Страница 30 из 74
— Не отвлекаемся, — предупредил всех Шишаков, разливая по стаканчикам огненную воду. — Виталик, тебе в два раза больше. Обезболивающее. Баба она крупная, так что будь готов..
— Саня, и ты туда же⁈ — заскрипел зубами здоровяк.
— Так он о тебе беспокоится, — ухмыльнулся я.
— Ещё услышу от кого-нибудь.. хоть даже намёк.. — начал Виталик.
— Мне нужна помощь, мужчины, — услышали мы вновь голос проводницы. — Краник в бойлере сломался, надо починить. Кто у вас самый рукастый?
Полная женщина пристально оглядела нас, и её взгляд остановился на Виталике. Она плотоядно улыбнулась.
— Поможешь? — многозначительно оглядела она здоровяка оценивающим взглядом.
— Конечно, поможет, — произнёс я. — Он у нас и есть самый рукастый! Руки на месте, как и остальные органы.
— Я это запомню, — процедил Виталик, сверкнув глазами в мою сторону. И поднялся. — Пойдёмте, посмотрим на ваш бойлер.
Напоследок он окинул хихикавшую толпу охотников ненавистным взглядом, и убыл в направлении логова проводницы.
— Итак, друзья, — поднял стаканчик Шишаков. — Чтобы нашему Виталику удалось починить краник в бойлере.
— Главное, чтобы краник Виталика не подкачал, — засмеялся Васян. — А то ведь точно оштрафуют.
— За всех отдувается. Красавец, — оценил его отважный поступок Шиша. — Ну, за настоящих охотников! За стаю!
— За стаю! — поддержали его остальные.
В этот момент по вагону разнёсся глухой звук, удар в стену и женский возглас вроде «Ого!»
— Начали ремонтировать, — загоготал Шишаков. — Ну, давайте, братцы! Вздрогнем!
Виталик пришёл спустя пару часов, когда в компании уже все окосели, а Васян поведал совсем неправдивую историю, как он отважно сражался против десятка ящеров.
Здоровяк растерянно улыбался, но на расспросы отмахнулся, покраснел и завалился спать.
Шишаков уже успел накидаться, добавил своей святой водицей из фляжки. И у меня получилось выведать адрес проживания его массажистки, по которой он так вздыхает. Оказывается, Марьяна ему отправляла открытку, вроде «Скучаю, не могу. Москва чудесна, бла-бла-бла». И на открытке этой был указан адрес.
Как окажусь в Москве, к ней и наведаюсь. Передам от Шиши любовный привет, и узнаю о причине столь скорого отъезда.
* * *
Москва, улица Новослободская, участок № 3, в это же время
— Я уже подписал эту чёртову бумагу! — зарычал в телефон агент тайной полиции Дорохов.
— Юрий Львович, нужно более подробно описать характеристики существа, — пробормотал в ответ начальник лаборатории. — У нас государственное учреждение.
— Да я не знаю всех его навыков! Как вы не поймёте! — резко ответил агент. — Поэтому и надо его исследовать!
— Я говорю про общие.. общие характеристики, — проблеял его собеседник. — Вы указали лишь десять процентов от требуемого. Поэтому надо заполнить бланк ещё раз. Вот тогда мы запишем существо в реестр, отправим доклад в имперскую канцелярию, существо получит именной код, и мы..
Дорохов не выдержал, нажал на «завершить звонок» и откинул телефон от себя.
Всю ночь эта чёртова тварь провела в камере. Да, эта камера была специально оборудованной и сдерживала существо. Но он прекрасно помнил как на них напал его хозяин. Такой скорости он давно не видел. И Якуб поделился с ним, как только очутился в Москве, схваткой с незнакомцем.
Неожиданно этот тип уделал мастера магии. Кто бы мог подумать!
Что удивительно после лёгкого сотрясения Якуб не мог вспомнить лица парня. То у него нос картошкой, то глаза раскосые. А недавно он признался, что тот двигался на ускорении, и лицо было размыто.
Учитывая угрозу — а было понятно, что хозяин карлика обязательно придёт за ним — Дорохов распорядился, чтобы в лаборатории пошевелились и хотя бы передали то, что есть. Антимагическое зелье, которое бы ослабляло существо.
Ни в коем случае нельзя им потерять такой ценный экземпляр. Ни в коем случае! Да к тому же Борщов признался, что как только зелёная тварь очутится в лаборатории, Дорохова повысят в звании и выплатят сто тысяч премии. Это лишний раз подстёгивало агента.
Но.. не всё зависело от него. Всё сейчас упиралось в чёртовы бумажки. Сраная характеристика! Кто бы мог подумать, что она так затормозит всё дело.
Что печально и сам Борщов не мог нагнуть руководство лаборатории. Секретный объект, как никак. Находится под личной юрисдикцией министерства обороны. И это было проблемой.
Борщов недавно разругался с Вересовым, нынешним министром обороны. Когда Кречет с помощниками погибли под Хабаровском, начальник тайной полиции требовал отправить имперскую гвардию для чистки. Но Вересов послал его, напоминая, чтоб тайная служба сама разбиралась со своими проблемами, и не вмешивала его в свои дела.
И это сейчас было очень печально. Всё не в масть! Оттого Дорохов и нервничал.
Он решил ещё раз наведаться к тому самому Гобу, как называла себя зелёная тварь. Пока только так. Нельзя расслабляться.
Он вышел из кабинета, прошёл по коридору, затем подождал, пока ему откроет клетку охранник и зашёл в левое крыло.
— Юрий Львович, сыворотка почти готова! Передали! Только что из лаборатории! — услышал он запыхавшийся голос Петрухи, своего помощника. Тот подбежал к решётке. Взмыленный, будто марафон пробежал. — Скоро будет готов тестовый образец!
Из кармана он достал несколько пузырьков с жидкостью ядовито-оранжевого цвета. О, а вот это уже кое-что!
— Когда это «скоро»? — напряжённо произнёс Дорохов.
— Шесть с половиной часов, — пробормотал помощник.
— Вот как только будет готова, сразу бери за жабры лаборантов. И тащи их сюда, — быстро распорядился он. — Будем проверять эту дрянь.
— Но надо протестировать.. согласовать.. — округлил глаза Петруха. — Их начальник..
— Тестировать будем на этой тварине, Петя! Если что, скажешь, что под мою ответственность, — раздражённо произнёс Дорохов. — Поторопи их. И держи меня в курсе. Понял?
— Ага, понял, — закивал помощник и кинулся к лестничной площадке.
Дорохов вздохнул, резким движением пригладил несколько волосин на залысине, дёрнул тонкими усиками. Нервы на пределе. Но осталось совсем немного.
Он подозвал надзирателя и распорядился, чтоб тот открыл окошко камеры, в которой заключён карлик. Надо было убедиться, что всё в порядке.
Дверца опустилась, жалобно проскрипев на петлях. И на него через решётку уставилась зелёная рожа твари.
— Ублюдки! Черти! Всех казнить!