Страница 40 из 110
— Пока чёт не улавливаю, — произносит он, наклоняя голову. — Ты кто такой вообще?
Лысый оглядывается через плечо на своего здоровенного приятеля. Оба ухмыляются.
— Ну ты и тормоз. Тук-тук, врубайся давай, — фыркает лысый. — Крыша мы твоя новая. Деньги будешь нам платить за охрану с этого дня. Пятнадцать процентов.
Дмитрий прищуривается, нагло перебивая:
— А то что?
— А то мы сожжём нахер этот курятник как мусорской участок недавно, — отвечает уже здоровяк. — Кассу открывай. Сегодня день оплаты.
Я испуганно смотрю на Диму, не зная, как реагировать. Ведь приказ был мне, а не ему.
Рыжий ловит мой взгляд и спокойно заходит за стойку, словно это его территория. Встаёт совсем рядом, почти вплотную ко мне.
И это неожиданное присутствие почему-то приносит облегчение, снимая часть напряжения. Я немного выдыхаю.
— День оплаты через неделю. И не вам, — говорит Дима уверенно, с лёгкой насмешкой в голосе. — С-сука, я вас уже месяц выслеживаю, всё никак поймать не могу. А тут такое чудо… Сами ко мне пришли!
Он поворачивает голову. Смотрит мне в глаза и мягко подталкивает моё плечо своим.
— Насть, а мне с тобой прёт!
А вот у меня с рыжими почему-то всё наоборот. Каждый раз, когда на горизонте появляется хотя бы один из них, жди беды. Три недели я спокойно работала, ни одного происшествия, а тут – на тебе!
— Рада за тебя.
Дверь распахивается, и на пороге появляется моя тётя. Она медленно обводит взглядом вестибюль, настороженно сканируя обстановку.
— Добрый вечер. Какие-то проблемы?
— Не твоё дело, — грубо бросает бугай.
— Вообще-то я хозяйка этого заведения.
Лысый хмурится, оглядывая её с ног до головы, затем переводит взгляд на Дмитрия.
— А ты тогда кто?!
— Крыша, — ухмыляется Дима и скидывает капюшон, проводя рукой по голове.
В глазах напротив вспыхивает паника. Узнавание. До них только сейчас доходит, с кем они общались…
Лысый успевает только дёрнуться, как Дима молниеносно выхватывает ножницы из стаканчика с канцелярскими принадлежностями. С пугающей точностью он вбивает их в руку мужчины, пригвождая его ладонь к столешнице.
А другой, свободной рукой, извлекает из-за пояса пистолет. Громкий хлопок разрывает тишину. За ним следует ещё один.
Оба выстрела попадают в ноги убегающего амбала. Мужик падает на пол. Корчится, издавая болезненные стоны.
Дима подаётся вперёд, наклоняясь к лысому мужчине, который стоит по ту сторону ресепшена.
— Ну ладно она, — усмехается, кивая в мою сторону. — Ты-то не молодая девушка, чтобы от разговоров бегать.
Мы с тётей стоим словно пара статуй, не в силах даже вдохнуть. Шок сковывает каждую мышцу. Зрелище перед глазами вызывает холодок по спине.
— Да хорош верещать, — с раздражением бросает Дима в сторону. — Девчонок напугаешь.
Его рука аккуратно отодвигает меня в сторону. Дмитрий занимает моё место и сам нажимает на тревожную кнопку. Неторопливыми, почти ленивыми движениями, достаёт телефон из кармана и кладёт его на стол, запуская таймер. Секунды начинают отсчитываться.
Я ничего не понимаю. Мозг отказывается обрабатывать происходящее. Всё вокруг немного плывет, а к горлу подкатывает тошнота.
Что-то мне нехорошо...
— Вы откуда такие нарисовались? На кого работаете?
Лысый смотрит на него исподлобья, тяжело дышит. Грудь поднимается и опускается с усилием. Сопение мужчины разрывает воздух.
Дима стучит костяшками пальцев по его голове.
— Тут-тук, дятел, — хмыкает с издёвкой. — Ты глухой, что ли?
В ответ – молчание. Рыжий раздражённо цокает языком и берётся за пластиковые концы ножниц, начиная медленно приближать их к себе.
— Н-не н-надо! Нет! Хватит! Кастет! Кастет нас послал!
— Ваш Кастет не в курсе, чья эта территория?!
Я неотрывно наблюдаю за Димой. Конечно, хорошо, что он рядом – если бы я осталась наедине с этими мужчинами, наверняка растерялась бы так же, как и сейчас.
Но... он тоже вызывает во мне лёгкое беспокойство. В нём нет ничего общего с тем человеком, с которым я ходила на свидания. Он кажется другим, каким-то более суровым и непредсказуемым. Жёстким.
Дверь резко распахивается, и тяжёлый удар прилетает прямо в голову валяющегося на полу громилы. Если до этого он что-то бубнил, то теперь замолкает.
В салон залетают двое – оба в одинаковой форме. Примерно ровесники Димы. Они быстро оценивают обстановку, а заметив рыжего, заметно расслабляются. Движения становятся плавнее.
— Какие люди! — один из них дружески пожимает руку Диме. — Если ты здесь, зачем она нас вызвала?
— Так это я, а не она. Проверка времени реагирования.
Дмитрий останавливает таймер и смотрит на цифры, застывшие на экране. Довольно кивает головой.
— За шесть минут уложились. Быстро вы!
— Да тут рядом на вызове были. Что делать?
— Этих запаковать и к нам отвезти, — распоряжается Дима. — Этого в больничку. Замену я сюда сам вызову.
Тётя поворачивает голову, смотрит в сторону коридора.
— Так, любопытные. А ну разошлись! — строго командует она, затем переводит взгляд на меня. — Насть, клиенты в комнатах есть?
— Трое…
Я вытягиваю губы трубочкой и медленно выдыхаю через рот. Воздух выходит шумным, дрожащим потоком.
Дима оборачивается, взгляд сразу цепляется за моё лицо. Брови сходятся на переносице.
— Тебе плохо?
Сердце неровно бьётся. Тошнота подступает волнами, скручивая желудок в тугой узел.
Я прикрываю рот ладонью и, не в силах больше сдерживаться, бросаюсь к туалету. Дверь распахивается, и я буквально влетаю внутрь, склоняясь над унитазом. Желудок выворачивается наизнанку, безжалостно избавляясь от всего, что было съедено.
Когда становится чуть легче, медленно поднимаюсь и подхожу к раковине. Холодная вода обжигает ладони. Я полощу рот, пытаясь избавиться от неприятного вкуса.
Умываюсь ледяной водой и опираюсь ладонями на холодный мраморный край, когда раздаётся короткий стук в дверь. Не успеваю ответить, как она распахивается.
Невольное напряжение пробегает по телу, когда в отражении зеркала я вижу Диму. Он заходит ко мне в уборную, мягко прикрывая за собой дверь.
— Полегче?
Я киваю. Опускаю голову, наблюдая за струйкой воды, льющейся из крана. Пытаюсь унять дрожь в теле, хоть немного успокоиться и выровнять дыхание. Сосредотачиваюсь на каждом вдохе и выдохе.