Страница 37 из 133
Еще издалека доносится фырканье зверей и запах соломы. И мне здесь нравится абсолютно все. Дома большую часть своего скудного свободного времени я провожу с Хикари. В просторном загоне Солнечного замка или на ее спине, исследуя каждый уголок нашей родины. Звук шуршащей соломы действует успокаивающее, и в это мгновение становится совершенно неважно, что именно тенегуары скребут когтями землю, когда мы переступаем через порог. Животные лежат в просторных стойлах, недоверчиво разглядывая нас или же безразлично отворачиваясь, чтобы через проемы в задних стенах выйти на обширный луг. Однако меня не смущают недружелюбные взгляды зверей: не дожидаясь указаний Ниши, я уверенно шагаю по узкому проходу. То, что никто на меня не зашипел и не начал бить огромной лапой, уже можно считать радушным приемом. Никому не удалось бы запретить мне броситься к Хикари, которая уже высунула голову над перегородкой, чтобы поприветствовать своим дружелюбным фырканьем.
— Привет, моя сладкая, — шепчу я сорвавшимся голосом, внезапно осознав, как сильно по ней скучала. Последние циклы тянулись долго и были очень насыщенными. Не говоря уже о том, что нам, светорожденным, не позволено свободно передвигаться по крепости без сопровождения хотя бы одного воина теней. Я целую вечность не разлучалась со своей световолчицей так надолго, и ощущение ее мягкой шерсти под моими пальцами заставляет радостно вздохнуть. Это длится ровно до тех пор, пока в меня неожиданно не утыкаются другие влажные носы, вызывая удивленный смешок.
Остальные световолки тоже столпились вокруг, и только теперь я замечаю, что они делят между собой одно просторное стойло. Единственное, у которого нет свободного выхода на луг позади.
Должно быть, я издала недовольный возглас, потому что в следующее мгновение за моей спиной раздается голос Ниши.
— Мы пытались выпускать их вместе с тенегуарами на вольный выгул. Правда, из этого… ничего хорошего не вышло. Я вывожу их дважды за цикл на час, пока тенегуары остаются в своих стойлах. Большего я, к сожалению, сделать не могу.
В его бледных глазах мелькает сочувствие, когда он встает рядом со мной и смотрит на световолков. Ди и братья из-за этой новости выглядят такими же несчастными, как и я. Неправильно держать наших спутников взаперти. Дома они не видели ни решеток, ни стен. В наших загонах звери могут передвигаться свободно, как и на прилегающей территории сада. Прогуливаясь среди подстриженных самшитов, журчащих фонтанов и цветущих вишневых деревьев королевы, нужно всегда быть готовым к встрече с бродящим на воле световолком. Но я ценю усилия Ниши. Могу себе представить, как эти два противоположных вида вцепляются друг другу в глотки. То, что он хотя бы попытался, уже делает ему честь.
— Спасибо, Ниша. Я знаю, что стая в твоих надежных руках, — этот комплимент звучит искренне, и он принимает его с таким смирением, которое показывает, насколько сильно тот привязан к этим четвероногим.
— Эти слова многое значат для меня. Если вы последуете за мной, я покажу вам кое-что совершенно особенное.
Я пропускаю Ди вперед, и мы идем за Нишей внутрь, а затем выходим на открытую площадку для выгула. Территория огромная, намного больше, чем я ожидала, учитывая крепостную стену, которая огораживает внутренний двор. Отдельные деревья служат хищникам укрытием, и то тут, то там я замечаю глаза, что загораются среди мерцающих серебром листьев. Но мое внимание быстро переключается на детенышей, которые внезапно проносятся мимо нас и катятся кубарем в попытке поймать друг друга.
Ди вздрагивает от этого резкого движения, но Ниша с восхищенной улыбкой опускается на корточки. Он достает из кармана что-то такое, что заставляет маленьких котят прервать возню и с любопытством пошевелить носами. В следующее мгновение самый смелый из них уже подлетает к Нише и ворует плод прямо у него из рук. И не какой-нибудь: я точно помню, что видела этот фрукт всего несколько минут назад на серебряном подносе, прежде чем он исчез в кармане Ниши.
Словно услышав, как закрутились шестеренки в моей голове, он поворачивается ко мне с плутовской улыбкой.
— Подкуп, — подмигивая, поясняет он, чем умудряется вызвать у меня изумленный смех.
— Детеныши, рожденные в неволе, — это редкость. Беременные самки предпочитают уходить в Звездные горы, чтобы произвести на свет потомство среди своих диких сородичей. Но при рождении этих троих мне посчастливилось присутствовать лично, — в голосе Ниши звучит неподдельная гордость, пока он ловко извлекает из кармана еще один плод, мягко отстраняет котенка, который намеревается тут же стащить лакомство.
— Хочешь попробовать? — непринужденность, с которой Ниша обращается к Ди, очень ему идет. Он не из тех, кто придает значение титулам, и это располагает. Однако Ди, похоже, совсем не в восторге от идеи потискать тенегуаров в миниатюре. Она вежливо качает головой и предупреждающе поднимает руки. Тогда взгляд Ниши перемещается дальше и в конце концов останавливается на мне.
Я колеблюсь: двое других котят с разбегу врезаются в своего братца, который послушно уселся перед Нишей. Тот возмущенно мяукает и показывает острые зубки, которые наверняка способны ощутимо укусить. Но эти малыши такие крошечные и простодушные. Никто еще не успел внушить им, что светорожденным здесь не место. Они разглядывают нас с тем же интересом, что и Нишу, и от этой невинности мое сердце тает.
Прежде чем я успеваю передумать, делаю шаг вперед и забираю кусочек фрукта. С улыбкой замечаю, что это бомбело, и стоит мне опуститься на корточки, как пара жадных глаз уже неотрывно наблюдает за мной. Котенок неуверенно мнет землю слишком крупными для него лапами, пока его брат и сестра продолжают резвиться позади. Он не знает меня и достаточно умен, чтобы сперва выждать. Тогда я опускаюсь еще ниже и сажусь по-турецки — позиция крайне непрактичная, если придется защищаться. Но с какой стати этому крошечному созданию доверять мне, если я сама не проявляю доверия в ответ?
— Ну же, я знаю, что ты хочешь бомбело. Не могу тебя за это винить. Если бы этот кусочек не предназначался тебе, я бы уже сама его умяла.