Сыграй со мной

Глава 6

Кара

Я лежу в спальне, смотрю в потолок и думаю о вечеринке у Джерри, которая закончилась тем, что я согласилась на сомнительного рода отношения с Уильямом Макхиллом.

Возможно, я случайно ударилась головой, и теперь это сказывается на моих решениях?

Возможно, в тот пунш подлили какое-нибудь седативное, и я лишилась здравого рассудка?

Возможно, мне это просто приснилось, и на самом деле ничего не было?

Не будь ребёнком, Кара Минсон.

Я помню абсолютно каждый момент, связанный с Макхиллом. Как он привёл меня в тот кабинет, как разговаривал, как приказывал, как доводил до исступления — это всё свежо в моей памяти настолько, словно я только что вернулась с вечеринки и пытаюсь переосмыслить произошедшее.

Но прошло уже несколько дней. Пора забыть, сосредоточиться на учёбе, вернуться в колею. Но я не могу. Я боюсь, что выставила себя полной дурой. Макхилл до сих пор не дал о себе знать — только подмигивает в коридорах университета. И всё. Телефон молчит.

На вечеринке мы обменялись номерами. Вот и всё. Я уехала домой на такси вместе с Хейли, которая выглядела так, словно по ней проехался укладчик асфальта. Она отказывается говорить, что случилось, а я не пытаюсь допрашивать, зная, что она оттает и обязательно расскажет, когда будет готова.

Но меня тревожит его молчание. Разве он не должен был позвонить и сказать, что готов встретиться? Ну типа… Разве так это работает? Я ничего не смыслю в отношениях — ни в романтических, ни в свободных, ни в сексуальных. Откуда мне знать, чего ждать, если ничего не происходит?

Я только ломаю себе голову и отвлекаюсь от реальных проблем. Например, я отложила эссе. Потому что вместо этого думаю о нём.

Задолбало. Прямо бесит, выводит из себя свой глупый, детский поступок. Я идиотка.

Знала же, что Макхилл — козёл редкостный, и соглашаться на подобное не стоит. Но почему тогда внутри так пусто?

Наверняка ещё рассказал всем, что я какая-нибудь легкодоступная…

Или, может, передумал… Нашёл другую?..

Почему я такая чертовски неуверенная?..

Мне должно быть наплевать!

Но нет.

И неожиданно для себя в глазах появляются слёзы. Я зажмуриваюсь, чтобы остановить их, но они всё равно текут. И я ненавижу себя за то, что плачу из-за него.

Ненавидеть его проще, чем испытывать что-то хорошее.

Ну, может, мне просто не везёт с отношениями этими?..

Телефон, лежащий рядом, моргает и вибрирует. Я хмурюсь и вытираю тыльной стороной ладони влагу под носом.

Яркий экран ослепляет, но потом я регулирую настройки и вижу, от кого пришло сообщение.

Сердце пропускает удар.

Уильям Макхилл: Спишь?

Хочу написать «да» с точкой, но сдерживаюсь. Слишком доброй становлюсь при его появлении на горизонте.

Следом приходит ещё одно сообщение.

Уильям Макхилл: В твоём окне горит свет, так что подозреваю, что не спишь.

Он что, около моего дома?

Первый порыв — встать и броситься к окну, но удерживаю себя в постели, лишь испуганно поглядывая на окно, торчащее из-под приоткрытой шторы.

Уильям Макхилл: Кара, спустись ко мне.

Ага, разбежалась!

Пошёл к чёрту!

Я блокирую телефон и отбрасываю его в сторону. Не желаю с ним общаться. Никогда.

Он не обещал позвонить мне сразу же… Но я, по незнанию, наивно полагала, что это будет более цивилизованно.

Может, вообще подумала, что он подойдёт ко мне в университете?

Забудь! Он не из тех, кто проявляет чувства на публике. И ты, кстати говоря, тоже!

Телефон снова вибрирует, и я хватаю его, жадно вглядываясь в его сообщения:

Уильям Макхилл: Кара, спустись ко мне.

Уильям Макхилл: Спустись, пока я не поднялся.

Уильям Макхилл: Я поднимаюсь.

О нет!

Я мгновенно вскакиваю с постели, держа в руках телефон и набирая быстрый ответ:

Кара Минсон: НЕТ! Я спущусь. Пять минут.

