Страница 37 из 55
– Послушайте, вы ведь теперь мой адвокат, верно? Ладно, я уволю Джерри, если этого вам так хочется. Думаю, будет лучше, если у меня будет опытный адвокат по уголовным делам вроде вас, но только давайте не будем переходить к совершенно диким обвинениям – это меня пугает.
– На вашем месте я бы тоже испугался. Двенадцать часов назад ко мне заявилась некая федеральная спецгруппа и пригрозила отправить мою жену в тюрьму, если я им не помогу. Они хотели, чтобы я сблизился с вами и добился того, чтобы вы наняли меня в качестве своего защитника. И все это для того, чтобы я склонил вас к досудебной сделке: вы даете показания на своих собственных адвокатов, «Харланд и Синтон», которые промышляют отмыванием денег, а взамен вам скостят тюремный срок за убийство вашей подружки. Я уже почти целиком и полностью на это настроился. Но, познакомившись с вами поближе, открыл для себя две вещи: подружку свою вы не убивали, а о «постирочной» «Харланд и Синтон» даже не подозреваете. Если вы действительно были в курсе их делишек, то это, считай, почти что бесплатный билет на свободу. В таком случае от Синтона вы старались бы держаться подальше и уже тем более не стали бы вызванивать его в отдел полиции, чтоб он посидел с вами во время допроса.
Ноги его подкосились, и он полусел, полусвалился прямо на бетонный пол.
– Если вы не убивали свою подружку, то и ежу понятно, что кто-то вас просто подставил. Причем не фирма. Не хватало им еще самим создать ситуацию, в которой у вас возникнет большой соблазн сдать их ко всем чертям в обмен на смягчение срока. Вот потому-то им так и не хотелось, чтобы вас выпустили под залог. Типа, пусть посидит, пока его якобы случайно не прикончит какой-то отморозок – что поделаешь, немотивированная вспышка насилия, в тюрьмах бывает, мы тут не при делах!
Дэвид помотал головой и опять задышал как загнанный. Пытаясь справиться с очередным приступом паники, стал ритмично растирать колени, раскачиваясь взад и вперед.
– Смерть вашей подруги могла оказаться простым совпадением, но лично я в такие совпадения не верю. Честно говоря, я еще не до конца во всем разобрался. Но знаю, что убийства вы не совершали. И отлично понимаю, что вы слишком богаты и знамениты, чтобы пачкать руки отмыванием денег.
– Да какое еще отмывание?! Это же «Харланд и Синтон»! Одна из самых уважаемых фирм в Нью-Йорке! Совершенно исключено, чтобы…
– Не гоношитесь. Я тоже поначалу не поверил, Дэвид. Но теперь полностью убежден, что все это истинная правда. Если это просто чушь собачья, а федералы тянут пустышку, то с какой это стати какому-то залетному баклану лепить самому себе пожизненное и сажать на перо белого замухрышку, которого он до сих пор и в глаза не видел? Если чисто ради статуса, то никакого статуса он так себе не заработает. Ну да, пассажиров вроде вас в камере могут обобрать, отметелить, а то и еще чего-нибудь похуже сделать, но убивать вас никто не станет, поскольку никакой угрозы вы собой не представляете. Вы для них ноль без палочки. Лично моя версия в том, что Харланд с Синтоном заплатили кому-то за то, чтобы ваша персона стала палочкой с большим количеством нулей. Это вас они хотели убить.
– Нет, это бред, просто полный бред! Нет. Это совершенно исключено. В смысле, первый раз слышу, чтобы эта фирма занималась хоть чем-нибудь незаконным!
– Не сомневаюсь. По-моему, вы и сам в этом смысле человек добропорядочный. Но вы под прицелом. И мне кое-кто рассказал, что ваша система электронной безопасности – алгоритм, который прячет деньги в случае обнаружения кибератаки, – на полную катушку используется фирмой для отмывания денег, причем в миллионных масштабах. Они якобы тестируют эту вашу систему – но на самом деле отстирывают грязные доллары. Федералы хотят получить доступ к вашему алгоритму, чтобы проследить эти денежные потоки до банковских счетов, принадлежащих владельцам фирмы. Если вы можете им его предоставить, то сделка с прокурором нам обеспечена.
– Что?! Мой алгоритм не предназначен для отмывания денег! Это система безопасности!
– Знаю. Но могу предположить, что партнеры, заказывая вам разработку этой программы, специально прописали в техзадании: при обнаружении угрозы деньги должны уводиться со счета именно мелкими суммами. Я прав?
Чайлд кивнул.
– Федералы хотят и деньги, и партнеров, и ключом является как раз ваш алгоритм. Если они получат к нему доступ, у ФБР появится отчетливый денежный след – от самых первых перечислений к чистеньким банкнотам. Фирма запустила очередную якобы проверку системы в тот самый момент, когда вас арестовали. Я почти уверен, что когда деньги упадут на конечный счет, партнеры снимут их и дадут деру. Фэбээровцы хотят быть в этот момент поблизости. Вот что они предлагают: вы официально признаете вину, они завладевают алгоритмом, после чего вы получаете какой-нибудь символический срок, а мою жену отпускают восвояси. Но, по-моему, есть и другое решение проблемы.
– Я ее не убивал. И не стану ничего признавать.
– Я не позволю посадить вас в тюрьму за убийство, которого вы не совершали. Мы предложим им другую сделку. Я продам им алгоритм – за хорошую цену, не сомневайтесь, – и им придется просто отпустить и вас, и Кристину.
Я протянул ему руку – и только сейчас заметил, что меня всего трясет.
Дэвид уставился на меня – столь же испуганный, как и я сам – и отпрянул так, что даже стукнулся затылком о стену.
– Не могу, – проговорил он еле слышно.
– Придется. Я ваш единственный шанс выбраться из этой поганки целым и невредимым.
– Нет, это в смысле, что я ничем не могу вам помочь. Федералы жестоко ошибаются. Алгоритм установлен во внутренней сети фирмы. У меня нет к нему доступа.
Сцепив руки на затылке, Чайлд принялся ритмично сводить и разводить оттопыренные локти, хлопая себя по вискам, – словно кузнечные мехи качал. Может, он всегда так себе в голову конструктивные мысли закачивает?
– Господи, как я бы хотел, чтобы всего этого не было! – простонал он наконец.
И вдруг внезапно застыл – полностью погрузился в какие-то собственные мысли. Возвратился он к жизни, только когда облек их в слова.
– Эдди, предположим, что я и вправду сумею добраться до алгоритма. Почему я должен вам доверять?
Хороший вопрос. Я уже по привычке подумал, не втереть ли ему что-нибудь убедительное, благо учить меня этому не надо, но в итоге решил ограничиться голой правдой.