Наследие Ржавого

— Нашла. Только не то, что искала, — отвечаю я, поворачиваясь к ней. — Мам, а это что такое?

— Ой, это Витале подарок на день рождения. Маша ему купила. У нас спрятала, чтобы сюрприз сделать.

— У него же только через две недели вроде.

— А на выходных какие-то большие скидки были в магазине, она заранее взяла… — объясняет мама, но я уже не слушаю её. — Настюш, ты куда?

Обуваю резиновые тапочки и выхожу из квартиры. Поднимаюсь на этаж выше, к сестре.

Деньги точно не брали родители. Мама слишком добрая и порядочная, она на такое просто не способна. Отец? Если бы он рылся в моей комнате, то не церемонился бы и всё разбросал. Значит, остаются либо Маша, либо её муж. Виталий в моей комнате не бывает – зачем ему туда заходить? Значит, это точно Маша.

Сестра пропускает меня в квартиру, и я сразу же попадаю в объятия Лады, которая с разбегу обхватывает мои ноги.

— Я их скоро на дневной сон укладывать буду, — говорит сестра, кивая на детей. — Ты что-то хотела?

— Да, хотела… — отвечаю я, проходя за ней в комнату.

Она опускается на пол и начинает собирать разбросанные игрушки в большую пластиковую коробку.

— Маш, ты у меня деньги брала? — спрашиваю я, наблюдая за ней.

Сестра резко поднимает голову. Ресницы трепещут, взгляд такой невинный, что на секунду я начинаю сомневаться.

— Нет.

— А приставка там что делает?

— Я купила.

Я складываю руки на груди. Прищуриваюсь, вглядываясь в лицо сестры.

— Интересно, на какие шиши?

— Заработала.

— Это слово тебе не знакомо, — парирую я с усмешкой

Маша задирает подбородок и смотрит на меня с обидой, почти оскорблённо.

— Что ты хочешь сказать? Что я у тебя ворую, что ли?!

— Видимо, да, — отвечаю прямо. — У вас не было денег. Я поэтому вам ипотеку вот на днях оплачивала.

— Что, я тебе должна рассказывать, откуда деньги беру?! — фыркает сестра. — Может, я кредитнулась?

— Так ты кредитнулась или заработала? — я нервно улыбаюсь. — Или у меня всё-таки взяла? Если ты кредит взяла, открой приложение. Покажи займ, пожалуйста. Ты, кстати, в каком банке брала?

Приставка явно недешёвая, а она в декрете уже четыре года. И до этого нигде не работала – сразу после выпуска залетела. До этого ей кредиты не одобряли, а тут раз и пожалуйста?!

— Не буду я тебе ничего доказывать, — отрезает. — Пошла вон из моей квартиры!

Я замираю, словно ударенная. Её квартиры?! Ну да, в документах собственники – Виталий, она и дети. Я хоть и плачу, но в бумагах не значусь. И всё равно… обидно.

Финансово помогаю. С детьми её сижу. Едят они у родителей то, что приготовила я. Столько помогаю, а такое ощущение, что аппетиты с каждым годом растут. И наглость тоже. Потому что это первое воровство в нашем доме!

— Окей.

Не хочу больше ругаться при детях. Да и смысл? Деньги она уже потратила, вернуть ничего не сможет. А виноватой себя явно не чувствует – даже не пытается извиниться или объясниться.

Возвращаюсь в квартиру, достаю из шкафа тяжёлую коробку и ухожу.

У нас же, получается, так принято! Брать чужое, не спрашивая и не думая о последствиях. Ну вот, я забрала. Продам приставку – верну хотя бы часть денег.