Страница 54 из 58
— У тебя два дня, дорогой, чтобы самому найти убийцу, — сказала она на прощание, — если нужна помощь — обращайся.
Поблагодарив тетю, я вылез из машины. И понял, что домой идти не хочу. Мне нестерпимо хотелось отправиться к Бренде и сказать ей, что я не пытался ее убить.
Галя
Как странно не работать. Я слонялась из угла в угол с утра, два раза погуляла с Филби, потом поторчала у схемы Бренды с глубокомысленным видом. Поняла, что меня всё никак и ничем не осенит, и решила дома прибраться, чтобы руки занять. Увлеклась и даже успокоилась немного.
Заодно познакомилась ближе с кладовкой и ее многочисленными коробками. Там оказалась одежда, разделенная по сезонам. Какая организованная женщина эта детектив Холмс. Удастся ли мне такой стать, в итоге?
Кроме того, я нашла несколько пакетов с совершенно новыми комплектами нижнего белья умопомрачительных фасонов и расцветок.
Я бы еще поизучала обстановку, может нашла бы что-то не менее интересное, но тут раздался мелодичный звоночек. Кто-то пришел.
День уже клонился к вечеру, а я ничего для расследования не сделала. Слабачка и трусиха.
Филби истошно лаял под дверью, пришлось идти открывать. К огромному моему удивлению, на пороге стоял Матиас!
Рефлекторно я отступила назад, растерянно глядя на нежданного гостя.
— Бренда! — взволнованно начал он. — Поверьте, я на вас не покушался. То есть, не в том смысле. Не хотел убить.
— Не в том смысле? Так это вы испортили лимонадный ларек?
— Нет! Я даже не знал, что вы такое пьете! Сами посудите, не следил же я за вами!
Филби, скакавший вокруг Матиаса, попытался улизнуть. Пришлось сграбастать собачку на руки и пригласить Колера в квартиру.
Кто же мог знать о предпочтениях Бренды? Тот, кто следил за ней. И она не заметила?
Стало нехорошо. А вдруг это кто-то свой? Лафер, например, точно в курсе, что она любит и куда за этим ходит.
Сделалось еще хуже.
— Мне, наверное, нельзя у вас долго находиться, — торопливо проговорил Матиас, — ведь я подозреваемый не только в убийстве, но и в преступных замыслах против вас. Я просто хотел сказать, что этого не было.
— Я знаю, — вырвалось у меня.
Он просиял. Так странно видеть такое искреннее выражение на его всегда холодном лице с насмешливой полуулыбкой.
Может он тоже квалинха погладил?
Тут в дверь снова позвонили.
Матиас в испуге посмотрел на меня.
— Кажется, мне лучше куда-нибудь спрятаться, — сказал он.
— Это да, — растерянно согласилась я, — бегом в ванную!
Колер кивнул, и не разуваясь кинулся по заданному адресу.
— Бренда! — с порога радостно крикнул Лафер. Вид у него был гордый, в руках — папка. Я поняла, что он для меня что-то важное добыть сумел.
— Я хотел прийти раньше, но мне удалось попасть на предварительные слушания для Колера. Тетушка его спасла от тюрьмы на сорок восемь часов. Бивику нужно будет найти подтверждение, что отпечаток на флаконе не был кем-то подделан.
— Проходите, Лафер, — пригласила я его, косясь в сторону санузла.
— У вас кто-то есть? — насторожился он, увидев, как тень скользнула в промежутке между дверью и полом.
Могу ли я ему доверять? Возможно, это он с какой-то целью подстроил несчастный случай, убивший настоящую Бренду Холмс. Или я просто с ума схожу, как Жерардина?
— Вы мне принесли что-то? — вместо ответа кивнула я на папку.
— Да, — кивнул Лафер, — это списки участников мероприятий, на которых пять лет назад присутствовала Жерардина Новес.
— Вы мой герой! Как же удалось их вынести? — восхитилась я.
— О, это было просто, — отмахнулся Лафер, — Бивик уже для себя всё решил. Улики, которые не касаются Матиаса Колера его не волнуют.
В ванной что-то шлепнулось на пол. Мой ассистент вздрогнул.
Я вздохнула. Глупо его подозревать. Он пришел ко мне не с топором, а с ценными материалами. И вообще, реши Лафер избавиться от вредной начальницы, ему не пришлось бы ради этого подкарауливать меня в магазине. В распоряжении помощника и мой дом, и полицейское управление, в котором Бренду много кто недолюбливает. Так что дурью я маюсь.
— Матиас, можете выходить, — крикнула я.
— Что? — удивился Лафер. — У вас главный подозреваемый в туалете.
— Да, — кивнула я, — задержала его и допрашиваю.
Матиас не спешил покидать свое укрытие. Вздохнув, я открыла дверь. Колер стоял лицом ко мне, у столика с туалетными принадлежностями. И мрачно подкидывал в левой руке один из ароматических шариков для принятия ванной. Заметив за моей спиной Лафера, Матиас криво усмехнулся и понюхал бомбочку.
— Лаванда, — сказал он, — нам всем похожие наборы Шеллест подарил. Жена такие делает, а ему не хотелось, чтобы добро зря пропадало. А у вас такой откуда?
— Понятия не имею, — фыркнула я, — наверняка в магазине купила.
— Вообще да, может быть, — немного смутился Колер, — ладно, не хочу мешать вашему… уединению.
Он гордо прошел к выходу, так и подкидывая в руке лавандовый шарик. Я не решилась ему сказать, что это моя собственность. Явно же чем-то раздражен человек.
Колер ушел, а Лафер в подробностях отчитался мне, как прошло судебное заседание. Донна Роза все же удивительная женщина. Как ловко вытащила племянника из-под стражи!
Напопив ассистента чаем, я отпустила его домой. А сама кинулась изучать списки, надеясь увидеть там знакомые имена. Или хотя бы одно. И нашла. Среди участников конференции по активации артефактов и амулетов значилась А. Р. Шеллест.
— Аника! — воскликнула я так громко, что Филби забеспокоился.
Но… кто же тогда «котик»? Впрочем, это может и не иметь особого значения. Главное, что по какой-то причине Анику знакомство Жерардины с этим представителем семейства кошачих не устраивало. Получается, она мне голову дурит?
Ох, как все сложно!
Я сдавила виски пальцами. Срочно надо освежиться. Мне хорошо помогает думать вода. Бассейн или душ хотя бы. А может и ванную принять стоит. С солевыми шариками. Пока их не растащили.
Точно, это лучший способ привести в порядок мысли. Я смотрела, как ванна наполняется, и чувствовала, как мне становится спокойнее. Взяла розовый шарик, кинула его в воду. Красота какая! Он зашипел, растворяясь, и распался будто бы на цветочные лепестки, которые тут же превратились в пену. Завороженная зрелищем, я кинула еще одну бомбочку, нежно-голубую. Еще полюбовалась. Вода окрасилась приятными цветами, они не смешивались как акварель, а словно слоями лежали.