Страница 24 из 2758
2. II
II.
Девушка была тощенькая, низенькая, можно даже сказать миниатюрная и далеко не факт, что вообще легальная. Неизвестная развела ножки и сидела у Игоря на животе. Её бедра упирались ему в бока, а пылающие глаза пристально удерживали его взгляд. Ручки девушки давили ему в грудь.
Ах, и ещё одно.
Странно разило кровью.
Игорь нашёл всё происходящее довольно занимательным и спросил спокойным голосом:
— Кем будешь?
— Доброе утро, Мастер, — ответила девушка, не пошевелившись.
— Мастер? С каких пор?
— С момента моего рождения, Мастер, — произнесла девушка, а потом, замечая улыбку Игоря, дополнила свой рассказ:
— Уже двадцать четыре минуты.
— Так и знал, что нужно предохраняться. Быстро в этом мире всё происходит. Где она, кстати? — оглядываясь поинтересовался юноша.
Девушка ответила:
— Если вы говорите про биологический материал, который был использован для создания моей телесной оболочки, то… Продолжая вашу надуманную и неуместную метафору, — она умерла при родах.
— Вот как, — Игорь посмотрел на месиво на кровати. Похоже немногое осталось от циркачки. Даже прискорбно. Девушкой она была чрезвычайно умелой… Гибкой, ловкой… С другой стороны, ей на смену пришло создание тоже очень занимательное. Игорь ещё раз осмотрел беловолосую с ног до головы и задал ей самый важный вопрос:
— Так что здесь происходит?
— Желаете узнать о моём предназначении, Мастер?
Игорь легонько кивнул.
Девушка прикрыла глаза.
— Я порождение вашей плоти, созданное чтобы служить вам… Больше я ничего не знаю.
— …Какое подробное объяснение.
— Не стоит благодарностей, Мастер. Служить вам есть моё предназначение. Я способна поблагодарить себя сама, — заявила девушка и похлопала сама себя по головушке. Трижды.
Игорь задумчиво улыбнулся. Для него всё происходящее то же было загадкой, — мелькавшие по теме мысли снова и снова возвращались к странной чёрной метке у него на спине, — были и другие теории, но времени на размышления сейчас особенно не было. Если кто-то решит навестить его шатёр, — тот же Кирсанов делал это совершенно бесцеремонно, — он увидит такую странную картину, что Игорь сломает голову, пытаясь всё объяснить. Следовало по меньшей мере убраться.
Юноша сбросил девушку на кровать лёгким движением, — она была покорна, — после чего стал собирать запачканные простыни. Самопровозглашённая служанка наблюдала за всем со стороны. Игорь спросил её, когда снимал наволочку:
— Не хочешь подсобить своему мастеру?
— Вы прекрасно и сами справляетесь… Физическая активность вам полезна, Мастер.
Игорь хмыкнул, прошёлся к своей бочке с водицей, зачерпнул целый графин и бесцеремонно вылил его окровавленной девушки на голову. Она прикрыла глазки. Мужчина проделал это ещё несколько раз, вытер её костлявое тельце запасной рубашкой, — какая нежная кожица, — а потом, запихавши всю кровавую ткань под кровать, стал надевать штаны.
Когда он полностью оделся, Игорь снова посмотрел на девушку. Стояла осень, обогрева никакого, она заметно подрагивала от холода. Авось ещё простудится… Но что же делать? Одежды циркачки были ей великоваты. Юноша пораскинул мозгами и натянул на девушку ещё одну свою рубашку, — на ней она смотрелась как ночнушка. А после мужчина задумчиво глянул на сундук возле изголовья кровати…
…
— Добрый день, ваше превосходительство, а сундучок зачем?.. — Спрашивал Игоря Кирсанов, когда юноша, удерживая большой сундук за ручку, ступил в шатёр.
— Некоторые вещи внутри, — ответил Игорь, уложил свою ношу возле стула, и занял место у изголовья стола. В этот раз никто не удивился, не имел ничего против. Все офицеры восприняли положение юноши как само собою разумеющееся. Некоторые даже слегка опустили головы, с выражением почтения…
Последовала секунда тишины; Кирсанов опустил взгляд и сказал печальным тоном:
— Все мы соболезнуем вашей утрате, ваше превосходительство, — прочие офицеры повесили головы. Адъютант Скоморохин даже, как будто, искреннее, чем немало позабавил Игоря.
— Благодарю, — кивнул юноша.
— Мне очень жаль… Я позаботился о том, чтобы тело погибшего непременно было доставлено на родину… Из прочих дурных новостей, его превосходительство Стрелков ещё не отправился от своего ранения, и потому он отказался от участия в сегодняшнем собрании. Впрочем… Нынче мы будем обсуждать административные вопросы, а потому его военный гений особенно не требуется… Скоморохин?
— Ах, да, кхм… — юноша опомнился и взял со стола единственный доклад.
Из него Игорь узнал общее потери своего войска, — минимальные, — потери противника, — ужасающие, — а также число захваченный пленников. Когда была названа эта цифра, последовала выжидающая тишина. Все офицеры посмотрели на Игоря. Он молчал. Кирсанов задал вопрос:
— Что будем с ними делать?
— В кандалы, и в тюрьму, — ответил юноша.
— На сибирскую каторгу?
— Нет смысла, оставьте тут.
— Завидное великодушие, ваше превосходительство!
Игорь промолчал. По-хорошему им бы действительно избавится от всех восставших, устрашения ради и спокойствия для, но юноша уже обещал милосердие Алой Они за помощью в убийстве дядюшки, и хотя предательство было для Игоря делом самым обыкновенным, оно наверняка разрушит доверие между ними, которые было ему на данный момент очень кстати.
Поэтому на следующий вопрос, что же делать с предводительницей восставших, юноша тоже дал моментальный ответ:
— Оставьте её… Мне.
— Как пожелаете… Превосходительство.
Офицеры молча переглянулись. Все они догадывались, что князь собирался делать с этой девчонкой. Это было негуманно, немного даже ребячеством — пытки, вспышки злости, — но никто не смел сказать и слова против… Все опасались праведного гнева юноши, который наверняка обрушится на каждого, кто встанет между ним и местью убийце любимого дядюшки.
После обсудили ещё несколько вопросов, касательно логистики, — теперь, когда с делом было покончено, следовало укрепить пограничные гарнизоны и вернуть войско назад, в столицу оккупационного округа, городок Кусиро. Следовало распланировать железнодорожное сообщение… Это была страшная волокита. Собрание затянулось, и волей Кирсанова, с разрешения Игоря, решено было обсудить прочие вопросы — карательного толка, — в другой раз.