Страница 7 из 39
Нам часто задают вопрос…
Нам часто задают вопрос:
– Какой национальности ваша газета? Русской, американской или еврейской?
Вопрос довольно сложный. Хотя когда-то, в Союзе, он решался элементарно.
У каждого был паспорт. В нем – пятая графа. И в этой графе недвусмысленно указывалось: русский, еврей или, скажем, – татарин.
Я, допустим, был армянином – по матери. Мой друг, Арий Хаймович Лернер, – в русские пробился. Даже не знаю, как ему это удалось. Говорят, теща русская была.
Мой приятель художник Шер говорил:
– Я наполовину русский, наполовину – украинец, наполовину – поляк и наполовину – еврей…
Вот какой был уникальный человек! Из четырех половин состоял…
В общем, устраивались как могли. Кто в греки шел, кто в турки подавался…
Затем началась эмиграция. И повалил народ обратно, в евреи. Замелькали какие-то бабушки из города Шклова. Какие-то дедушки из Бердянска. Мой знакомый Пономарев специально в Гомель ездил, тетку нанимать… Еврейские женихи и невесты резко подскочили в цене…
Начинающего эмигранта Кунина спросили:
– Ты хоть Жаботинского читал?
– Да вы путаете, – удивился Кунин, – это Юрий Власов книгу написал, а Жаботинский, говорят, и читает с трудом…
И наконец – мы здесь. И кончился весь этот дурацкий балаган.
Да будь ты кем хочешь! Кем себя ощущаешь! Русским, евреем, таджиком!..
Теперь о газете.
Мы говорим и пишем на русском языке. Наше духовное отечество – многострадальная русская культура.
И потому мы – РУССКАЯ ГАЗЕТА.
Мы живем в Америке. Благодарны этой стране. Чтим ее законы. И если понадобится, будем воевать за американскую демократию.
И потому мы – АМЕРИКАНСКАЯ ГАЗЕТА.
Мы – третья эмиграция. И читает нас третья эмиграция. Нам близки ее проблемы. Понятны ее настроения. Доступны ее интересы.
И потому мы – ЕВРЕЙСКАЯ ГАЗЕТА.
Вот так обстоят дела.
Кто-то недоволен?
Переживем.
Ведь свободу, кажется, еще не отменили!