Лишний

В дверь постучали, приоткрыв ее, в щели показалась рыжая голова. Это был Дмитрий, начальник соседнего отдела, который, очевидно, тоже не знал, чем себя занять под конец рабочего дня.

«CМС получил?» - спросил он.

«Да, за пару секунд до того, как он вошел», - ответил Владимир.

«Ну, извини, я у его двери не дежурю, увидел через свое стекло и сразу написал», - ответил рыжий парень.

«Спасибо, это ценно в любом случае, слушай, у тебя ведь остался проект 107 с Новосёлово?» - резко сменил тему Владимир.

«Где-то был, могу посмотреть, так вы же такой же вели, нет?»

«Да, но мой отдел уже выполнил план, поэтому там в этих бумагах черт ногу сломит, легче спросить, чем искать».

«Пришлю на корпорат?»

«Cкинь лучше в телегу файлом, чтоб потом в почте прикопаться не к чему было».

Телефон снова завибрировал, с неизвестного номера пришло пустое сообщение. Странный спам, подумал Владимир, будто что-то неведомое пытается передать привет из мира, которого уже не существует.

«Кофейку налью?» - спросил Дмитрий.

«Только проверь, достаточно ли там молока, я с некоторых пор пытаюсь слезть с лактозы и перестал следить за его наличием, а работница, сам знаешь, то посмотрит, то нет».

Коллега подошел к аппарату и стал нажимать на кнопки, машина заработала, комната наполнилась жужжанием, характерным при помоле зерен.

«Начальник сильно орал?» - разрушил монотонный гул Дмитрий.

«Не орал, но настаивал на том, чтобы я прекратил на всё жаловаться. Будто мне здесь одному это надо».

«А думаешь, кому-то еще? Люди привыкли жить так, ты своими писульками вносишь раздрай в сформировавшийся уклад, мне-то ничего не будет, тебе, наверное, тоже, но Евгенича сам знаешь, если припрет, он может и зажестить».

«Например?»

«Отыграется на других за тебя. Как это обычно у нас бывает? Если не могут достать главное лицо, не могут переубедить, направить, взять на поруки, принимаются за тех, кто слабже, чтоб оказать давление. В том году, напомню, он лишил премии весь 19 этаж только за то, что в годовом отчете, написанном бухгалтерией, были указаны финансовые риски для компании. Акционерам отчет понравится, Глеб Викторович получил иммунитет с их руки, но Павла Евгеньевича уж очень потрепали за щеку, предупредив о возможных последствиях в случае реализации негативного сценария. Вот и итог - без премий! Без прямой мести, конечно, но все равно, нашел способ напакостить».

«Сложно сформулировать нормальный ответ на такое, в каком-то смысле, ты прав, с другой стороны, нельзя  оставлять всё так, как есть, какой смысл быть пресмыкающимся, будто мы всем обязаны? Я выполняю свою работу, для этой, как и для другой работы, имеются правила, которые нужно выполнять, наличие обязанностей не отрицает наличие прав».

«Да, но такое ощущение, что тебе больше всех надо, я «За», развлекайся, как хочешь, но у этого определенно будут последствия, не для тебя, так для других».

Дмитрий залпом допил остатки кофе и дополнил - «Ладно, побегу собираться домой, заодно скину файл».

«Буду ждать , спасибо».

Владимир снова направился к окну, вид завораживал его своей осенней негой, природа увядала, готовилась к зимнему путешествию, эта беспомощность очаровывала и подкупала, хотелось плакать по-сострадальчески, глядя на эту церемониальную процессию. В 16:50 раздался звонок:

«Владимир?»

«Да, кто это?»

«Миша, бригадир, мы здесь всё закончили, я тебе на рабочий звонил, да там все время занято».

«Не занято, а сломано, хорошо, завтра на 117-ый, СПА, проект пришлю на корпорат!»

«Принято, мы тогда сразу по домам?»

«Да. До связи!»

Спрятаться не получилось, номер уже был в свободном доступе. Оторвав взгляд от окна, Владимир увидел рядом с кофейным аппаратом листок, на котором был изображен фаллос. И когда только он успел? - пронеслась мысль в голове. - И где моя ручка? Тут же лежала!

Лифт медленно ехал вниз, не забывая притормаживать на каждом этаже, когда двери открылись, можно было почуять сентябрь, сотрудники ресепшена до победного держали открытыми двери на улицу. Солнце не пыталось спрятаться, но уже не вырезало тени острым ножом, скорее лепило их из податливого пластилина.  На улице было тепло, но не так, как летом. Там, где кожа не терлась об лучи, чувствовалась сырая прохлада, предвещавшая приход ливней через несколько календарных листков. До дома на метро добираться около часа, стоя на эскалаторе, Владимир рассматривал проезжающих мимо людей, большинство из них были с уставшими, безжизненными лицами, лишь парочки студентов иногда весело пробегали вверх, в них не ощущался девятый месяц, они всё еще жили летом, надеждами, любовью.