Страница 3 из 7
– Отлично, – рыкнул он. – Тогда за работу. И поторопитесь, у меня мало времени, а мадемуазель еще должна успеть на отбор.
– Да мессир, – тут же присела в поклоне модистка, зыркнула на девицу и выдавила, взмахнув руками. – Но у мадемуазель Понс… формы!
Как будто он не видел, что у нее ФОРМЫ!
– Это ваши проблемы, мадам Франс, – обронил он жестко и уселся в кресло, закинув ногу на ногу. – Считайте, что время пошло.
***
Честно говоря, глядя, как этот шикарный волевой мужчина раздает команды направо и налево, Люда была восхищена. Даже в какой-то степени становилось жаль, что он не принц и не дракон.
А вокруг нее уже суетилась модистка, предлагая на выбор несколько готовых платьев.
– Вот смотрите, если мы возьмем вот эти два? Попробуем расставить корсет, а это подошьем и пустим в два слоя…
И вдруг спросила:
– Кстати, мадемуазель, а вы случайно не знакомы с мадемуазель Лансерт?
– Э… – неопределенно улыбнулась Люда. – Дело в том, что у меня после падения в реку частичная амнезия. Можете спросить мессира Равинье, он подтвердит.
– Ммм? – на лице модистки возникло крайне подозрительное выражение.
Но в этот момент из гостиной раздался громовой голос шефа безопасности:
– Мадам Франс, время! Мне долго ждать?!
Все разговоры сразу смолкли.
***
Он просто извелся. И сейчас желал только одного – убраться отсюда. Но прежде надо было доставить девицу на отбор.
А дальше – гори все огнем, его касаться не должно.
Однако приходилось торчать в гостиной, а шеф безопасности спешил, дел по горло. Да даже если бы не спешил. Эдгар Равинье еще никогда не оказывался в такой дурацкой ситуации. Он уже сейчас представлял, какие поползут сплетни по городу.
Если бы эта девица Понс не была участницей отбора, черта с два стал бы он возиться с ней лично. Как максимум – дал бы денег, раз уж она попала в безвыходную ситуацию, и отослал с ней кого-нибудь из своих людей. Но то, что это одна из потенциальных невест принца в корне меняло ситуацию.
И вот, пока он вынужденно сидел там, Эдгар Равинье отдал приказ расследовать, что за нападение на мадемуазель Адель Понс произошло по дороге. Потому что дело могло получить политическую окраску. У него пухла голова и терпение лопалось, а возня в примерочной все продолжалась.
Тем временем карманные часы-артефакт, на которые он периодически поглядывал, показали половину восьмого. Восемь – предельный час, после которого, двери для желающих попасть на отбор закроются. Ему и так придется писать кучу объяснительных, еще и это?!
Шеф безопасности уже собирался рявкнуть во весь голос, что заканчивали как есть. Но тут из примерочной выглянула дева в пышном шелковом платье цвета топленых сливок.
Граф Эдгар ошарашенно застыл, глядя на формы в довольно скромном декольте. Но все равно как обухом… Мелькнула мысль – немедленно все переделать, чтобы была застегнута до ушей. Но время, черт побери, время. Его не было!
– Мессир Равинье, – из-за ее спины ловко вынырнула модистка. – Как вы считаете? Вот смотрите, мы несколько изменили фасон, чтобы… ну, вы поймете.
Эта девица Понс прошлась, поворачиваясь к нему спиной, а он внезапно завис еще больше. Потом прокашлялся, оттягивая ворот, сухо обронил:
– Пойдет.
И тут же резко встал.
– Собирайтесь, мадемуазель Понс, мы уходим.
– Но мессир! – ахнула модистка. – Мы успели подготовить только одно платье!
– Не страшно, – отрывисто бросил он, швырнув кошелек на стол. – Закончите остальные и завтра пришлете во дворец нарочным. Если этого не хватит, пришлете мне счет.
И не оглядываясь на эту Адель Понс, направился к выходу. Ибо если бы он задержался еще на минуту, его бы точно прорвало.
Но сейчас он был на финишной прямой. Сдать эту девицу распорядителю отбора и забыть все как страшный сон.
***
Тот час с небольшим, что пришлось пробыть в примерочной, Люда потратила с пользой. Потому что модные салоны – это средоточия всех сплетен, а салон мадам Франс считался лучшим в городе. А так как женщины от природы склонны к доброте и сочувствия, стоило Люде заикнуться, что у нее амнезия и она практически ничего не помнит, так ей выложили все сплетни, ходившие при дворе.
И у нее теперь было платье!
Можно сказать, в общем и целом, пока все шло хорошо.
***
Оставалось только попасть во дворец – и все, первый этап внедрения будет пройден.
Но у самых дворцовых ворот карета шефа безопасности чуть не столкнулась с другой каретой. На той карете были треугольные флажки и особый значок.
Флажки, особый номер – это же что-то значит, да? У Люды сразу проскочили ассоциации из родного мира. Кажется, нечто подобное имеют машины, принадлежащие послам или главам государств. Но разве дипломатический транспорт не должен был получить приоритет?
Однако обе кареты остановились у ворот дворца, никто не уступил дорогу. Это уже было интересно. Люда немедленно прилипла к окну кареты, отодвинув в сторону шторку. Надо же было посмотреть, кто там.
***
А вот шефу безопасности Эдгару Равинье было вовсе НЕ интересно именно сейчас встретить карету своего заклятого приятеля Фоля Монтраса. С Фолем у него было вечное соперничество еще с тех времен, когда они как-то подрались на первом курсе Академии. Княжество Монрас представляло собой маленький анклав оборотней в их королевстве, а Фоль, будучи владетельным князем, просто обожал выпячивать свою инаковость и разъезжал везде с флажками. Графство Равинье было не меньше по размеру и значимости. И вообще, шеф безопасности считал, что мужчина должен выделяться как-то иначе.
Собственно, в другое время ему было плевать, но сейчас он адски торопился, и у него не было времени выслушивать тупые остроты Фоля. Но тот уже махнул ему рукой из окна кареты:
– Эд? Какая приятная встреча!
– Рад видеть, – угрюмо бросил шеф безопасности.
И хотел приказать, чтобы трогались, но тут Фоль подался вперед:
– Кто это у тебя там, дружище? Дама? Хмм-хмм!
Эдгар мысленно закатил глаза, чувствуя, как пригорает внутри, и процедил:
– Мадемуазель Понс. Сядьте ровно и опустите шторку.
А сам обратился к Фолю:
– Извини, не могу задержаться. Срочное дело государственной важности.