Страница 13 из 74
— Никитич, ты ж знаешь, нас этим напугать сложно, — ответил за всех Шишаков. — И не с таким сталкивались.
— Александр, просто помолчи сейчас, — процедил Гвоздев. — Я говорю то, что есть. Твари серьёзные. Насколько я услышал — летающие и наземные.
Далее Никитич объяснил, что наземные похожи на ящеров. А летающие — больше на шершней, которые не только плюются ядом, но и усиливают пехоту. И тварей в последней волне замечено порядка нескольких сотен.
— Так что придётся попотеть, — закончил Гвоздев. — Периметр недавно отодвинули под напором монстров ещё на сотню метров.
Ну вот, я же говорил, что князь Черняев из-за этого и начал суетиться. На́чало подпекать ему седалище, вот и пошёл на крайние меры. Почти уверен, что этот хитрый жук перестраховался и ещё кого-то нанял для зачистки башни. Так что я буду вполне вероятно не один.
— А теперь ждём ответа от Черняева, — косо посмотрел на меня Гвоздев. — Как оплатит работу — сразу срываемся. Можно уже этой ночью уехать на поезде в Белогорск. Полдня и вы на месте.
Я в это время уже связался с Черняевым. Отправил ему сообщение. А затем он перезвонил Гвоздеву. Глава СОХ отошёл в сторону, минут пять беседовал с князем, а потом вернулся. Он улыбался, и я понял, что князь согласился выписать чек.
Пока мы собирались в дорогу, приехал курьер, передавая чек от князя.
Пока остальные грузили провиант и оружие, мы с Шишаковым отошли в сторону.
— А у тебя отличная хватка, — оценивающе ухмыльнулся он, поглядывая на меня. — Я бы так резко не подошёл к Гвоздеву. Мужик он суровый.
— Но отходчивый, — заметил я.
— Эт верно, — скривился в улыбке Шишаков. — Я хотел про другое спросить. Ты уверен, что пройдёшь все три башни? Там люди мрут как мухи, а ты с такой радостью туда рвёшься.
— Пройду, не переживай, — кивнул я. — Как зачистим три башни, я прихвачу пару артефактов. Знаю торговца, которому можно выгодно продать их. Эти деньги я отдам тебе. Сможешь поехать в столицу и вернуть свою даму сердца.
Шишаков сразу же изменился в лице, злобно уставился на меня.
— Может хватит? — засопел он. — Нет у меня никакой дамы сердца. Уехала и уехала.
Шиша отвёл взгляд, но я то видел, как он переживал по этому поводу. Душа у него точно болела по своей массажистке.
— Ладно, — хлопнул я по его плечу. — Разберёмся. Ты главное не нервничай.
— А я что, нервничаю, по-твоему⁈ — нервно выпалил Шишаков, ещё сильней нахмурив брови. — Закрыли тему!
— Конечно, закрыли. Пойдём помогать нашим, — направился я в казарму, и Шишаков потащился за мной.
Не прошло и получаса как мы отправились на нескольких машинах-будках в сторону вокзала. Скорость сборов объяснялась тем, что можем опоздать на ближайший поезд.
Но мы всё-таки успели. Благополучно приобрели билеты в Белогорск, загрузились в два плацкартных вагона. И я сразу пожалел, что не приобрёл купе. Запахи курицы, очищенных яиц и лука смешивались с ароматом носков и перегара.
В конце вагона ехал какой-то дед, который периодически громогласно чихал и громко высмаркивался в платок. А недалеко от него выл ребёнок, которого отчитывали родители.
Шишаков попытался залезть на верхнюю полку, но его опередил Васян.
— Да что б вас — прорычал Шиша. — Не дают по-человечески отдохнуть.
В этот момент вагон покачнулся, колёса ударили о рельсы, и наш поезд тронулся с места. Снизу раздался привычный и размеренный стук металла о металл.
Вздохнув, Шиша сел напротив меня, очутившись в компании охотников, которые уже начали травить байки. Человек десять собрались в одном месте, и градус веселья прибавился, когда принесла бельё молоденькая веснушчатая проводница.
— Прошу вас, вот бельё, — натянуто улыбнулась она всем. В глазах её промелькнул страх.
— Красотка, приходи к нам, — плотоядно улыбнулся её Виталик, здоровяк со шрамом на лбу. — Я столько интересных историй могу рассказать.
— Спасибо, но у меня много работы. Прошу, только потише себя ведите, — предупредила девушка, побледнев.
— Как скажешь, красотуля, — подмигнул Виталик, и ещё несколько охотников засмеялись, поддерживая его.
Многие уставились на её точёные ножки, выглядывающие из-под юбки и когда она ушла, Виталик засобирался.
— Я сейчас, — хмыкнул он остальным Виталик. — Надо объездить эту кобылку.
Он подскочил с места, а через минуту мы услышали возмущённые возгласы проводницы. Потом она запищала, громыхнула дверь и раздалось рычание Виталика.
— Вот же тварь, — процедил Шишаков, подрываясь с места.
— Саня, да всё там нормально! — засмеялся вслед Васян. — Голубки воркуют!
— Помолчи, пожалуйста, — предупредил я его. — И не лезь. Вон, любуйся природой в окошко.
Васян встретился со мной взглядом и обиженно засопел, отворачиваясь.
Я дошёл до комнаты проводницы, наблюдая, как Шишаков за воротник вытаскивает Виталика и даёт ему пинка.
— Ещё увижу, что домогаешься до девушки, выпотрошу, — выдавил Шиша, а Виталик лишь оглянулся. Хотел подскочить к нему, но передумал.
— Да она сама меня спровоцировала. Да ещё и подмигнула. Так ведь, милаха? — улыбнулся ей Виталик.
— Н-нет, не так, я вам не подмигивала, — замотала головой проводница.
— Шиша, ну дай отдохнуть товарищам, — поджал губы Виталик. — Не порти всю малину.
— Ещё слово — и выкину из поезда, — процедил Шишаков.
— А я напоследок добавлю пинка для ускорения, — присоединился я к его словам. — Если Гвоздев узнает, что ты выпивал, а уж тем более пристраивался куда не надо, он исключит к чёртовой матери тебя из союза. Уж поверь, это будет быстро и беспощадно.
— Володя, Саня, да чего вы налетели-то? — сразу же побледнел Виталик и примиряюще поднял руки. — Ладно, я всё, пошёл спать.
— Отличное решение, — одобрил Шишаков, и когда здоровяк ушёл, обратился к проводнице: — Извиняюсь за своего подчинённого. Он не в себе.
— Да, понимаю. Ничего страшного, — выдавила улыбку испуганная девушка, поправив воротник своей формы.
— Больше он к вам не полезет. И если что — сразу говорите мне, — добавил Шиша.
— Или мне, — произнёс я.
— Спасибо вам, — блеснула глазками симпатяжка. — Может чаю хотите?
— Не откажемся, — одобрительно улыбнулся я.
Когда проводница вынесла в подстаканниках горячий чай и передала сахар с пачкой печенья, я полез за копейками.
— Не надо, это в качестве благодарности, — остановила меня девушка и исчезла в своём купе.
— Хорошая девчонка, — проводил её глазами Шишаков, а затем затих всматриваясь через стекло.