Страница 17 из 110
Приближаемся к кафе, из которого доносится громкий шансон. В окнах – вспышки светомузыки.
Внезапно на улицу вываливается пьяная компания. Крупные, громкие мужчины. Судя по всему, сильно пьяные. Они что-то бурно обсуждают, смеются, дымят сигаретами. Я оглядываю их с опаской и случайно встречаюсь с одним взглядом. Тот сразу расплывается в кривой улыбке, обнажая зубы.
— Утю-тю какая киса, — обращается он ко мне, а потом к друзьям: — Вы посмотрите, ребят!
Остальные оборачиваются. Всей толпой дружно пялятся на меня. Становится, мягко говоря, неуютно.
— Девушка, не проходите мимо. Пойдёмте с нами. У нас всё есть, — с трудом выговаривает второй. — Всё, о чём вы только мечтаете!
— Мужики, отвалите! — грубо бросает в их сторону Дима.
Тот, кто первым заметил меня, теперь направляется прямо к нам. Сердце учащенно бьётся, и я инстинктивно хватаю Диму за предплечье. Прижимаюсь поближе к нему.
— Насть, отпусти, — серьёзно говорит рыжий, не отрывая взгляда от приближающегося мужчины.
Я чувствую себя растерянно, но послушно разжимаю пальцы. Без его руки я ощущаю себя уязвимой, словно брошенной, хотя он и идёт рядом.
— А тебя кто спрашивал, нах? Ты не видишь, я с девушкой разговариваю?! Иди дальше… куда шёл, а мы с ней пообщаемся.
Мужик уже на нашем пути к парковке, вынуждая нас остановиться. Идет всё ближе и ближе, немного пошатываясь. Я делаю шаг назад, обнимаю себя руками.
— Нос не вороти, девочка, — кривится. — Пойдём-пойдём. Ты ещё не знаешь, от чего отказываешься!
Он делает ещё шаг и тянет руку в мою сторону. Секунда – Дима перехватывает её, выворачивая за спину нападавшего. Мгновенная реакция. Точная и быстрая. Я даже моргнуть не успеваю.
— Не трогай её, мудила! — грубо бросает Дима. Он нагибает мужика и пинает его обратно, в сторону кафе.
В этот момент к нам резко бросается другой:
— Ты чё, моего друга обидел, что ли?!
Здоровенный детина несётся прямо на нас, замахиваясь кулаком. Дмитрий уворачивается, и тут же наносит ответный удар – прямо в нос. Не успевает этот рухнуть, как Дима уже переключается на следующего.
Точные, резкие удары следуют один за другим. Каждый удар как будто нацелен на то, чтобы причинить максимальную боль. Я вижу, как его кулаки врезаются в лица и тела. Слышу глухие удары и стоны…
Это не драка. Не-ет… Это избиение!
Я стою в оцепенении, не веря своим глазам. Дима расправляется с тремя нападающими, а четвертого валит на землю. Прижимает его коленом к земле и срывает капюшон чёрного худи со своей головы. Теперь в свете фонарей видны рыжие волосы.
Те, кто ещё бежали в нашу сторону, резко останавливаются, словно наткнувшись на стену. Из толпы раздаётся робкий, заикающийся голос:
— Мы, н-наверное, перепутали…
— Ты меня тоже с кем-то перепутал? — рыжий холодно смотрит на лежащего. — Ори так, чтобы остальные разбежались.
— Ч-чего?!
Вместо ответа Димы раздаётся какой-то хруст. Мизинец у мужика теперь неестественно торчит в сторону, словно сломанная ветка. Оглушительный вопль разносится по всему парку.
Его друзья, словно по команде, срываются с места и бегут обратно в ресторан. Даже те, кто до этого валялся на траве, вскакивают и, спотыкаясь, убегают прочь. Только этот, несчастный, корчится на земле рядом с Димой. Ну... и я рядышком стою.
— Дим, отпусти его, — прошу дрожащим голосом. — Они уже убежали.
— Да-да, щас, — отмахивается, даже не удостаивая меня взглядом.
И ломает ему второй, уже безымянный палец.
Я морщусь. В шоке смотрю на Диму, на его абсолютно спокойное лицо. У него вообще ничего необычного не происходит. Как будто он каждый день участвует в подобных схватках, где ломают чужие конечности. Такое безразличие к происходящему просто поражает.
— Дим, я сейчас тоже убегу… — снова выдавливаю я.
Рыжий поднимает голову, наконец-то обращая на меня своё внимание. Рывком поднимается на ноги.
— Пойдём отсюда, — говорит он, крепко беря меня за руку. — Какие-то странные ребята тут водятся.
Дмитрий ведёт меня к своему внедорожнику. Открывает переднюю дверь и усаживает меня на пассажирское сиденье. Сердце в груди до сих пор бьётся неестественно быстро, отдаваясь глухими ударами в висках.
Он садится за руль, и я чувствую его взгляд на своей щеке.
— Ты чего? Напугалась? — спрашивает он неожиданно ласково, и этот контраст с его недавним поведением сбивает с толку.
— Кого? Тебя или их? — сглатываю.
— А меня-то чё бояться?
Я медленно поворачиваю голову.
— Мне кажется, тебе нравилось ломать ему пальцы.
Дима поджимает губы. Молчит, разглядывая моё лицо. А затем – медленно тянет руку ко мне и бережно сжимает ладонь. Большим пальцем поглаживает тыльную сторону, будто пытаясь успокоить меня. Медленно, почти невесомо.
— Прости, увлёкся, — произносит он виновато. — Больше такое не повторится. По крайней мере – при тебе.
«А, ну раз при мне не будет, тогда ладно…» — проносится в голове саркастическая мысль.
— А нормальные увлечения у тебя есть?
Мой голос звучит немного выше, чем обычно, выдавая моё волнение.
— Стрелять люблю, — отвечает без заминки. — А ты?
— А мне вязать нравится. Только времени нет.
— Спицы тоже острые и опасные, — замечает Дима с усмешкой.
— Если что, я их использую только на пряже.