Страница 120 из 133
Касс плотно сжимает губы, едва заметно повернув голову в мою сторону. Словно она ведет такую же внутреннюю борьбу, как и я, пока в глубине ее глаз разгорается всепоглощающее пламя. Это смесь скрытой печали, яростной решимости и упрямого протеста. Будто она хочет бросить мне вызов прямо здесь и сейчас, наказать за все раны, что мы нанесли друг другу с момента ее прибытия ко Двору Ночи. Совсем без оружия, чаще всего лишь словами. И теми уязвимыми мгновениями, что мы разделили вместе, память о которых теперь режет глубже любого клинка.
«Надеюсь, и ты тоже сможешь оценить красоту дня, когда свет больше не будет тебя слепить», — ее слова возникают словно из ниоткуда. Выскальзывают из потаенного уголка, где я храню нашу общую ночь, и поражают меня подобно удару молнии. Тогда я не понял, что она имела в виду, но теперь у меня будто пелена спадает с глаз.
Она предупреждала меня. В тот короткий миг, прежде чем все пошло своим чередом, Касс послала мне предостережение. И просьбу.
Я даже не замечаю, как двигаются мои ноги, пока не оказываюсь прямо перед ней. Нежно провожу пальцами по ее щеке и вижу, как она тщетно пытается подавить дрожь. Но не отступает. Разумеется, нет. Упрямая женщина.
Один уголок моего рта приподнимается, пока предательство борется в груди с чем-то другим. Чем-то, что опасно смахивает на прощение. И на отчаяние. Ведь ее красоту я буду видеть всегда. Каким бы светом меня не ослепило и какие бы тени меня ни связывали.
Это последняя мысль в моей голове. Затем разум отключается: мы одновременно подаемся вперед, и наши губы встречаются.
В этом поцелуе нет ничего нежного. Только грубое желание, стук зубов и страстные языки. Это разрядка от того, что нас тяготит, от напряжения предстоящего боя и от притяжения, которое снова и снова сталкивает нас.
Я слышу, как Касс издает у моих губ звук, похожий на смесь стона и рычания. Дикий и необузданный, под стать той ярости, с которой она отвечает на мой натиск. Ее пальцы вцепились в мою грудь, словно Касс еще не решила — оттолкнуть меня или притянуть ближе. И я пользуюсь шансом, пока она не выбрала первое. Исследую ее рот, пока не запоминаю каждую деталь. От нижней губы, что чуть полнее верхней до дерзких движений ее языка, который сводит меня с ума, и безудержной страсти ее поцелуя, от которого я воспламеняюсь. Покалывание ее магии я уже давно чувствую не только на коже. Оно поселилось в моем сердце и сияет там, как звезда в беспросветной ночи.
Она воистину солнце. Мое собственное пылающее небесное светило, под лучами которого я медленно превращаюсь в пепел.
Наконец я отстраняюсь, когда чувство, которое я не смею назвать по имени, грозит разорвать мне грудь. Потому что знаю: если не остановлюсь прямо сейчас, то не смогу остановиться уже никогда.
Даже теперь сделать шаг назад — это как бороться с зыбучими песками. Как кинжал, пронзающий внутренности, когда длинные изогнутые ресницы являют под собой жидкое золото.
Касс приоткрывает рот, на ее лице застывает смесь ярости и тоски. Но ни единого звука не слетает с губ.
Сердце колотится как сумасшедшее. Оно хочет выдать ей те тайны, которые так бережно хранит. Но прежде чем кто-то из нас решается заговорить, раздается низкий барабанный бой, разбивая этот момент о суровую реальность.
Мое тело напрягается, Касс резко поворачивается к воротам перед нами. И как бы я мысленно ни умолял богов подарить нам еще одну минуту, тяжелые двери беспощадно распахиваются.
Не остается времени для объяснений. Для признаний и примирения. Вместо этого я должен вернуть себе лицо. Вернуть маску Принца Теней, прежде чем зрители бросят на нас первый взгляд.
Все происходит слишком быстро. Слишком бесповоротно.
Но судьба обрушивается на нас неумолимо. Встречает нас бурными аплодисментами и грохотом барабанов.
Рядом со мной Касс расправляет плечи. Становится Примой, гордой и непреклонной. Что бы она ни хотела произнести, это навсегда останется несказанным.
Затем мы ступаем на арену — вместе и все же поодиночке.