Страница 45 из 60
— Жалеешь, значит. — Я зло прищурился. — Зря! Между прочим, это по его милости мы в такой заднице оказались, что даже не представляю, как мы из нее выберемся. И когда. И выберемся ли вообще.
— Должны, — сказала Мила.
— Похоже, ты за нас уже все решил. — Чистый был мрачен.
— Такты против? — удивился Полуяров.
— Конечно. Игрушки все это. Клады, пираты, Плевако, жулик какой-то из прошлого века.
— Из позапрошлого, — вскинулся Козлов. — И Кудриянов был не жулик!
— А мне по барабану. Захотелось в казаки-разбойники поиграть — ваше дело, но мы-то тут при чем?
— Постой, — теперь уже вскинулся Федор. — Мы же одна команда!
— С чего ты взял? — Чистый скрестил руки на груди, что на языке жестов означает «плотная защита». — Мы что, клады искать подряжались? Нет. Только лодку перегнать. Да ты понимаешь, что это противозаконно? Кому эти острова принадлежат? Португалии. А мы куда идем? В Касабланку. Вот нас португальцы и спросят: а что это вы, любезные, на наших островах делаете? Шли в Марокко, а оказались у нас.
— Острова необитаемы, — вклинился с уточнением Козлов. — Это заповедник.
— Тем более! В заповедник лезть — еще один закон нарушать. До кучи. Нет, ребята, я в тюрьму не хочу. Пусть даже самого высокого европейского уровня, а не хочу. И Джон не хочет, так ведь?
Чистый явно надеялся на немедленную и безоговорочную поддержку, но Джон не торопился с ответом. А когда заговорил, сказал не совсем то, что ожидал от него Костя.
— Вообще-то, дело это стремное. Можно нарваться на крупные неприятности. Но ежели соломку подстелить и по уму провернуть, может и выгореть.
— Андрей, а ты что думаешь? — взглянул на меня Чистый. Половинчатость ответа шкипера привела его в бешенство, и он прилагал огромные усилия, чтобы держать себя в руках.
— Мне насчет соломки понравилось, — сказал я. — А еще мне представляется, что о ней уже позаботились. Ну-ка, Федор, выкладывай, что у тебя там... с сеновалом.
— Да есть кое-что, — заулыбался Полуяров. — Моя вина. Просчитался. Надо было сначала растолковать в подробностях, что мы с Петькой придумали, а уже потом вас в неудобное положение ставить. Короче, так. О кладе капитана Кидда мне Петя рассказал еще в Москве. Как услышал, что я яхту покупаю и с Карибского моря ее в Касабланку погоню, так и выложил. И про карту все объяснил, ну, как она к нему попала. Знаешь, Костян, когда Петя напоследок сказал: «Вот бы выкопать!» — у меня реакция была в точности как у тебя. Я его на смех поднял. Было такое?
— Было, — подтвердил Козлов.
— То-то и оно. Однако идейка в голове застряла, и чем больше я ее так и сяк вертел, тем больше она мне нравилась. Чем, спросите? Своей осуществимостью! Ведь все на самом деле просто, как мычание. Острова Селваженш действительно необитаемы. И почти по курсу. Что мы к ним направляемся, определить можно только по GPS. Так ведь навигатор и отключить можно! Тихонько подходим, тихонько высаживаемся и быстренько копаем, благо место нам известно.
— А дальше что? — спросил Чистый.
— Два варианта. Первый: клада нет. Мы возвращаемся на яхту и спокойно отправляемся своей дорогой. Милях в двадцати включаем приборы, появляемся на экранах, а на возможные вопросы отвечаем, что были небольшие неполадки со связью, но, слава Богу, все исправили. Второй: клад есть. Мы вкдючаем приборы и запускаем в эфир MAYDAY[6], взывая о помощи. Когда появляются спасатели, мы предстаем перед ними в роли потерпевших кораблекрушение — яхту придется немного покалечить, без этого не обойтись, — и с кладом капитана Кидда у ног. Мол, случайно нашли, и что нам за это будет? А будет по португальским законам немало, я выяснял. Столько, что и тебе, Андрюша, на яхту хватит. И Джон сможет свое дело открыть. Всем перепадет. Но Козлову и мне поболе, чем другим, как идейным вдохновителям, это справедливо. Согласны?
— С чем? — спросила Шелестова.
— Для начала, с такой дележкой.
Все промолчали.
— Молчание — знак согласия. А теперь, друзья, согласны ли вы предпринять некую авантюрную вылазку, ничем особо не рискуя, однако имея шанс весьма и весьма пополнить свои банковские счета?
— У кого они есть, — буркнул я. — В общем, так. Что бы ты ни говорил, Федя, а я согласен с Джоном — дело скользкое. Но я согласен. Только уговор: если найдем, действительно вызываем спасателей, а не вывозим клад втихую. Как бы ни хотелось. Насчет тюрьмы Костя прав: я тоже не хочу.
— Я — «за», — сказала Мила.
— Я тоже, — присоединился к нам Джон, стараясь не встречаться взглядом с Чистым. Выглядело это странно, точно шкипер, прежде чем ответить, должен был у Кости разрешения спросить. А не спросил Дудникофф потому, что догадывался: разрешения не будет.
— Остался ты, Костя. — Полуяров продолжал улыбаться, уверенный в своей победе. — Что скажешь?
Отступать Чистому не хотелось, но, очевидно, остаться в одиночестве — «А Баба-Яга против!» — ему не хотелось еще больше. Он уже не держал руки, защищаясь, скрещенными на груди. Но пока не знал, куда их деть. В подвешенной к бортику кокпита сумке лежала ручка от лебедки-«мельницы», ее Костя и достал. Повертел, словно гадая, что это штукенция делает на борту яхты, все лебедки которой работают от гидравлики. А чего тут гадать: для страховки она, чтобы в случае чего крутить вручную. Повертел, сунул обратно в сумку и сказал:
— Уговорили, я тоже согласен.
— Ура! — подвел черту Федор. — Меняем курс!
Козлов пропел дребезжащим козлетоном:
— Белый парус надежды!..
Тут уж я не выдержал — оборвал:
— Петь, хочешь — пой, но, умоляю, что-нибудь другое. Хотя бы «Пятнадцать человек на сундук мертвеца».
— Йо-хо-хо, и бутылка рома! — радостно заорал Козлов.
Все рассмеялись.
Глава седьмая
— И почему это по моей милости? — оскорбился Федор.
В этом он был прав, а я... я перегнул. Но интересно, если бы Чистый уперся, как бы тогда поступил Полуяров? Неужели отказался бы от своих кладоискательских планов? Ой, сомневаюсь я.
— Оставим, — чувствуя шаткость своей позиции, пошел на попятный я. — Где карта?
— У Козлова, — удивился моему вопросу Федор. — Как думаешь, где он?
— Если он жив, то искать его нужно там, где крестик на карте. Я так думаю.
— Ну... — неуверенно протянул Полуяров.
— Другие предложения есть?
— Есть, — сказала Шелестова. — Надо Джона сюда перенести.