Холли

Проблемы не возникает. Бонни Даль не Супергёрл; она лежит без сознания. Родди берет ее за руки и тащит через весь подвал к небольшой двери рядом со стеной с инструментами. В соседней комнате на конце шланга выхода дробилки для древесины свисает полиэтиленовый мешок объемом в пятьдесят галлонов. В центре комнаты стоит операционный стол. Тут тоже есть инструменты, но они лабораторного и хирургического типа.

Последняя часть этой операции — так сказать, операция перед операцией — самая сложная: уложить на стол девушку без сознания весом в сто сорок фунтов. Неимоверным усилием Родди удается поднять ее, его спина скрипит, а бедра визжат от боли. На одно страшное мгновение ему кажется, что он уронит ее. Затем он думает об Эм, лежащей в их постели с подтянутой ногой, на лице которой застыла печать невыносимой боли, и последним усилием он перекатывает Даль на стол. Она чуть не сваливается с другой стороны, что было бы зловещей шуткой. Одной рукой он хватает ее за волосы, другой — за бедро и тянет ее назад. Она издает мягкий гортанный стон и произносит слово, которым, возможно, является слово "мама". Он думает, как часто они в самом конце зовут маму, даже если мама плохая. И парнишка Стайнман, конечно, тоже звал мать. Хотя он стал необходимостью только потому, что они не подозревали, насколько помешана была Эллен Краслоу на своей идиотской веганской диете.

Родди наклоняется, задыхаясь и надеясь, что с ним не случится сердечного приступа. Нам бы сюда лифт, думает он. Это правда, но как объяснить монтажникам лифта, зачем там стоит клетка для скота, а? Когда его сердцебиение, наконец, замедляется, он защелкивает её запястья и лодыжки. Затем расставляет кастрюли для ее органов, берет скальпель и начинает срезать с нее одежду.