Страница 9 из 73
— Егор Никитич, я уже большой, можешь про пестики и тычинки не объяснять, — хохотнул я.
— Дурак. Я тебе не об этом говорю, — покачал головой Гвоздев и попытался отвесить мне щелбан, но я ловко увернулся. — Шустрый, зараза, — хмыкнул он и продолжил: — Тесак решил подмять под себя весь город. И в этом переделе собственности погибнет очень много чело.. — Никитич замялся, видя, что я давлюсь от смеха. — Хрена ты скалишься? Я что-то смешное сказал?
— Егор Никитич, помнишь, я говорил, что решу проблему с железнодорожниками? — спросил я и показал значок в виде железнодорожных путей. — Ну так вот, я прислушался к твоим словам — «Володька, настоящий охотник должен решать проблемы не только силой, но и головой!», — попробовал я спародировать главу СОХ, но тут же схлопотал затрещину.
— Не кривляйся, — задумчиво сказал Никитич и, несколько секунд помолчав, спросил: — Правильно ли я понимаю, что это ты развязал эту бойню?
— Всё так. Пусть грызут друг другу глотки, — оскалился я. — Чем меньше уголовников останется, тем легче будет дышать простому люду.
На лбу Никитича вздулась вена, ещё две пульсировали на шее. Старик сжал кулаки, и казалось, что ещё немного и он врежет мне. Но этого не случилось.
— Знаешь. Я привык охотиться на чудовищ. Работа простая и опасная, зато ты всегда знаешь, кто твой враг. А в городе не всё так очевидно, — принялся объяснять Гвоздев. — Вроде обычный человек перед тобой, а через мгновение у него уже нож в руках, который он так и норовит запихнуть тебе под рёбра. И ты прав, городу будет только лучше, если ряды бандитов поредеют. Вот только меня беспокоит то, что ты так буднично говоришь о смерти людей.
Гвоздев, нахмурившись, посмотрел на меня, а во взгляде читалось «Уж не болен ли ты, Володька?».
— Егор Никитич, мне есть о ком переживать, и это явно не отребье, обитающее в подворотнях, — ответил я, хотя хотелось сказать ему намного больше.
Знал бы ты, Егор Никитич, скольких я потерял в прошлом мире, а скольких убил. Я видел смерти миллионов. Видел, как целые континенты сгорают в огне войны. А ты мне про жалкие банды. Смешно.
Таких выродков в прошлом мире я уничтожал целенаправленно.
Армия вошла в город, выбила неприятеля, а что же происходит потом? Правильно, улицы наводняют вот такие банды. Голодные шакалы расползаются по округе и начинают грабить.
Не в силах насытиться они вламываются в каждый освобождённый дом и пытаются утащить что-то ценное. А если в доме есть хозяева, то не беда. Острый клинок поможет освободить их от ценностей, а вместе с этим и от жизни.
Изнасилования, убийства, поджоги, продажа людей в рабство — это лишь малый список того, чем банды занимались в моём мире.
А всё благодаря хаосу военных действий. Солдаты заняты обороной, военная полиция не справляется, городская полиция давно прекратила своё существование. Идеальная среда для возникновения банд. Забавно, что большинство банд организовывалось из жителей освобождённого города.
Поэтому нет у меня жалости к уголовникам. Ты либо живёшь честно, либо переходишь черту и начинаешь грабить и убивать. Но тогда не нужно жаловаться, что тебя тоже могут убить и ограбить.
Как-то я вломился в гильдию воров в городе Акроб. Видели бы вы их глаза, когда они поняли, что сейчас профессиональных убийц и воров будут грабить и убивать. Да, в тот день я собрал славные трофеи, впрочем, и в Хабаровске явно есть чем поживиться. Осталось лишь найти, где эти крысы спрятали свои накопления.
— Володь, порой смотрю на тебя, и кажется, что передо мной не восемнадцатилетний барон, а прожжённый вояка, прошедший тысячи битв, — задумчиво сказал Гвоздев, попадая в точку.
— Кто знает, Егор Никитич? Кто знает? Может, я и правда великий герой, переродившийся в новом мире? — усмехнулся я, стараясь скрыть волнение.
Ведь старик так пристально смотрел на меня, будто в душу заглядывал. Но всё нормально. Мои слова вызвали на его лице улыбку.
— Вали отсюда. Фантазёр чёртов, — отпустил меня Никитич, ухмыляясь и покачивая головой мне вслед.
Ну а я.. я ускорил шаг и отправился сеять хаос.
* * *
Хабаровск, улица Карьерная, чуть позже
— Стасик, ты чего? — буркнула сонная Мария, поднявшись на локтях.
Одеяло соскользнуло с её пышной груди, обнажив её. Но этот вид совсем не заинтересовал Тёсарева. Его интересовали звуки, доносящиеся с улицы.
— Тихо, — шикнул он на девушку и прислушался.
За окном явно что-то происходило. Кто-то говорил. Нет, даже шептал, из-за чего слова разобрать не удавалось. Если бы не открытая форточка, то он бы этого даже не услышал.
Может, охрана вышла покурить? Но какого чёрта они трутся под окном? Должны ведь сидеть в соседних домах и наблюдать.
За окном вспыхнул огонёк, и Тёсарев на секунду выдохнул. «Ну точно, покурить вышли, идиоты», — подумал он, но через секунду понял, что огонёк слишком яркий и не тухнет долгое время.
Зазвенело стекло, и в разбитое окно влетела бутылка с зажигательной смесью. Бутыль разбилась о стену над головой Тесака, заливая всё вокруг вонючей горящей жижей. Мария истошно завизжала, так как пламя поползло не только по стене, но и по одеялу.
— Суки! — прорычал Тесак и, вытащив из-под подушки револьвер, выстрелил в оконный проём.
Второй рукой он нашарил мобильник и, ухватив Марию за локоть, поволок следом за собой, продолжая стрелять.
— Тесак! Сдавайся! Хазаров хочет поговорить! — послышалось за окном.
— Ха-ха! Поговорить? Хер вам по всей морде! — выкрикнул Тёсарев и, выбежав в кухню, одним резким движением вышвырнул Марию в окно.
Девушка была одета в одну ночнушку. Вынося окно она порезалась о стекло, но Тёсарева это не волновало. Мария была для него не только любовницей, к которой он хорошо относился, но и живым щитом.
Выпрыгнув на улицу, Тесак подхватил девушку и закинул себе на плечи.
Слева прозвучал мужской бас:
— Не дури. Дом окружён.
Тёсарев выстрелил на звук и, судя по хрипу, попал куда надо. Словно мешок с картошкой, говоривший рухнул на землю.
Что ж, надо ускоряться. Тесак напитал тело маной и сиганул через забор.
— Пацаны! Он Костика завалил! — рявкнул хриплый голос.
— Хазаров сказал, что при оказании сопротивления мы можем его убить! Гаси сучару! — взвизгнул кто-то из темноты.