Схватка когтей

— Это правда ты! И бросилась ко мне. Мне удалось поймать её в довольно неловкие объятия. — Мне показалось, что это вы с Иэном таскаете вещи с парковки! Всё общежитие уже гудит, потому что среди старшекурсников почти никогда не появляются новые жильцы…

Из-за моей спины возник Иэн.

— Та самая Мэллори из баскетбольной команды средней школы Фултон-Кресент?

— Да! Теперь настала его очередь быть раздавленным объятиями.

— Мэл, — сказала я, затягивая её дальше в комнату и закрывая дверь, — как ты вообще? Мы не виделись с…

— С тех пор, как я исчезла из восьмого класса без единого слова? — спросила она, вскинув бровь.

— Ну… да.

Лучшие подруги из нас никогда не получались, но мы два года играли в одной баскетбольной команде. Она была ещё одной девочкой-оборотнем и одним из немногих людей, с кем мне действительно нравилось проводить время в те ужасные неловкие годы средней школы.

Я всегда думала, что она просто переехала. Переезды случаются, но здесь всё произошло внезапно: вчера она была рядом, а сегодня исчезла.

Мэллори без приглашения уселась в моё рабочее кресло. На секунду нахмурилась, увидев мечи, лежавшие крест-накрест в перевязи на спинке, но затем отмахнулась. Наверняка в этом месте ей доводилось видеть и постраннее.

Иэн снова растянулся на моей кровати. Я пихнула его, освобождая место себе.

— Ну, — начала Мэллори, глубоко вдохнув, — через несколько месяцев после того, как мне исполнилось тринадцать, я… обратилась. Её улыбка дрогнула. Она переводила взгляд с меня на Иэна и обратно, словно готовилась к неприятной реакции.

— Это потрясающе! — одновременно выпалили мы. Причём совершенно искренне.

Она шумно выдохнула, плечи расслабились.

— Спасибо. Да. Мой зверь — кошка.

Отлично. Кошка относилась к обычным оборотням нижней части шкалы силы, примерно как лис Иэна. Полезный и уважаемый зверь, полностью лишённый необходимости участвовать во всех этих тупых играх в доминирование, которыми жили более сильные оборотни.

— А родители как отреагировали? — спросил Иэн.

— О, они были в восторге, — защебетала она. — Мама считает, что у моей прабабушки тоже был какой-то кошачий зверь, просто она никому не говорила. Вообще мне повезло. Из-за того, что я женщина со зверем, почти никто не докапывался. Многие считают, что давно пора, чтобы нас становилось больше.

Ну, посмотрим. Но логика была понятна: большие мальчики не чувствовали угрозы от женщин с менее сильными зверями. А таких с каждым поколением действительно рождалось всё больше.

— В общем, — продолжила Мэллори, — когда появился зверь, родители отправили меня в частную школу исключительно для девушек-оборотней. Там училось много латентных девочек, развивавших вторичные склонности. Но это было ещё и одно из немногих мест, где я могла находиться среди других девушек, умеющих обращаться, и где это считалось чем-то хорошим.

— Я очень за тебя рада, — сказала я. И говорила искренне. Мне самой повезло получить зверя летом между седьмым и восьмым классами. Вся семья тогда на два месяца уехала в глушь. У меня было время познакомиться со своей второй половиной вдали от чужих глаз.

— Спасибо. Она рассеянно теребила край толстовки с эмблемой Протея. И тут я заметила вытатуированную полоску вокруг безымянного пальца левой руки.

Я широко раскрыла глаза.

— Мэл, ты связана?

Те из нас, кто мог обращаться, обычно не носили кольца, браслеты и прочие украшения, способные сломаться при смене формы. Поэтому татуировки-кольца вошли в моду. Пирсинг обычно переживал обращение, потому что отверстия сохранялись в обеих формах. У меня было по три титановых гвоздика в каждой мочке и больше ничего.

Она посмотрела на палец, и её улыбка стала ещё шире.

— Да! У нас парная связь с моим партнёром Алленом. Он тоже на третьем курсе, как и я. Волк.

Светлые брови Иэна подскочили.

— Альфа?

Она махнула рукой.

— Ой, нет-нет. Совершенно обычный. Скоро поймёте: примерно каждый третий способный обращаться студент здесь — обычный волк. Они буквально повсюду и размножаются как… волки.

Мы знали нескольких волков дома. Все они смотрели на моего отца Рэнда так, словно он лично повесил Луну на небо. Волки были обычным явлением. Настоящие альфы-Праймы — нет.

— И ещё, — сказала Мэллори, наклоняясь вперёд и переходя на заговорщический шёпот, — он мой Предназначенный.

Я уставилась на неё с открытым ртом.

— Ого, — произнёс Иэн. — Серьёзно?

— Да! Мне долго не хватало смелости, но в первый раз, когда я обратилась перед его волком, мы это почувствовали. Даже не знаю, как объяснить. Наши звери просто поняли. В прошлом семестре, во время церемонии связи в Полнолуние, мы официально закрепили её. Школа проводит такую каждый семестр.

Предназначенные встречались редко. Особенно в гетеросексуальных парах, потому что подобная связь, похоже, возникала только тогда, когда у обоих — или у всех — участников имелись звери. Женщины со зверем всё ещё были редкостью. Поэтому большинство связей заключали по более обычным причинам. Взаимное влечение. Социальная совместимость. Или зверю нравилось то, что он чуял в другом человеке.

Как бы то ни было. Я с оборотнями не встречалась. Что я вообще знала?

Предназначенный считался идеальной парой, выбранной самой Луной, — две звериные души, сливающиеся в единую божественную песню. Согласно легендам, Мэллори и Аллен были редкой благословенной парой. И от этой мысли мне самой становилось немного тепло внутри.

— Это потрясающе, — сказала я. — Очень рада тебя видеть. И, похоже, с тех пор как мы виделись в последний раз, у тебя всё складывается просто отлично.

Она счастливо вздохнула. — Да. Я развиваю склонность к исцелению и учусь на медика. Всё прекрасно. Но хватит обо мне. Что вы двое вообще здесь делаете посреди учебного года? Начинаете сразу со старших курсов? Что происходит?

Иэн подпер подбородок ладонью и изобразил невинную обаятельную улыбку. — Мы попробовали обычный муниципальный колледж и просто почувствовали, что… не раскрываем весь свой потенциал. Правда, Эйвс?

Хорошо придумал.

— Правда.

Она просияла.

— Всё равно невероятно, что вас приняли настолько поздно! Здесь немного… ну, по-другому, чем в человеческой школе. Все эти вызовы на доминирование, связи, иерархия… Она неловко рассмеялась. — Но будет здорово. Вот увидите. Наверное!

Очень обнадёживает.