Сыграй со мной

Незаметно для Хейли и Брэма провожу кончиками пальцев по обнажённой коже Кары, когда оказываюсь за её спиной. Она не вздрагивает, потому что слишком уверена в том, что кроме меня её никто не тронет, но я замечаю, как её кожа покрывается мурашками, а дыхание сбивается.

— Ну вот, Макхилл, скажи, — вдруг обращается ко мне Хейли, и я смотрю на неё с любопытством. — Что лучше: член или вибратор?

Моя маленькая дикарка облизывает губы, а её щёки покрываются очаровательным, сексуальным румянцем.

Не знаю, к чему такой вопрос у Хейли, но я уже представляю, как растягиваю все возможные дырочки у Кары.

Она сказала, что когда-нибудь будет готова поиграть с пробкой, поэтому я с нетерпением жду, когда она подаст зелёный сигнал. Не то чтобы я очень хочу это делать, но ради её удовольствия и эксперимента — почему бы нет? Если её это сделает счастливой, значит, меня это автоматически устраивает.

— Оба, — отвечаю я, а затем Брэм подталкивает меня локтем, чтобы отдать «пять».

— Я же говорил, — он цокает, закатывая глаза. — Что Макхилл так и ответит.

Заинтригованный их разговором, я вскидываю одну бровь:

— Вы обсуждали мои сексуальные предпочтения?

— Ещё чего! — возмущённо каркнула Кара, её глазки сверкнули на меня неодобрением. — Просто Хейли и Брэм начали спорить о том, что лучше для девушки: член или вибратор.

Несколько дней тому назад я поймал Кару на том, что она была такой же лютой, суровой собственницей, как и я.

Мэдисон, сокурсница, попросила меня об услуге — выступить на рождественском благотворительном вечере. Конечно, я заметил, как она краснела, смущаясь, и кокетливо улыбалась, взмахивая ресницами, чтобы привлечь меня в свои университетские авантюры.

Мы стояли в людном коридоре, но это было неважно для Кары, которая притаилась в нескольких шагах от нас и наблюдала за всем с первого ряда, где были места для ВИП-персон.

Когда Мэдисон коснулась рукой моего предплечья, я слегка отодвинулся, но сделал это так филигранно, чтобы она не заметила, что лучше не стоит касаться меня. Меня могла касаться только одна девчонка, по которой я безбожно сох, как сопляк, уже достаточно долгое время.

Тогда я ещё не видел Кару. Когда Мэдисон ушла, меня схватили за локоть и развернули. В её очаровательных глазах стояла настоящая ревность, а полные губы, которые ежедневно вечером обхватывали мой член, поджались в обиде.

Тем вечером я позволил Каре трахнуть меня так, словно она наказывала меня. Это было хорошо, уничижительно прекрасно, когда она слабо связала мне руки галстуком и скакала на мне, вонзая свои острые коготки в плечи. Кара кончила, а потом, словно в отместку, не давала мне получить собственное удовольствие.

Это было хорошо, отличный урок, прекрасная динамика наших отношений.

Самое главное, что я кайфовал от всего, что мы делали вместе.

Мне важно было сделать маленькую дикарку счастливой.

Пока что она не жаловалась, но где-то глубоко в душе я сомневался, что ей будет достаточно того, что мы делали. Она была девочкой с ранимой и романтичной натурой, которой нужно было выбираться куда-нибудь: кино, например, или кафе, а лучше — полный набор и почаще.

Она провела у меня одни выходные. Мы заказали еду, а утром она приготовила завтрак. Я, блять, был в восторге от этого, и в тот день, в то ебаное воскресенье, которое закончилось так же быстро, как и началось, я понял, что хочу, чтобы она была со мной всегда, постоянно, ежесекундно.

Я действительно был болен.

Почему девчонка, которую я просто хотел немного потрахать, въелась в меня так, словно была паразитом, от которого теперь невозможно было избавиться?

А главное, что меня немного пугало, — это то, что я начинал хотеть большего, а не просто трах по дружбе в любое время.

За те три недели, что мы провели вместе, я немного узнал её. Она не спешит делиться чем-то личным, и я прекрасно понимаю причину. Но она старается быть откровенной, и мне это нравится.

С каким-то опозданием понимаю, что Кара мне симпатична не только внешне, но и внутренне. Несмотря на дерзкую обёртку с кричащей вывеской, внутри она милая и скромная. В ней живут две личности, с которыми я идеально справляюсь.

Мой взгляд скользит к ней. Знаю, что под топиком, который едва прикрывает упругую грудь, скрывается парочка засосов, оставленных случайным, но совершенно диким образом.

Во рту скапливается слюна от желания пососать её соски. Они крупные и твёрдые, когда она возбуждена. Узкая талия с плоским животом и округлые бёдра.

Мне нравится оставлять на ней свои следы в местах, куда никто, кроме меня и её, не заглядывает. Она не жалуется, принимает это как должное. Ей это нравится так же сильно, как мне. Я знаю, вижу и читаю это в ней.

Член уже твёрдый. Он встаёт, словно по команде, когда я смотрю на неё. Реакция, которую я никак не могу изменить или поменять.

Дыхание перехватывает, и я ловлю себя на том, что жадно смотрю на её губы, жесты и движения.

Блять, она вся идеальная.

И вся моя.

— Пойду найду Джерри, — неожиданно говорит Хейли, поправляя волосы и смотря на Кару с улыбкой. — Встретимся позже?

— Конечно, — Кара возвращает ей улыбку.

— А я пойду к Леви, — бормочет Брэм, хватая ещё одну бутылку с пивом.

Я резко смотрю на него и хмурюсь.

— Он здесь?

Брэм бросает на меня быстрый, красноречивый взгляд и пожимает плечами.

— Да, недавно пришёл.

— Какого хрена? — ворчу я, собираясь пойти за Брэмом, чтобы найти своего младшего брата и выяснить, что он здесь забыл.

Раздражение поднимается во мне, словно чиркнувшая спичка.

Брэм останавливает меня, хлопая по плечу.

— Оставь это. Ты знаешь, что он такой же… — его взгляд мечется к Каре, которая, по всей видимости, слушает наш разговор. Но мне наплевать на это, потому что она может это слышать. У меня нет от неё секретов. — Просто оставь его, ладно? Я прослежу за ним.

Я собираюсь возразить, но понимаю, что лучше не стоит. У меня будет ещё момент разобраться с Леви, просто не сегодня и не сейчас. Неподходящее место и время. Скорее всего, он опять учудил какую-то хрень, и Лили обиделась на него.

— Если что, пиши.

— Заметано, чувак.

Брэм уходит, а я провожаю его напряжённым взглядом. Когда чьи-то мягкие маленькие пальцы касаются моих боков, тяжесть из-за мыслей о Леви рассеивается.

Ничто и никто, даже мой брат и ярость на него, не сможет помешать мне хорошо провести сегодняшний вечер. И любой другой день, вечер, ночь и утро.

Я слишком зациклен на Каре, чтобы что-то когда-то смогло мне испортить настроение.

— Через пять минут в кабинете, — шепчет Кара, плавно исчезая за моей спиной.

Хищная улыбка растягивает мои губы.

Чертовка.

Жадная маленькая дикарка.

Я жду ровно три минуты, а потом ухожу с кухни в сторону кабинета.

В моих мыслях снова только Кара и только она.