Когда тени скроют солнце

18 ГЛАВА

Касс

Ощутить вкус Нокса — все равно что пролить бальзам на мою кричащую душу. Боль, что грозила разорвать меня изнутри, становится тише, глуше, пока не превращается в едва заметную пульсацию, которую я способна игнорировать. Решительно сажусь к нему на колени и обвиваю его ногами. Из груди Нокса вырывается стон, который он явно не планировал издавать. Слишком очевидна эта внутренняя борьба. Его руки напряжены — он одновременно готов и оттолкнуть меня, и притянуть к себе еще ближе. Губы, мягкие и в то же время неподвижные, застыли в нерешительности, не зная, стоит ли отвечать на поцелуй. Но мне это необходимо. Больше, чем воздух. Мне нужен он и то опьяняющее действие, которое он на меня оказывает. Потому что иначе я просто не знаю, как жить дальше. Как забыть то зрелище, что выжжено на моей сетчатке. Солей. Вернее, то, что осталось от Солея после того, как туман окончательно призвал его к себе.

Поэтому я углубляю поцелуй, провожу языком по его нижней губе, пока его ладони не смыкаются на моей талии, и трусь своим центром о доказательство того, что происходящее не оставляет его равнодушным. Нокс срывается на проклятия. Наверное, с моей стороны несправедливо так сильно давить на него. Просто беззастенчиво пользоваться тем, как наши тела реагируют друг на друга. Но, когда его губы раскрываются и он отвечает на поцелуй так же неистово, все мои сомнения улетучиваются.

Из меня вырывается всхлип, и в этот миг я просто существую. Существую, пока мои ладони скользят по его плечам. Существую, пока моя грудь трется о него сквозь мокрую ткань белья. Существую, будучи не в силах насытиться его вкусом.

— Мы не должны… ты расстроена… — выдыхает Нокс между двумя поцелуями, но я не даю ему закончить фразу, потому что мне не нужно его благородство. За последний час его нежные прикосновения по кусочкам вытащили меня из беспросветной глубокой бездны. Пробили оцепенение, с которым я брела по коридорам крепости, и теперь они нужны мне, чтобы сгореть дотла в этом пламени.

И все же я чувствую, как Нокс сдерживается. Потому что он благородный человек. Не подлец и не бессердечный принц, как я его когда-то называла. Поэтому я впиваюсь пальцами ему в волосы и удерживаю его лицо рядом со своим, чтобы он не просто услышал, а почувствовал: каждое следующее слово — чистая правда:

— Я хочу тебя. Ты нужен мне. Подари мне одну эту ночь.

Наши лица замирают в миллиметре друг от друга. Было бы так легко податься вперед и снова соединить наши губы. Вместо этого я ловлю его взгляд и тону в этих потрясающих серебряных глазах, позволяя ему видеть все без остатка. Мою боль, мою вину и страсть. Я умираю от желания. И если быть честной с самой собой, это началось с той самой ночи в трактире.

Завороженно наблюдаю за тем, как он ищет на моем лице хотя бы намек на неуверенность. Как, даже не найдя его, все еще колеблется, размышляя, способна ли я сейчас принять такое решение. Он жаждет этого пламени между нами так же, как и я. Я чувствую это. И все же ради меня он готов обуздать его.

Все это делает меня лишь решительнее. И когда я оказываюсь на грани того, что едва могу выносить это ожидание, а единственным моим страхом становится мысль о том, что он откажет мне, его сопротивление рушится.

Наконец-то.

Отчаянное желание искажает его черты, прежде чем его губы вновь накрывают мои, и я растворяюсь в ощущениях, которые он во мне пробуждает. Я запускаю пальцы в его темные волосы и закрываю глаза, пока наши языки сплетаются в танце. Тихий стон срывается с моих губ и оказывается пойманным его ртом. Тем временем ладони Нокса блуждают по моему телу, превращая каждый сантиметр в чистый огонь. Я прижимаюсь к нему так сильно, как только, возможно, но этого недостаточно. Недостаточно, пока между нами остается одежда.

Кажется, Нокс подумал о том же. Он подхватывает меня на руки и поднимается так плавно, будто я вообще ничего не вешу. Мышцы перекатываются под моими пальцами, и от этого ощущения по спине пробегает дрожь. Я крепко обхватываю ногами его талию, пока он выносит нас из теплой воды. Но мне совсем не холодно. По правде говоря, мне кажется, что рядом с Ноксом я не замерзну никогда.

Нетерпеливо прикусываю его нижнюю губу, потому что желание практически лишает меня рассудка. Я хочу чувствовать его. Кожа к коже. Сейчас же.

Глубокий смех заставляет его грудную клетку вибрировать, а меня — издать тихий всхлип.

— Плохая девочка.

В следующий миг меня бросают на мягкий матрас. Я уже хочу возмутиться из-за прервавшегося контакта, но Нокс тут же оказывается надо мной. Его язык вновь врывается в мой рот, а колено вклинивается между ног, так что твердое бедро дразняще трется о мой вход.

Со стоном я выгибаюсь, не понимая, хочу ли я этим движением уменьшить или усилить то невыносимое напряжение, что копится у меня внутри. Но Нокс в любом случае не оставляет мне выбора. Его губы отрываются от моих лишь для того, чтобы проложить обжигающую дорожку из поцелуев вниз по шее.

— Хочешь забыть? Тогда я заставлю тебя забыть.

От этого обещания магия в моих венах начинает пульсировать с новой силой. Даже не глядя, я знаю, что моя кожа начинает светиться, когда Нокс заводит свои шершавые пальцы под пояс моих штанов.

— Прекрасна, — выдыхает он на мою разгоряченную кожу.

Я чувствую, как бешено колотится пульс — и в груди, и между ног. Я снова вцепляюсь в его волосы, пока он медленно и с наслаждением спускается поцелуями к моей груди. Задыхаясь, я выгибаю спину навстречу его ласкам и получаю в награду прикосновение языка через тонкую ткань белья. Соски сжимаются в твердые бусины, которые требуют большего. Все мое существо требует большего.

— Сними…это. — Я сама не понимаю, к кому относятся эти слова — к нему или ко мне, но когда сквозь полуприкрытые веки встречаюсь с его пылающим взглядом и понимающей улыбкой, то убеждаюсь: он догадался, о чем я. Ткань с треском рвется, когда Нокс одним движением освобождает мою грудь из этого плена, и в следующее мгновение я наконец-то чувствую его губы, которые нежно и в то же время требовательно смыкаются вокруг соска. Сначала один, затем другой — он ласкает их, посасывая, прикусывая, очерчивая языком. Мой разум окончательно плавится. Я превращаюсь в чистое наслаждение и подаюсь всем телом к нему в надежде, что Нокс наконец коснется меня там, где мне это нужно больше всего.