Страница 48 из 52
Так начался бесславный союз двух врагов. Беспощадный по своей осмысленности и гениальный – с точки зрения Павла. Возможно, что-то в этом было. Эта игра зарядила мою жизнь новыми красками. И смыслом. Я открыла в себе грани, о которых даже не мыслила. Ненависть, злость, ярость. Безумство!
Но при этом азарт. Не от того, что могу похудеть. В это я не верила совсем. Столько диет было позади и столько срывов. А вот то, что утру нос этому придурку, размажу его аргументы, и он поймет, что все не так просто. И дело не в килограммах и силе воли.
А в чем-то другом. Например, у меня точно наследственность. А еще гормоны. Куча побочных причин. И глубокая травма. Я ведь не стала толстой от слабости. Я ей родилась. И росла. Только дураки считают, что стоит перестать есть и залезть на беговую дорожку – и ты неотразима. И таких дураков надо учить.
Конечно, у меня был выбор: прогнать его и забыть. Или прогнать его, найти ту тетку, что опозорила Павла, и прибиться к ее рядам. Или ввязаться в авантюру и сделать свою жизнь другой. Хоть какой-то насыщенной. С фотографиями, с красивым молодым человеком (хоть и гадом).
С моста я уже прыгала. Чего теперь бояться?
Первым делом он выкинул все из моего холодильника, урод. И наставил там какой-то своей еды. Баночки, бутылки и много-много курицы. Из того, что можно и хотелось бы съесть не так много – огурцы и помидоры.
Пройтись в магазин сама я не могла. Поэтому покупками занимался Павел.
На работе меня отпустили на удаленку. Так я и сидела на диване с компьютером в руках, худела так сказать.
А Павел все суетился, то с метром вокруг меня бегал, то с калькулятором. Принес какой-то инвентарь, со словами:
– Руки-то у тебя целы, так что начнем с них.
Я в свою очередь тоже от него не отставала. Бедолаге приходилось помогать с уборкой, покупками и прочими делами. Трудотерапия, по моему мнению – прекрасная возможность сделать из любой обезьяны человека.
И он старался.
А с ним старалась и я. Периодически мы делали красивые семейные фото, улыбались и обнимались на камеру телефона. Ложь, но по мне – увлекательная и забавная.
Мне позвонила коллега с работы:
– Слушай, я тут читаю блог одного мужика, тренера. Хочу похудеть к лету. И у него твои фотки. Он всем говорит, что ты его невеста. Ты в курсе вообще?
– Павлик что ли? Да. В курсе. Не врет.
Повисла отчаянная тишина, а потом коллега сказала:
– Ну нифига себе. Как ты так смогла? Чем его взяла?
– Готовлю вкусно. Передавай привет всем. Пора идти.
Я положила трубку и улыбнулась. И это была первая в жизни улыбка маленькой победы над всеми обстоятельствами. Интерес. Я стала интересной.
После того звонка мне начали звонить и писать не только коллеги, но и просто знакомые. Интересоваться. Я стала звездой в номинации: «она удивила всех». Себя, кстати тоже. Очень хотелось хоть кому-то из любопытствующих сказать: «Выкуси! Я красивая и интересная женщина, а не булка».
Но в душе я знала, что это обман, поэтому просто улыбалась и молчала. И наслаждалась пусть лживой, но славой, вниманием.
А Павел развивал бурную деятельность. Притащил весы, на которые я пока встать не могла. Готовил мне какую-то мерзость. И я с отвращением ковырялась в тарелке. Зато когда он уходил, с удовольствием заказывала пиццу и не только ее. И ела, отводила душу с улыбкой. А потом прятала коробки и чеки в чулан.
Он разводил руками, обмеряя меня сантиметром, а я мстительно улыбалась: «Видишь, не все так просто, как ты думал, голубчик».
Он заглядывал в холодильник и спрашивал, все ли я делаю по инструкции, а я разводила руками – конечно все. Ты же сам видишь. Стараюсь как никто другой.
Павел вздыхал. Я злорадствовала. Моя квартира приобретала человеческий вид: кран не тек, лампочки все на месте, новые удобные полочки. Вот что значил мужик в доме.
Так прошел почти месяц. Результаты похудения были почти нулевые. Но Павел не сдавался:
– Ничего, Мил, сейчас гипс снимут, подключим нагрузку небольшую и вес начнет таять. Он должен начать. Я вообще не понимаю, почему до сих пор нет. Все анализы в норме, – перед похудением он заставил меня сдать тонну анализов. – А вес на месте.
Я печально пожала плечами и выдавила:
– Просто я говорила, что все не так просто, как тебе кажется.
– Возможно, – он потер руками лицо, – возможно. Но я не намерен сдаваться. Мы сделаем из тебя богиню, вот посмотришь.
Я улыбнулась и мысленно пожелала ему удачи. Я и сама не знала, почему так упорно сопротивляюсь его попыткам вернуть мне стройное тело, которого никогда у меня не было. Хотя вру. Знала еще как. Он убил меня тогда, в кафе. Толкнул в речку своими словами. И я не могу это простить. Не могу. Каждое его слово в моей памяти. Выстрелом. Насквозь.
Павел решил обустроить мне комнату для занятий спортом: повесить турник, поставить инвентарь. Палки и гантели.
– Тебе все равно придется разрабатывать ногу, аккуратно восстанавливаться. Начнем с домашних тренировок. У тебя нет случайно стремянки?
– В чулане, – сказала я и осеклась.
А потом услышала какой-то шум, вскрик Павла и тишину.
Я вжалась в диван, понимая, что сейчас будет, когда он увидит коробки и контейнеры из-под еды, которые пачками стояли на полках.
Но ничего не было. Павел молча вошел. Посмотрел на меня и сказал:
– Я был прав. Все вы жирные одинаковые.
Взял свои вещи и вышел.
В комнате повисла тишина.
***
Мне сняли гипс и я вернулась на работу. Девчонки налетели на меня с вопросами, как только я вошла.
– Как, где вы познакомились? Вы долго вместе? Как ты ухватила такого мужика?
Я улыбалась и отшучивалась. Сказать было нечего. Павел исчез и больше не приходил и не звонил. Я понимала почему и чувствовала жгучий стыд. Не за то, что не спрятала коробки лучше. Хотя надо было постараться хоть в этом. Меня грызли его слова. Как ни крути, а он прав. Своим поведением я не улучшила его, как собиралась. Не сделала человеком. Не показала, как тяжело жить не таким как все. Не рассказала о том, с чем сталкивалась ежедневно. Не пыталась ничего изменить в его сознании. Я просто обманула его, тем самым подтвердив его мысли о толстых. Так себе месть.
И почему мне мой план казался таким гениальным? Дура. Полная. Во всех смыслах. Все осталось на своих местах – мой вес, его убеждения и мои мысли о том, что с жизнью мне все уже понятно.
Я написала ему смс: «Прости. Не забудь про костыли».
Он не ответил.