Страница 38 из 47
Носимся с Фомичом (1)
Публика расположилась, как на стадионе, и у шефа с Фомичом началось состязание. Сначала работал шеф. Рыбаков ему ассистировал. Я был третейским судьей. Не знаю, что это такое. Так принято говорить.
Шеф взял подкову через носовой платок и укрепил ее. Подпаяли провода и так далее. Нагрели. Результата, конечно, никакого.
– Ну-с, – сказал шеф.
– Это по-вашему, – сказал Фомич. – Дайте свечку.
Фомич заступил за пульт управления и мгновенно добился тока. Получилась боевая ничья. Со счетом 1:1.
Откуда ни возьмись появился Лисоцкий. Он подошел к Фомичу и нежно обнял его за плечи. Фомич испуганно отшатнулся.
– Ай-яй-яй, – сказал Лисоцкий. – Вам не стыдно, товарищи? Так встречать гостя не годится. Где наше ленинградское гостеприимство?
– Я пить не буду, – тихо сказал Фомич.
– Петр Николаевич, товарищ устроен в гостиницу? – спросил меня Лисоцкий.
– Он же не из Парижа, а из Петушков, – сказал я. – Попробуй его устрой.
– Я это беру на себя, – сказал Лисоцкий.
– Да я уж на вокзале, – предложил Фомич.
А подкова все продолжала давать ток. Кто-то из лаборантов незаметно присоединил к ней лампочку. Та, конечно, загорелась. Шеф сел на стул и вытер лоб тем же платком, которым брал подкову. Саша Рыбаков замерил напряжение и объявил:
– Двести двадцать вольт… А есть подкова на сто двадцать семь?
– Почему нет? Есть, – сказал Фомич.
– Не надо, – еле слышно сказал шеф.
– Василий Фомич, – сказал Лисоцкий. – Сейчас мы вас устроим, вы отдохнете, а завтра продолжим исследования.
– Да чего тут исследовать? – удивился Фомич.
– Могут быть побочные эффекты, – уклончиво ответил Лисоцкий. – Кроме того, надо дать теоретическое обоснование.
– Его уже дал Брумм, – сказал я. – Все дело в чёрте. Или в дьяволе.
Тут Лисоцкий увел Фомича. Тот успел кинуть на меня взгляд, молящий о помощи, но бесполезно. Мне нужно было писать отчет о командировке. Весь народ из лаборатории рассосался. Лампочка продолжала гореть.
– Петя, уберите этот иллюзион, – сказал шеф устало.
– Ничего не поделаешь, работает, – развел я руками.
– Ха! – крикнул из своего угла Рыбаков.
Шеф вскочил и зашвырнул лампочку в железный ящик. Там она благополучно взорвалась. Причем шефа стукнуло током от подковы. Это был неплохой аргумент. Но шеф ему не внял. Как говорят, он закусил удила.
– Петя, – угрожающе начал шеф. – Чтобы этого Фомича я больше не видел. И подков тоже. Сделайте для меня такое одолжение. Я вас освобождаю от работы на неделю. Поведите его в Эрмитаж, покажите кулибинское яйцо. В цирк, на карусели, в бассейн. Куда угодно!
– А эффект Брумма? – спросил я.
– Забудьте это слово! – закричал шеф. Взгляд его упал на подкову, он зарычал и бросился на нее. Никогда не думал, что шеф такой богатырь. Он моментально разогнул подкову и зашвырнул ее в тот же ящик. Следом полетела свеча. Шеф достал таблетку и засунул ее под язык. Я подумал, что, если он сейчас умрет, виноват буду я, а не Брумм. Поэтому я, пятясь, вышел из лаборатории.