Страница 100 из 118
Глава 15
Прошла еще минута, девчонка поняла, что ей не хватает воздуха, ноги с трудом слушаются, а попытки выгрести к берегу стали бессмысленными - она почти не двигалась с места, а болталась как поплавок: то уходила с головой под воду, то выталкивала себя вверх. Ее губы дрожали и от страха и от холода. Сердце билось часто, а дыхание стало прерывистым.
Образ нападающей на Кроома змеи встал в полный рост. Потеряв силы девчонка понимала, что теперь никак не сможет противостоять этому зверю. Больше всего она боялась, что ее опасения сбудутся и вот-вот вынырнет из толщи воды голова рептилии, а в ее кольцах будет зажат тот, кого она обязана защищать. А ей, такой неуклюжей и беспомощной, останется лишь покорно наблюдать, как зверюга сожрет парня у нее на глазах.
Вдруг она почувствовала, что кто - то хватает ее под водой за ногу и тянет вниз. Все жизнь мелькнула у нее перед глазами, ее самые худшие страхи начали сбываться. Юника захлебываясь, забила руками изо всех сил по воде и закричала. Паника накрыла ее с головой.
И в тот момент, когда она уже отчаялась и теряя силы перестала сопротивляется, прямо перед ее носом вынырнул довольный Кроом, но увидев ее состояние, понял, что переборщил со своей шуткой: голова Юники была почти вся погружена в воду, а движения рук стали хаотичными- она тонула.
Понимая, как сглупил, он подхватил ее и приподнял высоко над водой. Девчонка задыхалась и рыдала одновременно. Почувствовав его рядом с собой, она мёртвой хваткой вцепилась в его шею, ногами обхватила туловище, содрогаясь от слез и хватая воздух ртом.
- Тише, тише, глупая, ты нас обоих утопишь, - бормотал Кроом быстро гребя к берегу.
Выбравшись из воды, они упали на песок. Кроом лежал на спине и тяжело дышал, а Юника на боку, свернувшись в комок, подтянув колени и прижимая руки к груди, рыдала. У нее была натуральная истерика и она просто не могла остановиться.
Кроому снова было стыдно: «Вот зачем?!»- он и сам не знал зачем-не подумал, не рассчитал, решил, что смешно получится. Не получилось. Странно, он всегда считал свои шутки веселыми. Когда-то всем его друзьям- погодкам было весело, когда он неожиданно под водой хватал кого-то за ногу и тащил на дно.
Юника всхлипывала тише. Поняв, что не в силах больше на это смотреть, он встал, подошел к ней, и подхватив под колени и под руки, поднял и прижал к себе, осторожно сев обратно на песок. Она продолжала всхлипывать у него на груди как и тогда, в шалаше, уткнувшись в плечо.
Снова где-то внутри зеленоглазого мужчины появилось приятное тепло: оно медленно расползалось по всему телу, ласково пригревая. Какая-то необъяснимая нежность проснулась в нем, создавая неповторимый уют даже тут, в этих диких местах, где за сотник километров нет ни единого человека.
Он гладил ее по голове и бормотал какие - то утешительные слова, извинялся. И почему-то стал покачиваться, как будто баюкал ее. Именно так, как его когда давно, очень давно качала няня.
Юника затихла и не шевелилась. Этот тихий голос, эти покачивания: она унеслась в свои воспоминания и на мгновение ей показалось, что это Джейк сейчас держит ее на руках и что - то нежное шепчет в ухо. Ей стало так хорошо, как не было ни разу с момента их разлуки. Она задремала.
Просидев так порядочно времени, девушка очнулась и подняла глаза. На нее смотрел зеленый океан. Только сейчас он был тихий, робкий, застенчивый и где - то там, в глубине, пульсировал крохотный лучик нежности.
- Прости меня! Я дурак! Я не думал, что ты так испугаешься, - шепотом произнес Кроом.
- Я испугалась за тебя, а не за себя, - она строго смотрела в эти глаза и, казалось, чего - то искала, - я думала тебя опять схватило какое - то существо из местной фауны. А у меня даже нет сил, чтобы тебе помочь.
- Ты плакала из - за меня?! - В его голосе звучали и радость, и изумление: "Да, Морок, а ты и вправду кретин, каких поискать!"
Она не ответила. Молча поднялась с его колен и принялась одеваться. Затем подошла к воде, чтобы ополоснуть ноги и надеть сапоги.
Балансируя на одной ноге, она водила стопой по воде, стараясь смыть песок.
- Помочь? - и не дожидаясь ответа, подошел к ней и обхватил за бока. Юника вздрогнула, но ничего не сказала и не отпрянула. Справившись с сапогами, она застегнула куртку и стала подниматься по склону наверх, к шалашу.
Они пообедали в абсолютной тишине не проронив ни слова , и Кроом , решив, что, пожалуй, отдохнул на сегодня достаточно, принялся за работу. Юника взяла корзинку и ушла в лес набрать ягод: ей нужно было успокоиться и привести свои мысли в порядок.
Конец лета радовал изобилием даров, которые призывно выглядывали из слегка пожухлой травы, словно просясь в руки. Так, медленно собирая нужные ей ягоды, она прогуляла несколько часов пока не вышла снова к крутому обрыву берега.
***
Вернулась девушка когда уже солнце заходило за горизонт, вечерний шелест волн о берег, приводил ее в благодушное состояние.
Вечер тоже прошел в молчании. Уже перед тем, как ложится спать, Кроом снова обратился к ней слегка заискивающим голосом:
- Юника, не молчи, пожалуйста. Я знаю, что вёл себя как мальчишка, понимаю, что был не прав, - его зеленые глаза были наполнены грустью и раскаянием. Он был искренен с ней.
Девчонка, конечно, давно его простила. Сейчас, глядя в этот океан, она спрашивала себя: "Что же такое приключилось с ней там, на берегу, когда он качал ее на руках? Что за новое или позабытое чувство в ней колыхнулось?”
- Да простила, простила. Что ж с тобой, эволюционировавшим не в ту степь, поделать теперь? - лукаво улыбнувшись, легла на свою лежанку и накрывшись с головой покрывалом, отвернулась от него и довольно быстро уснула. Испытав сильный стресс от такого купания, она была совсем вымотанная.
А вот Кроом заснуть не мог. Он лежал на спине, закинув руки за голову, и размышлял: о превратностях судьбы, о своем прошлом, и о том, что он благодарен вселенной, что именно ему была послана эта девочка.
***
Наступила осень. Дом был достроен. Скромное убранство внутри состояло из печки по центру комнаты, двух топчанов, накрытых шкурами и стола с парой табуреток. В доме была даже пара слюдяных окошек. Все запасы они разместили в пристройке, собранной из некрупных бревен прямо на земле, без фундамента.
Кроом все время пропадал на охоте: он хотел максимально заготовить в прок мяса, чтобы хватило до весны. Памятуя про прошлый год и те трудности, с которыми им пришлось столкнуться, он решил не допускать такой ситуации впредь.