Страница 33 из 75
— Двести восемьдесят, и это крайняя цена, — вздохнул он.
— По рукам, — протянул я ему ладонь и мы обменялись рукопожатиями.
— Покажите мне деньги, а затем прогуляемся в шахту. Так сказать, покажу товар лицом, — напряжённо улыбнулся Шелестов.
Раз нервничает, значит для него шахта № 34 — полное дерьмо, которое работает в минус. Я для него был единственным шансом окупить его расходы.
— Разумеется. Сейчас вернусь, — растянул я улыбку, затем вышел из-за стола.
Спрятался за автомобилем, тем самым скрываясь от посторонних глаз. Пока Шиша и Буян, вместе с двумя селянами болтали с охраной Шелестова, я получил то, что мне нужно. Из теневого пятна вылезла когтистая зелёная рука с чёрным пакетом. И в нём, как уверял Гоб ровно двести восемьдесят тыщ.
Я вернулся за стол, кинул пакет на стол, отодвинув бутылку со стаканами.
— Вся сумма здесь. Можете не пересчитывать, — обратился я к графу.
— Я ведь не зря своего специалиста привёз, — скривился граф. — Он проверит банкноты и пересчитает.
Шелестов отправил сообщение, сразу после этого из автомобиля вышел низенький усатый мужичок с портфелем.
— Роман Романович, юрист, счетовод, просто незаменимый специалист, — представил его мне Шелестов. — Он же будет контролировать нашу сделку и предоставит все бумаги.
— Пусть проверяет, я не против, — спокойно ответил я, подмечая, как улыбается граф.
Вся проверка заняла примерно минут двадцать. Этот Роман Романович быстро всё пересчитал, затем принялся смотреть на водные пятна, и даже одну из купюр окунул в склянку с прозрачным раствором и подержал некоторое время.
— Двести восемьдесят тысяч. Всё хорошо, — сообщил он.
Сразу после этого Шелестов вскочил. Стакан виски его взбодрил. Он предложил переодеться в специальные плащи, наподобие дождевых, ибо в самой шахте очень грязно.
И мы направились в горку по тропе, в сторону входа в ту самую пещеру, где шуршали на ветру ограждающие ленточки.
Осмотр был недолгим. И шахта оказалась неглубокой. Лифт опустил нас на второй уровень, десять метров. Собственно единственный уровень, который здесь был.
— Приточно-вытяжная вентиляция.. неплохая, я бы сказал, — продолжал презентовать свой товар Шелестов.
Я вдыхал пыль и понимал, что он брешет, как сивый мерин. Нихрена вентиляция не работает. Но графу нужно было продать шахту, и он распинался изо всех сил, расписывая широкий тоннель и две жилы — железная руда и кварц.
— Но кто его знает, может вам повезёт и вы найдёте агат, а может и серебро, — продолжал распинаться довольно улыбающийся Шелестов.
Когда мы проходили мимо одного из огороженных участков стены, Гоб закричал. Разумеется только в моей голове, никто кроме меня его не слышал.
Зеленомордый верещал, что именно здесь он замаскировал золотую жилу. И я бросил ненавязчивый взгляд как раз на то место, куда он указывал. Заметил почти неразличимое на основной горной породе засохшее пятно грязи.
Вернувшись обратно, мы оперативно подписали договор о купле продажи. Затем я получил документы на шахту и прочее. Разрешение на разработку, разумеется, надо было брать в одном из отделов администрации Новосибирской губернии. Но это не проблема. Отправлю туда Анисима с Трофимкой, пусть занимаются.
— Что ж, поздравляю с приобретением шахты, — пожал мне руку Шелестов. Теперь его рукопожатие было не вялым, как прежде. Крепким и продолжительным.
Мы разошлись, и я сел в ржавое корыто, окинув радостным взглядом всех, кто был в салоне.
— Сомнительная сделка, Володя, — покачал головой Шишаков. — И на что ты повёлся? Там же пусто.
— Ну да, голяк. Тебя не смутило, что этот богатейка из штанов выпрыгивал от счастья, когда ты подписал документы? — покосился на меня Буян.
— Там есть золото, — ухмыльнулся я. — И скоро мы станем гораздо богаче.. Кстати, Саня, выбери из толпы ещё человек двадцать для охраны шахты, и хорошо вооружи их. Чтоб никакая падла сюда не подлезла и устроила диверсию. Когда Шелестов узнает, всё может быть.
— Не сцы, сделаю всё в лучшем виде, — ухмыльнулся Шишаков. — Раз так, ты обул этого богатея по полной, ха-ха!
— Нечего было варежку разевать, — хмыкнул я, когда мы тронулись к посёлку. — Пусть теперь локти кусает.
Вновь мы выехали на очень ухабистый участок, и салон затрясло как больного лихорадкой. Ну а я довольно улыбался. Ещё одна победа! Теперь всё будет по-другому. Совершенно иначе. Развиваться будет бешеными темпами.
Конечно, следует и вентиляцию поменять, и укрепить сами тоннели, и в лифте поменять кое-чего, а то скрипел, будто вот-вот рассыплется. Но вложения того стоили. Я приобрету с этой шахты гораздо больше, на много порядков.
И только от этой мысли в груди потеплело. Впереди Академия, и как же вовремя я совершил эту сделку. Скоро я смогу спокойно отвлечься на учёбу.
Останется лишь разобраться с Хазаровым. И выяснить отношения с Громовым.
* * *
Хабаровск, Известковая улица, в это же время
Федька бежал по улице и оглядывался. Ещё недавно его сопровождали три бойца. Ещё минуту назад они шли за ним, как на привязи. Но где они сейчас⁈ Он вывернул из-за угла, прошёл метров сто, а их всё нет.
На душе было тревожно. Он вновь набрал Сергеича, и услышал его голос:
— Уже едем, Фёдор. Не переживай. Скоро будем на Известковой.
— Давайте быстрей уже! Охрана исчезла! — выкрикнул он в телефон и сбросил звонок.
Затем оглянулся. Двое прохожих. Один — пожилой с тросточкой, второй — рядом, держит в руках стопку газет.
Но охрана, мать его, где⁈ Неужели замочили⁈
Он быстро промотал в голове недавние события. Особенно тот момент, когда он попал в полнейшую задницу.
Обычный выход в подпольный игровой клуб, которым владеет жёнушка Громова, главы Хабы. Он это заведение посещал втихую от Владимира. Играл в карты, и всё время уносил оттуда неплохую сумму. Ещё бы, уж руку он на покере набил прилично.
А сегодня в клуб зашли несколько аристократов. Ну как ему не среагировать на это? Предвкушая большой выигрыш, Федька помчался на крыльях азарта в подпольный клуб.
А потом партия, затем ещё. А потом всё как в тумане. Его опоили, чёртовы шулеры! И он очнулся за столом, когда проиграл всё. Даже артефактный свисток, которого у него не оказалось при себе. Он бы всех там заставил кричать от боли. Но пришлось валить оттуда, слыша угрозы от взбесившегося бородатого психа, которому он и проиграл в итоге.