Королева

Глава 11. ВЕРЕСК

Дамиан поднял меч, выдохнул и не торопясь шагнул к трону. Корона Алдора лежала у ступеней. Верас наклонился, подобрал её и, хромая, подошёл к королеве.

Сталь рубанула по цепи. Кандалы безвольно звякнули. Дамиан осторожно опустился на одно колено и протянул Элиан корону:

— Кажется, это ваше, моя королева.

Элиан взяла венец, посмотрела на него, потом на Дамиана. Он стоял на коленях, истекающий кровью, с серым лицом. А в глазах по-прежнему светилась верность и нежность. Элиан медленно покачала головой.

— Нет, Дамиан, — тихо произнесла она. — Теперь это твоё.

Он моргнул.

— Элиан, я…

Голос Вераса сорвался. Дамиан хотел сказать, что он не готов, что он просто рубака с поля брани, а не король.

Но королева не дала ему договорить. Протянула руку, и дрожащие пальцы коснулись его щеки — там, где запеклась кровь от пореза копья.

— Так надо, лорд Верас, — её голос дрогнул, но тут же окреп. — Будешь консортом, заменишь мне совет.

Он поднял на неё усталые глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на прежнюю усмешку.

— Ну, только если консортом.

В коридоре послышался нарастающий гвалт. Северяне толпой вломились в зал — вымотанные, окровавленные, злые. Где-то за ними раздавался шум боя — воины Гриммарка прорвались во дворец.

Но северяне застыли, увидев представившуюся им картину: трупы островитян, лужи крови и двое — королева и опустившийся перед ней на колено северный лорд. Тишина опустилась на зал.

Элиан расправила плечи, и её голос разнёсся под сводами:

— Я, Элиан из дома Аэрлингов, дочь Эйдана Великого, властью, данной мне Всевидящим и Советом шести провинций, нарекаю тебя, Дамиан из дома Верасов, потомка северных королей, королём-консортом Алдора.

Она взяла золотой обруч обеими руками, аккуратно возложила его на голову Дамиана и перевела взгляд на замерших воинов:

— Склонитесь перед своим королём!

Эгид, стоявший впереди всех, рухнул на колено первым. Остальные последовали его примеру, не задумываясь. И в тот миг в груди юноши разлилось чувство, по силе несравнимое с восхищением. Это было благоговение. Прежде чем склонить голову, эсквайр бросил взгляд на своего господина — израненного, покрытого запёкшейся кровью, стоящего на коленях, — и понял, что видит не просто победителя. Он видел легенду. Каждая царапина на его доспехах, каждый шрам на лице кричали о том, через что прошёл Дамиан Верас. Эгид сжал кулаки, чтобы сдержать дрожь, пробежавшую по телу. Юноша осознал, что стал свидетелем того, как вершится история. И эту историю будут передавать из уст в уста ещё много-много веков.

Северный лорд не чувствовал себя частью истории. Нога саднила, в голове мутилось от усталости и потери крови. Он с усилием поднялся, опираясь на меч, и окинул взглядом воинов, застывших на коленях. Серые глаза скользнули по рядам, задержались на Эгиде и метнулись дальше, выискивая среди припавших седую голову Хьярти. Но бывшего наставника среди них не было. Верас со скорбью понял: старый волк ушёл к Всевидящему. В бою, как и хотел. Сердце сжалось.

Дамиан снял корону с головы, взвесил её в руке, посмотрел с сомнением на холодное золото. Вот она — цена, которую они все сегодня за неё заплатили. Но не корона ему нужна, не к ней он спешил и не ради неё готов был умереть.

Северянин поднял взгляд на королеву, и в его глазах сомнение сменилось нежностью. Она стояла рядом, несгибаемая, с разбитой губой и тонкой полоской крови на щеке.

— Моя королева, — прошептал он севшим голосом и мягко притянул её к себе.

Верас поцеловал королеву. Прямо перед всеми, впервые не прячась, не таясь. Он почувствовал на губах привкус крови, соли и лёгкую, почти неуловимую горчинку вереска.

И Элиан ответила.