Страница 18 из 82
— Ну ладно, — согласился друг, явно впечатлившись моими доводами.
— Мир? — протянул он руку.
— Мир, — ответил я. — Но руку жать тебе не стану.
— Это почему? — не понял Михаил, искренне удивляясь.
— Потому что ты только что ею сопли в носу вытаскивал, — буркнул я негромко.
— Понятно, — вздохнул Мишка и, не долго думая, вытер руку о свои шорты.
Неожиданно на футбольном поле раздались какие-то крики, и мальчишка из нашего отряда, лежа на земле, завопил. Вокруг него сразу образовалась толпа из игроков и болельщиков. Мальчишки начали выяснять отношения, и дело чуть не дошло до драки, однако будто из ниоткуда появился субтильный мужичок в спортивном костюме со свистком на шее и быстро прекратил это безобразие.
Валявшегося на земле мальчишку общими усилиями перенесли на нашу с Мишкой лавку. Почему они выбрали именно ту лавочку, где сидели мы с товарищем, для меня так и осталось загадкой.
— Гаранин, — просипел запыхавшийся рыжий Петя, подойдя ко мне.
— Чего? — недобро глянул я на него и хотел уйти, но он меня остановил.
— Леха, выручай! Не кем заменить, или второй отряд нам сейчас поражение запишет.
Футболист из меня так себе, но что не сделаешь ради общего дела. И я, подтянув кеды, вышел вместе с рыжим на поле.
— У нас замена! — крикнул рыжий Петька, показывая пальцем на меня.
Наши соперники, видимо, не имели ничего против, и игра продолжилась.
Как я уже упоминал, футболистом я был посредственным — так, средненьким. Но, как оказалось, «средненьким» я был для своего времени. Поэтому претендовать на лавры Роналдо, Марадоны и прочих Пеле в моё время было бы просто глупо. Кто я и кто они?
Однако то, что я увидел сейчас на футбольном поле, командой назвать было сложно — от слова совсем. Всё выглядело так, будто толпа подростков гоняется за мячом, чтобы просто пнуть его куда-нибудь.
Счёт на табло был ничейный — два-два, и наши соперники слегка поддавливали нашу команду, хоть и делали это очень неумело.
Впервые я дотронулся до мяча только спустя пять минут после моего появления на площадке. Подбросив его вверх мыском, я прочеканил мяч несколько раз, пытаясь оценить инвентарь, с которым придётся играть.
Неожиданно на меня налетел один из нападающих команды соперников. Я легко увернулся, спрятав мяч за спиной. Он пыхтел, толкался локтями и даже чуть не порвал мне футболку — пока судья не остановил игру.
— Жёлтая карточка! — крикнул он, показывая её моему сопернику.
До ворот оставалось метров двадцать, и я заработал для нашей команды штрафной. Рыжий хотел было пробить, но я его остановил:
— Дай я разок попробую, — вежливо попросил я Петьку.
Тот немного поколебался, но, вспомнив, кто заработал этот штрафной, не стал препятствовать.
Наши соперники то ли не знали, что надо ставить стенку, то ли, глядя на такого щуплого игрока, решили, что я даже до ворот не сумею дотянуться. Но они просчитались.
Разбег, удар… Я слегка подкрутил мяч, и он, взлетев по дуге, влетел прямиком в «девятку». Их вратарь лишь взглядом успел проводить мяч и в сердцах бросил перчатки на землю.
Первый тайм закончился практически сразу после забитого мной мяча, и команды ушли на перерыв.
— Ну ты молоток, Лёха! — шёл со мной рядом Петька и с уважением похлопывал меня по плечу. — Такую им плюху закатил, я аж сам рот открыл сначала, когда увидел, что мяч летит мимо, — говорил он.
— Просто повезло, — пожал я плечами. — Бывает.
В перерыве я попросил нашего нападающего Славку смещаться на левый фланг, а я в это время буду с мячом вытягивать на себя их игроков. И как только он останется один, буду навешивать ему пас в штрафную. Парни согласились, что такая тактика выглядит логичной, и весь второй тайм вся команда играла на меня. В итоге мы забили нашим противникам ещё семь голов, и три из них впечатал Славик после моих пасов.
Немногочисленные зрители ликовали. В основном это были пионеры нашего отряда. Мишка залез с ногами на лавку и, радуясь за нашу команду, принялся вертеть толстым задом, делая танцевальные па. На удивление, я обнаружил среди зрителей нашу пионервожатую, а с ней — Инну и ещё несколько девочек. Они тоже радовались нашей победе. Впервые на лице Марины Александровны я увидел улыбку.
«Хороша, чертовка, — подумал я. — Жаль, у меня сейчас не тот возраст, а то точно бы затащил её в постель».
После своего танца Мишка подбежал ко мне и, переполненный радостью, бросился обниматься, совершенно забыв о том, что этими самыми руками всего час назад ковырялся в носу. Ощущение было не из приятных, но я решил не заострять на этом внимание. Не хотелось портить настроение моему пока единственному другу, хранителю страшной тайны о моей амнезии.
После криков и обнимашек ко мне подошла Инна. Она застенчиво поздравила меня с победой и уточнила, ждать ли меня сегодня вечером в клубе на танцах. Я утвердительно кивнул и отправился туда, где у нас стояли умывальники, но меня остановил оклик вожатой. Она также поздравила меня с победой и уже официально пожала руку, сказав, что не ошиблась во мне.
— Спасибо за поздравление, Марина Александровна, — с пафосом ответил я, не отпуская её ладонь. — Если бы не такие, как вы и Инна, ответственные люди, переживающие за наш отряд, ничего бы вот этого не случилось.
Я сделал жест свободной рукой, снова как бы показывая «всё это». Что я имел под этим словосочетанием, не спрашивайте, сам не знаю, но всё это было хоть и абстрактно, но выглядело основательно.
А вечером были танцы. Нет, не те танцы, что в моём времени назывались типа пати или дискотека. Это были обычные танцы со своим колоритом, и местный диджей постоянно ставил какие-то пионерские песни вперемешку со звёздами советской эстрады. Вот в чём я плавал, так это в именах или названиях коллективов, которые исполняли эти простенькие, незамысловатые песенки. Для этого времени такие шедевры, наверно, звучали очень современно, но для меня — не более чем самодеятельность. Хотя я не в претензии: какие времена — такие и песни.
Девочки в красивых летних платьях где-то раздобыли косметику и все как одна были совсем чуть-чуть, но подкрашены, из-за чего они стали выглядеть уже не девочками, а девушками и даже смотреться женственнее, что ли. В нашем отряде, как я понял, девчонок было чуть больше, чем пацанов, и поэтому вся активность шла именно от них, так как парни стеснялись и, стоя возле стен клуба, опасались пригласить кого-то из девочек на танец.