Страница 89 из 110
— Да ладно тебе. Недвижка – отличное вложение денег, — отмахивается рыжий, рассматривая кухонный гарнитур. Ящики открывает, проверяя механизмы. — Должно же у тебя быть что-то только твоё. Вот, у тебя теперь есть своя собственная квартира. Оформлена только на тебя, доки все дома отдам.
Взгляд его внезапно становится серьёзным, он смотрит прямо в мои глаза.
— Но переезжать от меня нельзя, — добавляет обеспокоенно. — Я не намекаю, что тебе надо срочно переехать в свою квартиру.
Эмоции на лице мужа вызывают у меня улыбку.
— А что мне с ней делать, если здесь жить нельзя?
— Хочешь – сдавай. Хочешь – пустая будет стоять, — он прищуривается, словно что-то задумал. — Хочешь, будем иногда сюда приезжать…
Его взгляд становится откровенно игривым, почти пошлым, и я сразу понимаю, что у мужа на уме.
Он делает медленный, плавный шаг ко мне. Я, словно в танце, отступаю на шаг назад, играя с ним.
— Ди-има…
— Мы на своей, абсолютно пустой территории. Чё «Дима-то»? — его голос становится ниже, напористее. — Я уже заебался, как пиздюк, шкериться и трахаться лицом в подушку. Всё-таки взрослые люди… Ты сама как считаешь? Или я чего-то не знаю, и тебя ограничения прикалывают?
Мои щёки вспыхивают ещё сильнее.
— Мы же с твоим отцом живём. Как иначе-то?
— Здесь его нет.
Ещё один шаг, и ещё... Я синхронно отступаю назад, но моя поясница уже упирается в край стола. Дальше отступать некуда. Дима становится очень близко, почти вплотную ко мне.
— А вот и пришли, — улыбается сексуально. — Я стол лично заказывал. Как тебе? Это массив дуба. Чувствуешь текстуру?
Я оглядываюсь, проводя ладонью по шероховатой, неровной поверхности настоящего дерева.
— Классный!
— И крепкий должен быть, — шёпот касается уха, обжигая кожу. — Давай проверим?
Мужские ладони скользят по моим бёдрам. Хоп – и я уже оказываюсь сидящей на столе прямо перед ним.
Потеряв опору, я инстинктивно хватаюсь за его плечи.
— Я не дам тебе упасть. Не переживай.
Платье, задравшееся при резкой смене положения, теперь поднимается ещё выше под его ладонями, которые скользят вверх по бёдрам.
Я наклоняюсь ближе, сначала носом касаясь его груди. Затем прижимаюсь к шее, глубоко вдыхая терпкий аромат одеколона, смешанный с его собственным запахом.
— А ты чего так вкусно пахнешь?
— Да вроде как обычно…
Я затыкаю его губы поцелуем. Мягким, тёплым, с лёгкой игрой языка, который нежно касается его губ.
Мои пальцы ныряют под свитер. Пробегаются по твёрдым кубикам пресса, чувствую, как под ними напрягаются мышцы. Он хватает край свитера и стягивает его через голову, открывая для меня больше доступа к телу.
Сжимаю его плечи. Царапаю коготками грудь, спускаясь ниже. Пальцы торопливо расстёгивают ремень, затем молнию, и я запускаю ладонь внутрь, касаясь его напряжённой плоти. Ласково провожу пальцами. Сжимаю у основания.
Его глухой стон вибрирует в воздухе, а руки оказываются на моей пояснице. Одним резким движением он притягивает меня прямо к краю стола. Медленно входит в меня, заполняя собой. Медленные, глубокие толчки проникают в меня, наполняя ощущением полноты и близости. И вдруг – один, сильный, до упора, пронзает меня насквозь.
Я отрываюсь от его губ, ловлю ртом воздух. Его пальцы касаются моего подбородка, мягко приподнимая его лицо.
— Вот так, — хрипит. — Хочу увидеть, как ты кончаешь.
Его движения ускоряются, становятся резче, и стол под нами начинает раскачиваться, ударяясь о стену. Стоны рвутся из горла. Я прикусываю губу, пытаясь сдержать их, но это бесполезно. Звуки становятся всё громче.
Взрыв удовольствия накрывает меня волной – яркий, мощный, заставляющий всё тело дрожать. Это так хорошо, так невероятно… Боже…
Дима делает последние, уже медленные толчки. Останавливается, тяжело дыша, и я кладу голову на его грудь. Слушаю, как бешено колотится его сердце. Ладонями скольжу по его вспотевшей спине, прижимая его к себе ещё ближе. Такой тёплый, такой… мой.
Внезапно раздаётся резкий, громкий стук в дверь. Я вздрагиваю, подпрыгивая на столе от неожиданности.
— Я открою, — говорю, отодвигая мужа, и слезаю со стола.
Быстро поправляю бельё. Дёргаю подол платья вниз, стараясь вернуть приличный вид, и иду к двери.
— Кто там?
— Соседи ваши снизу, блядь, — раздаётся грубый голос отца. — Открывай, нахуй! Вы заебали стучать по моему потолку! Чё, шлюх-салон, что ль открыли?! Хату не успели продать, уже блядушник устроили... Понятно откуда у вас бабки! Давай-давай, открывай!!!
Удар по двери гремит так сильно, что вибрация проходит по всей поверхности. Я обнимаю живот руками и делаю шаг назад. Открывать совершенно расхотелось.
Вот я дура … Совсем забылась. Родители же прям внизу живут!
— Дай я.
Дима появляется рядом. С голым торсом, но уже застёгивает ширинку. Отодвигает меня подальше от двери и сам открывает её.
— По голове себе постучи, — выплёвывает с агрессией. — Чё надо?!
Отец стоит на пороге, пьяный до безобразия. Лицо краснющее, глаза стеклянные.
— Чтоб вы долбить перестали! — в тон ему выдаёт папа. Потом переводит взгляд на меня и кривится. — Это ты?! Ты всё-таки пошла по стопам этой… тётки?! Вот шалава!
Все происходит так быстро… Кулак мужа выстреливает вперёд, с силой врезаясь в лицо отца. Потеряв равновесие, он с грохотом валится на пол.
— Какие, нахуй, проститутки?! — рявкает Дима. — Попутал, что ли, на мою жену переть?!?
— Да какая она жена… — с трудом поднимаясь, бормочет отец. — Я уверен, ты её из блядь-салона достал!
Не успевает он договорить, как получает во второй раз. Кажется, уже в нос. Глухой стон боли разносится по лестничной клетке.
— Захлопни пасть, мудила!
Я стою, обхватив себя руками, и чувствую странное равнодушие. Даже вмешиваться не хочется. Столько раз я получала от отца… А вот он за меня – впервые.
На лестнице показывается поднимающаяся к нам мама. Готова поспорить, она на крики прибежала.
— Вы что делаете?! — верещит. — Бандиты! Это что ж творится-то?! Люди добрые! Просто так людей бьют!!! Я сейчас милицию вызову! Ты что себе позволяешь?!?
Она подбегает к отцу и накрывает его собой, защищая от Димы.
— Отойди. Я щас ему… — папа пытается встать, но мама крепко держит его.
— Хочешь ментов? Вызывай ментов, — перебивает муж. — Пшли вон из хаты!
Он выталкивает моих родителей подальше от двери и с силой, громко захлопывает её.