Страница 3 из 65
Пока я не совершил роковую ошибку. Обвинил жену в том, что не может держать язык за
зубами. А сам то? Не смог тогда промолчать…
Внутри все сжимается от чувства жалости, злости и бессилия.
Олеся кажется нимфой, что исчезнет с секунды на секунду.
Дверь кабинета директора вновь открывается. Светлана Викторовна уходит, минуя меня,
будто меня здесь нет. Сразу же за ней выглядывает директор. Мужчина осматривает
коридор и останавливает свое внимание на Олесе.
— Олеся Игоревна, извиняюсь за ожидание! — расплывается он в улыбке. — Проходите!
Поговорим!
Олеся медленно оборачивается к нему. Несколько секунд смотрит на него, затем на меня
и гордо вскидывает подбородок.
— Я спешу, Михаил! Вы задержали нашу встречу на целых сорок минут! Завтра муж зайдет
и решит все проблемы лично, — бросает он властным, уверенным тоном с легкой ноткой
вызова.
Одним лишь ответом она отвечает директору и одновременно мне. Дает сигнал, чтобы и не
думал лезть к ней. Чтобы и не думал подходить.
В ее взгляде горит огонь. Всем своим видом она показывает, что ей не нужны мои
объяснения и оправдания.
— Я очень извиняюсь, Олеся Игоревна…
Олеся ничего ему не отвечает. Разворачивается и уходит в противоположную мне сторону,
оставляя мне лишь одну возможность наблюдать за тем, как подпрыгиваю ее кудри при
каждом шаге. И понимание, что это больше не моя Олеся.
— Максим Александрович? — директор переводит взгляд на меня, словно бы только сейчас
заметил меня и не понимает, почему я еще не ушел.
Его голос слегка напряжен и осторожен, как и улыбка на его лице.
— Кто была эта женщина? — спрашиваю его в лоб.
— Мама одной из первоклассниц, — отвечает он растерянно. — Вчера меня набрал ее
супруг и попросил о встрече. Но причины я не знаю.
В его глазах появляется любопытство, но вряд ли он что-то из меня вытянет. После
развода с Олесей я привык держать рот на замке.
— Спасибо, — сухо отвечаю, развернувшись и направшись на выход.
— Максим Александрович, выход в той стороне, — указывает мужчина в ту сторону куда
ушла Олеся.
Кивнув ему в знак благодарности повторяю путь Олеси.
Может попробовать ее догнать?
Ускоряю шаг и лечу на выход, оглядываясь во всевозможные стороны, словно бы Олеся
могла спрятаться от меня. Но ни по пути, ни на парковке я свою бывшую жену не
нахожу. Только раздражающую будущую, сидящую рядом с машине.
— Максик, — противно тянет невеста, пока я завожу двигатель. — Смотри вот такое
платье хочу. Как думаешь, мне пойдет? — тычет мне своим телефоном в лицо.
Морщусь и легко толкаю ее руку обратно, лишь мазнув взглядом по экрану.
— Нет, — качаю головой. — Тебе нельзя живот пережимать. А это в талии будет жать.
— Почему? — наивно спрашивает, словно бы не понимает особенностей своего положения.
— Сама подумай, — стараюсь сдержать в голосе свои эмоции и объяснить все спокойно и
терпеливо. — Ты беременна. Лишнее давление может спровоцировать выкидыш.
— Из-за этого ребенка одни проблемы! — вскакивает она, чуть не задыхаясь. — Ты даже
не прикасаешься ко мне теперь! Боишься, что повредишь малышу. Это ненормально!
Не прикасаюсь я к ней по другой причине, но это уже мелочи.
Все внутри переворачивается от одного лишь слова. Ребенок…
Ребенок… У Олеси есть ребенок? Олеся мама? Уже?
Стоп! Если ребенок первоклассник, то ее ребенку должно быть семь лет где-то. Ну может
шесть! Но…
Замираю от неожиданно стрельнувшей в голове мысли.
А что если у Олеси ребенок от меня? Что если она ушла тогда беременной?
Тихо нашептывает голос в голове.
Да бред! Была бы беременной мне бы сказала!
Хотя…
Не, Олеся адекватная женщина! Она бы мне сказала, если бы мы разводились, когда она в
положении.
Но эта мысль о том, что у Олеси может быть ребенок от меня всё равно остаётся, как
мутная тень в моем разуме, и я не могу избавиться от неё полностью…
— Максик, я что-то устала… — противно хнычет моя беременная невеста на соседнем
сидении, кажется, уставшая от листания ленты. — Может, поедем отдохнем?
Бросаю взгляд на нее и отчего-то становится еще противнее. Это притворно уставшее
лицо. Но от чего ей уставать? Вся ее жизнь заключается в шопинге, листании ленты и
светских мероприятиях.
Понимаю, что беременность тоже вносит свой вклад в ее самочувствие, но она такой была
всегда.
— Завезу тебя домой, — предлагаю ей, заводя двигатель. Говорю ровно и спокойно, пряча
раздражение в голосе.
Это твоя невеста, Максим! Ты должен смириться и принять то, что сделал.
— Я о море, — отвечает она, расплывшись в улыбке, которая еще недавно могла и правда
растопить меня. — Я что-то уже устала от Москвы. Может, на море поедем?
— Я поехать не смогу, — коротко отвергаю ее следующее предложение о том, чтобы мы
поехали вдвоем. — Выбери подругу, с которой полетишь. Я оплачу вам билеты. Лучше
будет, если полетишь со своей мамой, чтобы она приглядывала за тобой.
Ксюша глубоко вздыхает и надувает губки от притворной досады.
— А с тобой? — спрашивает она тихо, заглядывая мне в глаза. — Я хочу с тобой. Со
своим женихом!
— У меня полно работы, — отвечаю сухо, без оправданий. — Я пока не могу отлучиться.
Мой ответ невесту злит. Не на шутку, злит. И хоть она старается сдержаться, но
недовольство выливается через край.
— Ты вообще никогда не отдыхаешь! Такое чувство, что кроме работы, у тебя в жизни
ничего нет.
Хочу съязвить в ответ, но помня о ее беременности, сглатываю все и лишь коротко
бросаю:
— Такова жизнь, — пожимаю плечами, поворачивая на очередном перекрестке. — Едем по
организационным вопросам? Свадьба?
Ее лицо в секунду озаряется улыбкой и счастьем. Одно лишь предложение заставляет ее
забыть о своих обидах.
— Да! Наконец! — восклицает она, хлопнув в ладоши, как маленький ребенок.
— После я хочу заехать в клинику. На УЗИ. Посмотреть, как наш малыш, — буднично
оповещаю ее.
— Хорошо, — кивает она, а в глазах появляется теплота. Ксюша опускает руку на свой
живот. — Я в прошлый раз даже головку видела! Врач показывала. Сама бы даже не
поняла. Малыш еще кроха! И вообще, это так необычно… во мне ребенок!
— Дети — это счастье, Ксюша…