
— Понял, — киллер вновь вытянул руку.
Хазаров передал ему десять тысяч. Одну десятую от общей суммы.
Авторитет увидел, как к одному из домов подъехало такси, из него вышла цель. И киллер выскочил в дождь, вновь натянув капюшон на голову. Не спеша, вразвалочку он направился в сторону такси.
* * *
Вернулся я в господинницу затемно. Прошёл мимо гардероба, миновал помещение с небольшим ресепшеном, из-за которого вынырнула Катерина.
— Катюш, привет, принеси всё, что есть в кабинет, — пробормотал я ей.
— Хорошо, — улыбнулась мне Катя. — Устало выглядишь.
— Дни весёлые выдались, — ответил я ей улыбкой, затем поднялся по лестнице.
Сейчас душ, затем уже еда. Душ точно приведёт меня в чувство ненадолго. И ещё я не забыл о фиолетовой жемчужине, которую забрал в башне. Надо подумать о руне, которой усилить своё тело.
Открывая дверь, я услышал хлопающие оконные створки. Ветер задувал капли дождя, которые глухо шлёпали по паркету.
— Явно ведь старый хозяйничал, — пробурчал я под нос, дотягиваясь до выключателя.
— Клац! — тихо услышал я срабатывание механизма, но свет не включился.
Не понял.
Я прошёл дальше, запнулся о разложенный диван, и немного заскользила по паркету нога. Кто там и что разлил, мать его⁈