Страница 38 из 597
20. Скотту
[после 15 апреля 1919]
Рукопись, 8 стр.
[Монтгомери, Алабама]
Скотт, моя драгоценная любовь – все кажется таким тихим и мирным, как эти желтые сумерки. Знать, что я всегда буду твоей – что я действительно тебе принадлежу – что ничто не способно нас разлучить – это такое облегчение после напряжения и треволнений последнего месяца. Я так рада, что ты пришел, – как лето, именно тогда, когда мне это было нужнее всего, – и забрал меня с собой. Ожидание теперь не кажется таким тяжким. Тупое уныние теперь в прошлом – Я люблю тебя, Дорогой.
Зачем
ты купил «лучшее в “Эксчейнже„»?
[24]
[Гостиница «Эксчейнж» в Монтгомери, где, направляясь к Зельде, Скотт купил бутылку джина.]
– Я бы предпочла то, что по 10 центов за кварту – Я хотела его просто чтобы знать, что ты любил его сладость – вдыхать, зная, что ты любил этот запах – Думаю, ощущать аромат предзакатных садов и мотыльков нравится мне больше прекрасных картин и замечательных книг – Это кажется самым чувственным из всех чувств. Что-то во мне трепещет от этого сумрачного, призрачного аромата – аромата теней и убывающих лун.
Сегодняшний день я провела среди могил. Знаешь, это не такое кладбище, где возишься, отпирая ржавый железный склеп, встроенный в склон холма. Оно всё вымыто и покрыто плачущими водянисто-голубыми цветочками, возможно, вырастающими из мертвых глаз – липкие на ощупь с тошнотворным запахом – Ребята хотели отправиться туда, чтобы испытать мои нервы – вечером – Я хотела
ощутить
«Уильям Рефорд, 1864». Почему могилы должны заставлять людей ощущать мирскую тщету? Я так много об этом слышала, и Грей весьма убедителен, но сама почему-то не могу отыскать ничего безнадежного в доказательстве того, что ты жил, – Все эти сломанные колонны и сомкнутые длани, и голуби, и ангелы так романтичны – и, думаю, мне бы понравилось, если через сто лет молодые люди будут гадать, какими были мои глаза: карими или голубыми – ни теми, ни другими, разумеется – Надеюсь, моя могила сохранит атмосферу того, что было много-много лет назад – Разве не забавно, что в ряду надгробий солдат-конфедератов два или три навевают мысли о мертвых любовниках и мертвой любви – хотя они точно такие же, как все остальные, вплоть до желтоватого мха?
[25]
[Скотт почти дословно использовал романтическое описание кладбища как мысли Эмори Блейна, главного героя и слегка завуалированного alter ego автора, на двух финальных страницах «По ту сторону рая».]
Старая смерть так прекрасна – так восхитительно прекрасна – Мы умрем вместе – я уверена —
Любимый —