Страница 15 из 597
Телеграмма. Из альбома
НЬЮЙОРК НЙ ФЕВ 24 1920
МИСС ЛИДА СЕЙР
ШЕСТЬ ПЛЕЖЕНТ АВЕНЮ МОНТГОМЕРИ АЛАБАМА
Я ПРОДАЛ ПРАВА НА ЭКРАНИЗАЦИЮ ГОЛОВЫ И ПЛЕЧ МЕТРО КОМПАНИ ЗА ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ СОТЕН ДОЛЛАРОВ Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ ДРАЖАЙШАЯ ДЕВОЧКА
СКОТТ
41. Скотту
[Февраль 1920]
[50]
[Нэнси Милфорд датирует это письмо мартом 1920 г. и считает его последним написанным Зельдой Скотту до свадьбы. Однако биограф Скотта Мэтью Дж. Бракколи полагает, что письмо было написано раньше, в феврале. Издатели согласны с февральской датировкой, потому что слова Зельды «и в следующий раз собираюсь вернуться с тобой» указывают на то, что Скотт все еще совершал поездки в Монтгомери.]
Рукопись, 6 стр.
[Монтгомери, Алабама]
Родное Сердце, наша волшебная сказка почти закончена, и теперь мы собираемся пожениться и жить долго и счастливо, прямо как принцесса в своем замке, которая так тебя беспокоила – а меня так раздражала своими постоянными повторениями – Прости меня за все те случаи, когда я была злой и противной – за все те минуты несчастья, которым я была виной, в то время как мы могли быть так счастливы. Ты заслужил большего – много большего —
Я думаю, наша совместная жизнь будет подобна этим последним четырем дням – и я
так
хочу выйти за тебя замуж – пусть ты и думаешь, будто я «страшусь» этого – лучше бы ты этого не говорил – я вообще ничего не боюсь. Чтобы бояться, человек должен быть либо трусом, либо очень уж большим и великим. А я ни то, ни другое. Кроме того, я не сомневаюсь, что ты способен позаботиться обо мне куда лучше, чем я сама, к тому же я всегда буду очень-очень счастлива с тобой – за исключением наших еженедельных споров, да и тогда я скорей наслаждаюсь собой. Мне нравится быть совершенно спокойной и неумолимой, в то время как ты выходишь из себя и ходишь надутый. Мне все равно, считаешь ли ты так или нет – я считаю.
Вот еще три фотографии, которые я откопала в куче барахла под кроватью. Наша почтенная матушка избавилась от них по каким-то собственным соображениям, но лично мне нравится положение моих истощенных конечностей, так что прошу твоего одобрения, только вот я одну испортила, залив воском.
Любимый – мне так тебя не хватает – я так тебя люблю – и в следующий раз собираюсь вернуться с тобой – я без тебя абсолютное ничто – просто кукла, которой случилось родиться. Ты и насущность, и роскошь, и обожаемый, драгоценный возлюбленный – и ты намерен стать мужем своей жене —
42. Скотту
[Февраль 1920]
Рукопись, 8 стр.
[Монтгомери, Алабама]
О, Скотт, это так пре-крас-но
[51]
[Продав права на экранизацию «Головы и плеч» за 2500 долларов, Скотт купил Зельде платиновые часы с бриллиантами за 600 долларов.]
– и сзади так же прелестно, как спереди. Возможно, сзади нравится мне чуточку больше, я уже раз четыреста их перевернула, чтобы увидеть «от Скотта Зельде». Я пытаюсь ощутить себя богатой и прекрасной, но мне так радостно, что ничего, кроме счастья, ощущать не могу – такого счастья, что я готова выплеснуться наружу и утечь в благоухающее ничто. И я решила, как и всякий раз, отходя ко сну, что ты самый-самый любимый человек на земле, и я люблю тебя даже больше, чем эту прелестную вещицу, тикающую у меня на запястье.
Мамуля вошла с пакетом, и я подумала, что ей, кажется, интересно узнать, что там внутри, раз она присела на краешек кровати, а я сообщила ей, что очень скоро мы намерены пожениться. Она хочет, чтобы я отправилась в Нью-Йорк, потому что считает, будто ты бы хотел, чтобы все произошло в соборе Св. Патрика. Теперь, когда она знает, все кажется совершенно определенным и замечательным; и я ни чуточки не боюсь и не колеблюсь – чего я боялась, так это рассказать ей – почему-то мне казалось, что я ни за что не смогу – Обе мы такие яркие суматошные картинки, того рода, где упущены детали, но я уверена, что цвета наши смешаются, и, похоже, мы будем прекрасно смотреться рядом в галерее жизни [Это
не
просто одна из моих «подспудных» мыслей]
[52]
[Эти скобки поставлены Зельдой.]
А тебя я так ужасно люблю, что собираюсь прочесть «МакТига»
[53]
[В «Мактиге» (МсTeague) (1899), романе Фрэнка Норриса, представителя натурализма в литературе, главный герой – стоматолог, влюбленный в девушку по имени Трина, чью щербатую улыбку он исправляет с помощью мостов и коронок, после чего женится на ней, а потом убивает. Зельда явно считает натурализм Норриса настолько отталкивающим, что это ее забавляет.]
– но когда я закончу, тебе, возможно, придется жениться уже на трупе. Начало, конечно, жалкое – не представляю, как девушка может быть красивой, если у нее выбиты передние зубы, и, кроме того, мою утонченную натуру оскорбляет то, что он вдохновенно делает ей предложение, когда у нее на лице одна из этих отвратительных резиновых штук. Все писатели, желающие придать вещам побольше правды жизни, заставляют их
дурно пахнуть
– подобно комнате Мактига – а это мое самое чувственное чувство. Очень надеюсь, что ты никогда не станешь реалистом – одним из тех, кто полагает, что убедительно лишь то, что уродливо —
Когда дело дойдет до свадьбы, напиши мне снова – и если захочешь, чтобы я приехала, я приеду – Я сказала Мамуле, что вполне могу нагрянуть, сделав тебе сюрприз, но она ответила, что вряд ли тебе придется по душе сюрприз, касающийся «твоей собственной свадьбы» – хотя я думаю, что это скорее
моя
свадьба —
«Пока смерть не разлучит нас»
43. Скотту
[Март 1920]
Рукопись, 4 стр.
[Монтгомери, Алабама]
Любимый —
Я хотела это сделать ради тебя, потому что знаю, какую устраиваю неразбериху и как это все будет неудобно – но я просто
не могу
и
не хочу
принимать эти ужасные пилюли
[54]
[Зельда ошибочно считала, что могла забеременеть.]
– так что я просто выкинула их. Лучше уж воспользоваться карболкой. Видишь ли, пока я чувствую себя в своем праве, я не слишком забочусь о том, что происходит – а кроме того, я бы предпочла иметь
полноценную семью,
нежели пожертвовать своим самоуважением. Просто они ставят все на неверную основу – и я бы ощутила себя чертовой шлюхой, прими я хоть одну, так что постарайся понять, пожалуйста, Скотт, и делай то, что считаешь правильным – но не делай
ничего,
пока мы не
убедимся,
потому что Бог – или что-то там – всегда все делает правильно, так что, возможно, и теперь так случится.