Страница 31 из 62
Она посмотрела в глаза Демьяну и, обессиленная, повисла на его шее. Хотелось забыть все, что происходило. Стереть всю информацию и с этого момента начать новую жизнь. Демьян провел рукой по ее волосам. Тепло его тела было приятно. Рядом живой человек. Она привыкла к ноткам его хвойно-древесного одеколона и, уткнувшись носом в шею, вдохнула аромат. Зажмурила глаза.
Их тела переплетались и содрогались в блаженстве. Вдруг неподалеку ожил телефон и издал сигнал. Это был мобильный Демьяна. Сообщение. Она запрокинула голову. Думать ни о чем не хотелось, хотелось лишь раствориться в этих минутах.
3
Ложась ночью спать, Лера подумала: «Было бы неплохо, если б Демьян остался со мной». Она всегда с трудом засыпала одна, а в этой обстановке и подавно.
Лера прокручивала в голове нежные моменты их прикосновений и гнала прочь навязчивые мысли о проекте. Вспомнила она и тот момент, когда Демьян коснулся ее шрама. Вдоль бедра до колена шли две бугристые полоски. Она не стала рассказывать о происхождении этих следов, но чувство скованности не покидало до сих пор. Лишь только когда она отпустила себя в ночной полет, ее тело обмякло и освободилось от этого зажима.
Замелькали картинки. Кабинет отца. Она аккуратно сложила рукопись, будто и не трогала. Посмотрела в дверной проем – никого. Сердце билось от одной лишь мысли, что та картинка, где стоял отец с ножом, могла стать реальностью. Ключи бренчали в ее маленьких ручонках, когда она закрыла дверь. Шаги. Он здесь.
Отец последнее время не разговаривал ни с ней, ни с матерью, лишь угрюмо смотрел на их лица. Потоптавшись в прихожей и положив утреннюю газету на тумбочку, он направил взгляд на Леру. После прошел в кухню и поставил чайник. «Не догадался», – успокоила она себя и на цыпочках прошла по коридору за ним.
– Где ключи?
Лера упала в обморок, а очнулась уже в больнице, когда ей накладывали швы. Две ярко красные полоски на ноге, похожие на два окровавленных рельса. Она пошевелила ногой, и боль отозвалась во всем теле.
Лера проснулась и провела рукой по шрамам – напоминанию на всю жизнь о том, что в их семье существовало безумие. Мать тогда сразу сдала отца в клинику, а ее начала водить к неврологам и психиатрам. Но все равно даже спустя двадцать лет дочери не хотелось признавать, что отец был чудовищем. Она пыталась найти другую причину того поступка. Убеждала себя: объяснение должно быть в той исчезнувшей рукописи. Лера решила позвонить лечащему врачу из городка Прейли, чтобы расспросить о главном герое книги отца. Хоть что-нибудь он должен вспомнить.
Долгие гудки прервал тонкий старческий голос. Сначала он что-то произнес по-латышски, но Лера его перебила:
– Это та девушка из России, которая к вам приезжала. Давно. – Она кратко напомнила историю отца.
– Я же вам все тогда рассказал. Зачем названиваете?
– Пожалуйста, не бросайте трубку. Вы единственная связь, которая может привести меня к разгадке тайны отца. Расскажите о главном герое его книги. Вы же хоть что-то должны помнить о нем.
– Героини. Альтер эго вашего отца было заточено в женский персонаж. У нее возникли проблемы со сном, она долго спала, сутками. Синдром спящей красавицы или, говоря научным языком, синдром Клейне – Левина. Люди с такой болезнью спят по восемнадцать часов и более. Для них сон – это реальность, а наш мир нужен лишь для того, чтобы поддерживать состояние сна. У его героини был тяжелый случай. Она полностью погрузилась в мир снов и не смогла оттуда выйти.
– Звали ее…
– Анна.
– Боже!
Лера положила трубку и пыталась уложить разрозненные фрагменты в одну картину. Она кусала нижнюю губу, пока из нее не засочилась кровь.
«Организатор знал моего отца!»
Эти слова плясали в судорожном хороводе. Пальцы потянулись к шраму, и она начала его расчесывать. Голова гудела от информации. Лера пододвинула ноутбук к себе, открыла диалоговое окно.
vetta_gold:
Кто ты такой? Откуда у тебя рукопись моего отца?
Ответа не последовало.
Две полоски шрама распухли, а в верхней части бедра и вовсе потемнели. Лера разодрала огрубевшую кожу, и теперь на этом месте виднелись розовые островки теплой плоти. Она провела рукой по бедру и разглядела чуть заметные красные пятна. Рассмотрев подробнее это место на теле, Лера не смогла понять, откуда могли взяться небольшие ранки, походившие на следы от уколов. И тут перед глазами всплыли слова из записей Анны. Та упоминала, что проверяет реальность, укалывая себя булавкой. Но ничего подобного Лере не приходило на ум делать. В этот момент ей стало жутко. Ее сознание плыло по реке, скользило по илистому дну памяти и уже готовилось пройти через водоворот безумия. Нет. Она этого не допустит.