Бросив телефон на кровать, бегу в ванную, чтобы причесаться и освежить дыхание. Зачем? Не знаю, но целоваться с ним точно не собираюсь!

Достаю из шкафа лосины и толстовку, втягиваясь в одежду на ходу. Надев кроссовки, выхожу из квартиры и быстро спускаюсь на улицу.

Его блестящий «Роллс-Ройс» припаркован напротив моего дома. Я перебегаю дорогу, ощущая, как неожиданно быстро подскакивает пульс и учащается дыхание.

Уильям, не выбираясь из машины, приоткрывает для меня дверь — перегнулся через среднюю консоль. Оказавшись в салоне его роскошной тачки, я не сразу смотрю в его сторону. Мне нужно время, чтобы унять сбившееся дыхание и болезненный стук сердца в груди.

— Дикарка, выглядишь растрёпанной, — ухмыляется он, и у меня сжимается сердце от лёгкости в его тоне.

— Всё в порядке.

Мой голос звучит отрывисто и надломленно.

Дерьмо.

Он заметит, что со мной не всё в порядке. Начнёт задавать вопросы, на которые у меня нет ответа! Не скажу же ему, что волнуюсь из-за того, что он жёстко пошутил надо мной и всё такое. Выставлю себя на очередное посмешище.

— Кара?..

Слёзы стоят в глазах, когда я опускаю подбородок к груди и создаю завесу из волос, которая спасает от его пронзительного взгляда.

Его рука тянется к моему лицу, но я отшатываюсь и прижимаюсь к двери.

— Минсон, я не совсем понимаю…

И не надо тебе ничего понимать!

Просто я слишком сильно накрутила себя!

Когда я ненамеренно всхлипываю, Уильям раздражается и тянется ко мне. Он убирает волосы от моего лица и замечает, что на моих щеках блестят слёзы.

— Что за сырость? — спрашивает он, в его голосе отчётливо слышится удивление.

Я не могу признаться ему в том, что настолько сильно переживала из-за его молчания, что накрутила себя до того, что теперь не могу нормально соображать!

— Я… — начинаю задыхаться. — Я н-не н-написала э-эссе.

Феноменальный аргумент, Кара! Десять баллов за сообразительность!

И кто поверит в эту чушь? Да никто!

Чувствую его растерянность. Он отнимает руку от моего лица.

— И что, что не написала? Разве его не к следующей неделе?

Чёрт, чёрт, чёрт.

— Я про другое!..

Перестань закапывать себя, идиотка.

— Кара, я ненадолго… Так что ты вернёшься домой и продолжишь заниматься.

Ах, ненадолго. Значит, не для секса приехал. И не для того, чтобы сходить куда-нибудь. А зачем тогда? Чтобы сказать, что передумал и вообще зло решил пошутить? Да что я ему сделала, в конце-то концов?

— Послушай… — начинает он.

Но я больше не в силах выслушивать его — мне и так всё понятно. Я дёргаюсь и фыркаю.

— Нет, это ты послушай, грёбаный попугай! — взрываюсь на пустом месте, он напряжённо наблюдает за мной. — Я согласилась потрахаться с тобой от чистого сердца, забыв, каким козлом ты можешь быть! Забудь! Или что, рассказал уже всем? Ну и насрать, пусть знают, какая я бестолковая дура!

— Какого хрена здесь происходит? — бормочет Уильям, его тёмные брови хмурятся. — Что ты несёшь?

— Ничего! — кричу я. — Передумал? Посмеялся? Хрен с тобой!

— Кара, это несмешно, — жёстко произносит Макхилл.

У меня срывает плотину. Я никогда не отличалась терпением, но он добил меня, так что пусть получает!

— А я что, по-твоему, смеюсь?! — я начинаю заикаться на полуслове. — Ты сказал, что свяжешься со мной! Вечеринка была в пятницу, а сегодня уже снова пятница! Прошла уже неделя! Ты ведь… Боже, я же сказала тебе, что у меня никогда не было никаких отношений! Я понятия не имею, что нужно делать! Тем более ты предлагаешь мне какую-то хрень, в которой я ни черта не понимаю! Ты… Ты мог мне написать и сказать что-нибудь, чтобы я не накручивала себя? Я не знаю, как это работает между людьми. Для меня это сложно!