Лишний

Рис они пожарили вместе с тушенкой на сковороде. Масла не было, поэтому они добавили немного воды, чтобы получился такой тушено-жаренный вариант, который они употребили под заваренные хвойные веточки.После трапезы они решили подняться в гору, так высоко, насколько получится сделать это без экипировки. Благо, вся земля вокруг кишела туристическими тропами. После десяти минут подъема вверх, можно было потрогать снег, который пятнами валялся на еще не остывшей от осени земле. Женя слепила ком и кинула во Владимира, попав ему за шиворот. Ей было весело от факта, что ей с первого раза удалось угодить в самое уязвимое место. Владимир быстро отряхнулся и вступил в снежный бой.

Женя смеялась и кричала: «Хоть бы это длилось вечно, мне так хорошо!»

«Мы всегда будем вместе, до самого конца»,  - кричал в ответ Владимир.

Женя резко помрачнела и разжала руку, из которой на землю упал только что скомканный снежок:  «Мне надо сказать тебе кое-что».

«Что-то случилось?»

«Мне показалось, что мне понравился другой…»

«Как?»

«Не знаю. У нас такая сейчас жизнь, иногда кажется, что она очень серая и вот я случайно что-то почувствовала к тому, кто сделал ее чуть более яркой».

«Но ведь ты и я, мы одно целое, разве нет?»

«Я не знаю, мне показалось, что ты больше меня не любишь так, как раньше»

Владимир поник: «Ясно».

«Мне было так плохо, я не знала, как об этом сказать, но сейчас я поняла, я знаю, что мы друг для друга самые главные люди!»

«Ага!» - Он развернулся и пошел вниз.

«Ты куда? Ты бросаешь меня?»

Владимир молчал и продолжал быстрым шагом удаляться по направлению к домику.

Женя: «Стой - за что ты так со мной? У нас же с ним ничего не было».

«Какая разница, было или нет? В сущности, ты предала самое главное - наши чувства».

«Прости, прости меня, я запуталась». - Она переходила на крик, внутри зарождалась истерия.

«Я всегда был с тобой и верил тебе, думая, что «мы» - это что-то, что для нас обоих много значит».

«Но это так и есть, я же говорю, это была ошибка!»

«А завтра? Если ты завтра тоже захочешь ошибиться, что тогда делать мне? Как мне быть?»

Они вернулись домой. Всю дорогу она не подходила к нему, а просто плелась сзади, периодически всхлипывая. Дома она сама заварила елочку и кинула таблетки в кружку для Владимира, съев попутно свою. Она принесла ему кружку и молча поставила рядом. Владимир сделал пару глотков, через несколько минут она снова вернулась к разговору: «Ты не понимаешь, каково это - чувствовать себя здесь так одиноко, ты то с Лалой болтаешь, то еще где-то ходишь, а я? Мне нужно внимание, я просто не могла сопротивляться, я же девушка!»

«Я понимаю, - спокойно ответил он. - Если так случилось, значит так и должно быть. В конце концов, у вас же ничего не было, да?»

«Конечно ничего не было, я бы никогда!» - она закрыла руками себе рот.

«Садись поближе».

Она присела рядом, они взялись за руки. Владимир: «Знаешь, что странно? Еще в горах я был готов послать все к черту, а сейчас все так… даже не знаю, спокойно, разве так должно быть?»

«Ну, конечно, мы же любим друг друга и через все пройдем вместе».

«Похоже тумблер из ДВ…»

«Того сериала про вампиров?»

«Да, но я его не сам переключил, все это теперь кажется таким незначительным, что я сам себе не верю, что так по началу отреагировал, Прости меня».

«Ты все правильно сделал, я бы поступила так же».

Ночь была холодной, периодически за окнами слышались какие-то шаги, наверное, дикие звери проходили прямо перед хижинкой. Оба, не смотря на все это ,хорошо спали, грея друг друга и прижимаясь еще сильнее от каждого подозрительного звука. Рано утром Женя снова заварила хвои, они снова вышли на прогулку, посмотреть на вершины гор, рассекающие горизонт и подпирающие небо. А через несколько часов они уже ехали домой, взяв с собой пару бутылок с водой из ручья.

Город встречал их пасмурной погодой, о том, что рассвет уже наступил, можно было догадаться только глядя на часы. Шквальные порывы ветра гоняли мусор по дорогам, срывали объявления с заборов и столбов, переворачивали пластиковые стулья, на которых местные жители так любили сидеть и нежиться под лучами солнца.

«Вот погода разбушевалась» - прокомментировал всё это Владимир.

«Да, если бы мы были в Чеховской пьесе, я бы сказала, что мы у бесповоротного финала» - с этими словами, Женя сняла подаренные часы, пока Владимир не видел, и положила их на сидение.

«Всегда казалось, что это моветон!»

«Склонять погоду к ситуации?»

«Не только ее, одежду, людей вокруг. Если фильм, то обязательно музыка или цветовые решения. Когда кто-то умирает, может быть день, может быть ночь, это может быть как на празднике, так и в подворотне, ты можешь быть одет в любой цвет, на улице может быть любая погода, смерть не ждет декораций».

«Так усиливают причастность, создают атмосферу».

«Блин, не хотел бы я такую атмосферу в тяжелый момент, пусть уж лучше птички поют».

У дома стояла машина скорой помощи. Они подошли к водителю.

«Блинство, вот только не говорите, что тут произошло что-то серьезное! - произнес Владимир как бы про себя и добавил: -  Док, что случилось?»

Мужчина, сидевший в машин, спокойно ответил: «Ночью на женщину напали, раскололи ей череп».

«На женщину? Как ее зовут?»

«Лола или Лула, как-то так».

Владимир и Женя бросились в сторону комнаты Лалы. Дверь была открыта, внутри над телом склонился человек в медицинском халате. Ужасная картина перестала перед ними, Лала лежала на полу, всюду была кровь, лица не было видно, вместо него была вмятина, которая раскалывала череп на две части, если бы не одежда, не телосложение, угадать, кто это, было бы невозможно. Владимир закричал:  «Как? Кто? Что это?»

Сзади появился сотрудник органов: «Жестокое убийство, вы, собственно, кто?»

«Соседи», - тихо произнесла Женя.

Владимир бросился на колени и схватил Лалу за руку: «За что? Почему?»

Все трое присутствующих смотрели на него удивленно. Из глаз текли слезы, его вырвало, успев отвернуться, рвотные массы упали сбоку от трупа, попав на халат мужчине, который бросил: «Аккуратнее, пожалуйста, вы, собственно, чего такой нервный?»

«Почему вы так спокойны? - кричал Владимир. -  Вы что, не видите, какой звездец здесь произошел?»

Мужчина в форме:  «Это, конечно, печально, но не стоит так напрягаться, ситуация-то житейская, у нас таких тел… то есть дел в отделе вагон и малая тележка».