В тумане дом

Лера оделась теплее и, взглянув на серую полоску неба, на всякий случай прихватила с собой зонтик. Вскоре она очутилась рядом с лесополосой. Ее не покидало странное ощущение, будто она не одна. Казалось, что из темной чащи на нее пристально смотрят чьи-то глаза. Она остановилась. Листья деревьев шептали над головой немые заклинания. Монотонно вела отсчет кукушка где-то неподалеку. Пахло перегноем и мокрым деревом. Боковое зрение уловило непонятное движение внизу. Черная линия ползла вдоль дороги и судорожно подергивалась. Приглядевшись, она поняла: это армия черных муравьев. Проследив их путь, Лера невольно наклонилась и увидела конец живой цепочки. Стало не по себе. В метре от нее лежало крохотное тельце птенца, выпавшего из гнезда. Оно беспомощно распласталось под раскидистыми ветками ежевичного куста.

Лес зашумел от ветра. Капли начали срываться с деревьев и падали ей на ветровку. «Не к добру это, – подумала она, посмотрев на серый, безжизненный клубочек перьев. – Надо поворачивать назад».

Когда она вернулась в дом, уже настало время обеда. На столе вскоре засверкали белоснежные тарелки и появился чан с пловом. Пообедав, Лера и Демьян решили прогуляться и поисследовать окрестности. Она забежала в свою комнату, быстро провела гигиенической помадой по губам и поспешила во двор.

Несколько минут они шли молча. Лера задумалась над пришедшей так внезапно идеей о тайне снов. Кто знает, может быть, так же осенило двадцать лет назад и ее отца? Она решила: когда приедет домой, обязательно разузнает все о его исчезнувшем романе.

– По тебе и не скажешь, что ты писатель, – улыбнулась Лера.

– Ага, многие представляют писателей в теплой жилетке, очках и, конечно же, с печатной машинкой. Да, я знаю, что не очень похож, а вот ты – другое дело. Такая вся творческая, особенно по утрам с этой прической: пучком на макушке головы, скрепленным карандашом. Всегда так делаешь?

– Я заколку дома оставила, пришлось импровизировать. Расскажи о своих увлечениях, как ты день проводишь?

– Я же публичная личность, видела, сколько у меня на ютьюбе просмотров видео? Уже за миллион перевалило. Конечно, для меня важно быть в форме. Тренажерка и все такое. Потом всякие дела по блогу, встречи и тусовки.

– А я никак не возобновлю занятия в спортклубе.

– Тебе подсушиться можно было бы, да и питание скорректировать. А то я видел, сколько ты шоколада на ночь ешь.

Лера изобразила улыбку, а сама подумала, что корректность – явно не его конек.

Они шли по тропинке. Немногочисленные дома, расположенные в поселке, оказались пустыми. Создавалось такое ощущение, что жители сбежали отсюда в спешке. Сквозь щелку в заборе они смогли разглядеть двор одного из коттеджей. Небольшой огород и сад, заросший сорняками. Рядом с дверью увидели рюкзак, набитый книгами. Будка с оборванной цепью и повалившееся на нее сухое дерево. Лера отошла от забора и сказала:

– Если нет никакого проклятья, то почему здесь никто не живет?

– Не знаю.

– Может, попробуем зайти в один из домов?

– Хорошая идея, только надо найти вариант с менее высоким забором.

Они пошли дальше. Демьян произнес:

– А ведь ты знаешь, Макс прав. – Выражение его лица изменилось и стало более серьезным.

– По поводу чего?

– Родители меня сравнивали с соседскими детьми, одноклассниками, а позже и с однокурсниками. Отец политик, и для него важно, чтобы его сын стал примером для подражания. Из-за этого только самый лучший вуз, а отдыхать мы ездили на самые лучшие курорты. Знаешь, всегда не мог понять, почему я должен этому соответствовать?

– Ты не должен. Ты можешь быть самим собой.

Дорога потеряла четкие очертания и теперь больше походила на темное месиво. Мокрая трава, перемешанная с грязью, прилипала к подошве обуви. Лера прокручивала в голове условия своего персонального задания: она что-то должна была найти вне дома. Предмет, информацию или может быть здание? До сих пор для нее это оставалось загадкой. Но она точно знала: это нечто должно быть как-то связано с ней. Все это больше напоминало игру в жмурки. У нее завязаны глаза, и она блуждает на ощупь. Но есть кукловод, этот невидимый руководитель проекта. Именно он хлопает в ладоши и подзывает к новой головоломке. А ей только и остается, что идти на звук, ведь других ориентиров нет.

Разбитые бутылки у крыльца, покосившийся забор и брошенный велосипед. Этот дом отличался от других. Он совсем не походил на коттедж, скорее, на заброшенную избушку. Постройка стояла поодаль от остальных, ближе к опушке леса.

– Смотри, там в окне свет горит. Кто-то точно должен жить в том здании, – Демьян указал на самый дальний дом.

– Но жители в деревне сказали, что здесь никто не живет. Давно отсюда все разъехались. Слушай, а если это тот дом колдуна?

– Прекрати. Лесник, наверное, какой-нибудь там проживает. К тому же ты сказала, что тот проклятый дом снесли. Так что не бойся, скорее всего, это наш единственный шанс узнать, куда мы попали.

– Пойдем?

Когда они подошли ближе, то заметили: стены здания уже начали обрастать цвелью. Во дворе трава была им по пояс, а дверь болталась без замка и приглашающе отворилась от порыва ветра.

– Что стоишь? – Лера окликнула Демьяна. Он стоял неподвижно, словно околдованный темной магией этого места.

– Иду!

Комнат оказалось всего две. Они заглянули в первую. Заброшенная маленькая кухня с печью, которая зимой согревала этот затерянный в глуши уголок. Деревянный стол у окна, на нем протертая желтая скатерть и раскинутые веером ложки, вилки и ножи. На полу валялись ошметки свежей грязи и клубы пыли. Лера прошла дальше. Следующая комната, по всей видимости, была спальней. Из приоткрытой двери виднелся край одеяла, свисающий с кровати, и помятая подушка. Спальное место походило на ложе тяжелобольного человека: скомканная простынь, голый край матраса и холодный металлический блеск прутьев. Лишь теплый желтый свет придавал обстановке хоть какой-то намек на теплящуюся искру жизни.

Как только ее нога переступила порог, стало не по себе.

Запах. Лимонного крема и коржей. Торт – такой же, как когда-то давно делала ее мать. Она медленно подошла к столу и взяла в руки свечи.

– Тут что-то не так, – произнесла Лера.