Страница 67 из 79
— Нет. – Лейвар стоял на своем. – Пусть окружной судья лично придет сюда и выставит свои претензии.
Стражи дерзнули возмутиться:
— Вы, конечно, уважаемый драг-лорд, но такие меры принимаются только в случае истинных пар.
Лейвар расстегнул несколько пуговиц свободной рубахи и показал метку истинности:
— Я, как ее истинный партнер, открыто заявляю о том, что все претензии к моей паре принимаю сначала я.
Стражи от шока пооткрывали рты. Такого они точно не ожидали. Я, признаться, тоже.
— Не может быть. Это невозможно. Пара драгхар и человек нереальна.
— Вив, покажи свою метку.
Драгхары с испугом уставились на мою грудь. Лейвар тихо зарычал, и они тут же перевели взгляд на потолок и стены. Похоже, они подумали, что метка у меня в том же месте, где и у моего официального куратора.
Я сняла домашнюю туфлю с левой ноги, взялась рукой за перила и вывернула ногу так, чтобы всем была видна моя пятка. И удивленно посмотрела на кожу. От руны остались жалкие хвостики, а все остальное было одним фиолетовым шрамом.
Как быстро зажило! Неудивительно, что я сегодня совсем забыла про то, что жука доставали из пятки, и спокойно ходила. Неужели у меня открылась усиленная регенерация?
Я улыбнулась, посмотрела на Лейвара и увидела, что он совсем не рад этому факту. Точнее, тому, что метка стала совсем на себя не похожа.
— И где? Это что-то непонятное. Пытались подделать? – спросил главный страж гневно.
— Я объясню все окружному судье. Пусть приходит. – Лейвар снова закрыл меня собой.
— Лейвар, не препятствуйте правосудию. Хочу вам напомнить, что за подделку метки вам может грозить смертная казнь.
— Ответственность я возьму на себя. Можете уходить, – твердо сказал мой крылатый, и я восхитилась его мужественностью и нежеланием мириться с обстоятельствами.
Вот что значит как за каменной стеной.
— Вы пожалеете об этом, драг-лорд. Сейчас мы уйдем, но вернемся с огневиками посерьезнее вас.
Лейвар лишь улыбнулся:
— С удовольствием с ними встречусь и распишусь огнем, чтобы сравнили с подписью в доме ювелирши.
Стражи ушли, а драгхар развернулся ко мне, склонил голову набок и спросил:
— Почему не послушала?
— Стало бы лучше? – спросила я.
— Не знаю, – честно ответил крылатый, а потом поинтересовался: – Ты хотела открыть себя?
Он читал мои мысли.
— Да, но у меня ничего не получилось.
— Ты потратила все силы на восстановление.
Вот как! А я об этом не подумала.
Я посмотрела на драгхара. Он стоял такой уверенный, будто знал тысячу версий развития событий. Я же не могла предположить ни одной – сказывалось отсутствие знаний о мире потомков драконов.
— Что теперь? – спросила я у мужчины.
— Ждем.
Я уже замечала, что чем серьезней ситуация, тем более немногословным становится Лейвар.
Но мне хотелось понять, что может произойти. Проговорить вслух эмоции и домыслы.
— Как думаешь, зачем это все Элевии? – спросила я.
Крылатый задумчиво посмотрел вперед:
— Не получилось поработить – хочет погубить. Да и шкурный интерес – она знает, что я не оставлю ее в живых, вот и хочет перевести мое внимание на тебя, чтобы сбежать.
Я вспомнила то ощущение, когда она неслась на меня под землей. У меня было чувство, что она не остановится, как кинутый клинок.
— Ей нельзя дать сбежать, – прошептала я.
— Скорее всего, она уже это сделала.
— Она жадная до золота. Без него она не уйдет, уверена. И я знаю, где ее тайник.
Лейвар посмотрел на меня, а потом предупредил:
— Если уйдем, нас объявят в розыск.
— Если останемся, она сбежит, а потом обязательно воткнет нож в спину. Тем более я хочу привлечь ее к ответственности за жука.
— Тогда нужно будет открыть все карты. Сказать о твоем происхождении всему миру. Готова?
Я подумала. Хорошо поразмыслила и кивнула.
— Пойдем. Я знаю, где она, – сказала я.
Мы открыли дверь, на пороге стояла Тереза. Она только занесла руку, чтобы позвонить, увидела нас и на секунду отвела взгляд. Ей было стыдно?
— Слышала, тут были стражи. Вам нужна моя помощь?
Я переглянулась с Лейваром. Мы кивнули одновременно. Голос правды нам не помешает.
* * *
Элевия Формих сделала свой тайник глубоко под землей. Я ощущала его всем своим даром, когда однажды оказалась в ее дальних владениях. Это был небольшой участок земли, где хранили старые кареты, разряженные артефакты и ненужную мебель в доме, больше напоминающем склад. Мы с Риссой заехали туда, когда доморф решила объединить два задания в одно: быть со мной и привезти из дальних владений пуфик для ног.
Я никому не говорила, что мой дар значительно возрос и мне уже давно не нужно находиться прямо над золотом, чтобы ощутить его. И это сыграло мне на руку.
Втроем мы отправились в ее тайник.
— Он пуст, – почувствовала я еще на подходе.
— У тебя есть еще предположения, где она может быть?
Я задумалась. Элевия обожает золото и работу с ним. Сейчас она сильно промахнулась и скрылась, но она прекрасно знает, что Лейвар не оставит ее в покое.
Я посмотрела на драгхара:
— Она подставит тебя.
Так и получилось. Еще на пути к дому наш экипаж остановили драгхары в синей форме.
— Это отдел по трудовому и магическому контролю, – тихо пояснил для меня Лейвар, прежде чем выйти к ним.
— В чем дело? – спросил он у них.
— На вас поступило заявление о злоупотреблении кураторской властью. Ваша подопечная пыталась от вас отказаться, но вы воздействовали на нее.
— Доказательства? – спросил Лейвар абсолютно спокойным тоном.
А я вспомнила, как ходила в посольство и просила сменить мне куратора. Не могли же они приплести это к делу?
Я вышла из кареты и сказала:
— Я подопечная Лейвара. У нас был период недопониманий, но мы все разрешили. Я не хочу менять куратора и не имею к нему никаких претензий.
— Леди Вивьен, мы здесь ради вас. Можете не бояться его. Если чувствуете к нему признательность – это все благодаря магии. Вы всего лишь человек.
— Я здесь по доброй воле.
— Вы же помните, что уходили к другому куратору?
— К кому? – удивилась я.
— К Элевии Формих. Вы даже готовы были работать на нее на невыгодных условиях, лишь бы не возвращаться. Мы подняли записи из посольства и вашу встречу на крыльце.
— То было недоразумение. Мы с Лейваром разрешили все разногласия.
Драгхары в синей форме переглянулись:
— Она под воздействием. Не понимает, что говорит.
А потом уже обратились ко мне: