Страница 56 из 69
– Да, мы ходили в церковь. У меня мама хоть и врач была, а все равно верила в Бога. И меня научила. Сколько раз я спасалась в стенах храма! И когда муж ушел, и когда сил не было, а надо было деньги искать. И Вику свою таскала. Она знала, что самоубийство – страшный грех, но видимо, это ее не остановило.
– Но вы же писали, что она не могла.
– Когда писала, я так и думала. А потом ее дневник нашла. А там все ее мысли и чувства. И намерения.
София Павловна замолчала.
– Она писала, что хочет покончить с собой?
– Она написала, что жизни не видит без него. И ребенок ей не нужен, раз Влад ее не любит. Глупая. Если бы не поторопилась, быть может, все бы у них и наладилось. Хотя мужчин детьми не удержишь. Вика сама росла без отца. Он как уехал, так и обрубил все связи. Господи, все бросили мою девочку, все!
Софья Павловна плакала, а я молча сидела и ждала, когда поток слез схлынет. Хотелось задать последний вопрос. Наконец женщина вытерла морщинистые щеки и посмотрела на меня.
– А можно попросить дневник Вики почитать?
– Что вы хотите там найти?
– Я не знаю. Но вдруг что-то окажется важным. Влад Крутов сейчас под следствием, один из главных подозреваемых. Возможно, история вашей дочери поможет сложить общую картину об этом человеке.
Женщина задумалась, а потом сказала:
– Хорошо, но дневник я вам не дам. Это память. Я сниму копию. Приходите завтра, попробую воспользоваться нашим ксероксом. Но за бумагу точно придется заплатить.
Я вышла из библиотеки и осмотрелась по сторонам. Опять нахлынули воспоминания: мама показала сюда дорогу, когда мне было девять лет. А потом я еще лет пять ходила сюда постоянно на свидания с книгами. Конечно, Викину маму я не помню, хотя она сказала, что проработала тут всю жизнь. Но что с меня взять? Люди для меня всегда имели меньшее значение, чем хорошая книга.
Мне не хотелось верить, что Влад – это почти черт с рогами. Хотя все факты указывали именно на это. Что будет с моей Машей?
Больше всего я сейчас нуждалась в Максе. Мой друг умный, он помог бы все утрясти и разобрать по полочкам. А пока я утопала в ворохе информации, с которой не знала, как работать.
Я шла пешком и не смотрела по сторонам, лишь пыталась успокоить мысли в своей голове, которые разлетались как мухи и не давали возможность сосредоточиться на чем-то одном. Слишком много шума для меня одной. И как это все связать в одну стройную нить, я не имела понятия.
Если Влад связан с убийствами, то Машка либо втянута в это, либо находится в огромной опасности. Если я расскажу ей про Свету и ее возможном романе с Владом, как Маша отреагирует, непонятно. Одна женщина уже прыгнула из окна из-за Крутова.
Я ковыляла в сторону дома, не замечая ничего вокруг. Внутренние терзания полностью меня поглотили и пережевывали, пережевывали. Вдруг услышала, как кто-то кричит мое имя.
У подъезда меня опять поджидала Машка. Я была совсем не рада ее видеть. Не сегодня. Но пришлось натянуть дежурную улыбку и изобразить полный восторг.
– Ты что тут делаешь? – спросила я.
– Тебя жду.
– А что с твоей работой? Ты уволилась?
– Ты что, не рада меня видеть?
– Нет, я просто переживаю за тебя.
– Я взяла отпуск. Чувствую себя неважно. Да и Влад настаивает на том, чтобы я не работала. Пойдем в кафе посидим? – внезапно весело сказала Машка.
– А что не у меня?
– Не хочу твои пельмени. Да и просто, хочется тебя вытащить. Выглядишь ты неважно.
– Я просто устала.
– От чего?
– От жизни, наверное, – улыбнулась я и добавила: – Ладно, пошли!
Мы устроились в небольшом кафе рядом с моим домом. Раньше мы со Светкой часто тут встречались, чтобы попить кофе да поговорить. Иногда я пытаюсь вспомнить, о чем мы разговаривали, и понимаю, что в голове моей пусто – ни следа о тех беседах. Вот такие вот подруги.
– Я рассказала Владу про беременность, – сказала Машка.
– И?
– Он обрадовался. Сказал, что я должна себя беречь. И что он хочет сына.
Моя подруга сияла, и от этого мне стало больно.
– Ты не рада за меня?
– Я очень рада, очень. Просто Влад… я боюсь за тебя.
– А чего тебе бояться? Он взрослый надежный мужчина. Я люблю его. Или ты веришь тем, кто говорит, что это он организовал убийства?
– Не хочу верить… но я не знаю, Маш. Слишком много всего указывает на то, что он не просто «рядом проходил».
– Он был со мной в ночь, когда убили Свету. Думаешь, я бы стала врать, когда речь идет о моей подруге?
Я промолчала. Хотя мне было что сказать по поводу нашей дружбы и ее постулатов. Дружба мало имела отношений к тому, что было между нами. Максимум – приятельство, и то… с натяжкой. Если не брать на веру историю с причастностью Розы к убийству Светы.
– Я бы никогда не стала покрывать убийцу Светки. Ты меня знаешь. У меня ближе вас никогда никого не было. И если я вам не все рассказывала о себе, так это просто потому что мне было стыдно. Знаешь ли, нелегко признаваться в своих слабостях.
– Стыдно? – не поверила своим ушам я.
– Вы бы узнали, что я пыталась убить собственного отца. Понимаешь? Роза вот знала. И даже перед ней мне было стыдно. Я жалею, что не сдержалась тогда, не могла сдержаться.
– Дурочка. Если бы ты рассказала, мы бы придумали, как тебя спасти.
– Да знаю я, как. Светка бы пошла к отцу. А ее отец подключил бы опеку. И кроме проблем ничего бы я не получила. Да, у меня ужасный отец. Но он мой отец. А еще у меня есть мама. И она его любит.
– Ты родителям сказала про беременность?
– Нет. Я сообщу им после свадьбы.
– А свадьба будет? Влад сделал тебе предложение?
Машка замялась.
– Нет. Но я очень рассчитываю на его порядочность. Он сказал, что хочет сына.
– А если будет девочка?
– Будет сын, – уверенно сказала подруга и уткнулась в свою чашку. Я тоже медленно пила свой кофе и смотрела по сторонам, пока не услышала вопрос:-А этот Макс, он тебе нравится?
Я улыбнулась.
– Макс? Нет конечно. Он мой друг. Я знаю его сто лет. Он страшный зануда и невыносимый тип.
– Звучит многообещающе.
– Ты на что намекаешь?
– Ты тоже была всегда страшной занудой и порой ужасно невыносимой. Тебе не кажется, что вы друг другу подходите?
– Нет, – отрезала я.
– Мне нравится твоя категоричность.
– Слушай, мы с ним в школе встречались одно время. Это знаешь на что было похоже?
– На что?
– На цирк шапито. Ну не создана я для отношений. Ты посмотри на меня, – я ткнула пальцем на свою голову.