Страница 19 из 52
Долгое ожидание счастья
Он был старше ее на два года. Но это правда не имело никакого значения. Хоть на пять. Потому что она взрослела не по годам, а гораздо быстрее. Гораздо.
Одноклассники давно перестали ее интересовать. А вот парни постарше – да, они вызывали неподдельный интерес. Ее постоянно окружали вниманием, такой яркой и притягательной она была. Маленькая женщина. Совсем не ребенок, а клубничный ликер. Или абсент. Кому что больше по душе.
Они познакомились на школьной дискотеке. Что-то там между ними пролетело. Пронеслось. Ангел крылом махнул или комар в ухо нажужжал. Кто теперь расскажет? Он влюбился. По уши. До пяток.
Да и она была не прочь искупаться в этих отношениях. От души. До ушей.
Два года они ходили за руку и были предельно счастливы. Два года их называли самой сладкой парой в школе. А потом… Потом она переросла. Или устала. Или он задушил своей любовью ее чувства. Никто сейчас не скажет.
В общем, расстались. Разошлись. Он поступил в институт. Она осталась учиться в школе. И долго не тужила, на самом деле. В свои 17 она вышла замуж за мужчину старше ее на 15 лет и была счастлива.
Правда, была. Тут никаких подвохов. Хороший крепкий брак, дети, дом. Три кота и одна собака.
А вот он… Он почти сошел с ума от того, насколько первая любовь разъела ему душу. Он жил ею. Варился в остатках того самого бульона чувств, который давно протух и ждал своего часа.
Время шло. А ничего не менялось. Пять лет, семь, восемь. У нее уже сын пошел в первый класс, а он… Он все сидел и ждал. Нет. Не ее. Он ведь ее ненавидел. Простить не мог, что ушла и замуж вышла так отчаянно быстро. Но и полюбить кого-то так же сильно – тоже не мог. Этот яд несбывшейся любви медленно травил его самого и окружающих его женщин. Вернее, женщину.
Он познакомился с Мариной через четыре года после первых отношений. До этого тоже были барышни, но долго они не задерживались. Не вытягивали конкуренцию с той самой, первой. Роковой.
А Марина зацепилась. Она влюбилась как дура. Просто наотмашь. Беспощадно и надолго.
Когда я видела ее, ее глаза, мне так хотелось встряхнуть посильнее. Взбодрить. Сказать «беги, беги, он погубит тебя». Потому что нет ничего разрушительнее безответной любви. Уж я-то точно знаю.
Но она держалась. На его равнодушии под соусом дружбы с приправами взаимопонимания держалась. Год, два, пять.
На свадьбе нашего общего знакомого Марина подралась за свадебный букет. С подружкой невесты. А там не подружка – бизон в юбке. Но Марина была замотивирована до предела. До краев. Никогда, слышите – никогда не стойте на пути у отчаявшейся женщины.
Марина разорвала букет невесты на части. И с победоносным видом уселась за стол. Гости смеялись, я грустила, Вадим (тот самый) сохранял равнодушие.
Они не поженились. Ни через год. Ни через два. Но и не разошлись. Жили вместе, путешествовали. И в целом были отлаженным организмом. Только Маринка затосковала. А Вадим как был, так и остался засранцем. Скучал. Вспоминал ту, первую.
Они поженились через 10 лет. И никто из общих знакомых не знает, почему. Что его подвигло на шаг этот? Может, просто привык. Или устал. И пусть кто-то скажет, что у женщин не хватает терпения. Десять лет ожидания. Десять. Лет.
Свадьбы не было. Тихая роспись, ресторан. Путешествие к морю.
Они определенно друзья. Веселые. Рука в руке и общее направление взглядов.
Маринка расцвела, заколосилась. Как будто новое дыхание открылось. Спина прямая, подбородок вверх. Да и Вадик растаял. Взбодрился. Говорят, штамп не меняет людей. Врут. Хотя…
Еще через год его первая любовь развелась. Разошлась с мужем и осталась с собакой, тремя кошками и детьми. Все такая же яркая, свежая. Как будто время с ней дружит. Как будто она сохранилась, размножилась и теперь достает себя по одной. Красивая, все такая же маленькая женщина. Клубничный ликер. Или абсент. На ваш вкус.
И волей судьбы она устроилась работать рядом с Вадимом.
Нет, у нее и мыслей не было. Вообще. Что-что, а старые отношения она научилась отпускать. И поэтому встречала новые при параде. И ни дети, ни коты, ни собаки никогда не мешали ей быть счастливой.
А вот Вадим приуныл. Сдулся. Ссутулился. Начал пить. Насколько ему было невыносимо видеть ее, такую яркую и сочную. А дома Маринку – добрую и домашнюю. И он сломался.
Он рыдал на коленях у Марины, рассказывая, как ему все это невыносимо. А она сидела и гладила его по голове. Знатно облысевшей, но такой родной. Гладила и думала, что ей делать.
И решила. Они собрали чемоданы и уехали. Ей давно предлагали повышение в областном центре. Не знаю как, но она его уговорила.
Смылись просто за неделю. Подчистив всевозможные концы.
А еще через два года я встретила Марину с Вадимом в центре планирования семей. С хорошим таким пузом и счастьем на обоих лицах. Рука в руке и смех по коридору. Одно направление взглядов.
Вот так. Я тогда погладила свой живот и подумала: зря говорят, что женщины ждать не умеют. Очень даже умеют. Влюбленные женщины способны на любые подвиги. Даже на самые отчаянные. Двенадцать лет так-то. Это не 11 месяцев мужа с морей ждать. Это целый кусок жизни отдать мечте. Надеюсь, не зря.