Желанная пленница

Кивнула, сглатывая подступивший к горлу комок из слёз и сожаления. Жаль, что всё так сложилось. Жаль, что я не помню того, что произошло ранее. А Ричард… Ричард, он такой…

― Анна, ты стала мне дороже короны, дороже страны, дороже даже собственной жизни. За столь короткий срок ты сумела сделать то, что не удавалось ни одной женщине.

По моему лицу текли непрошеные слёзы. Я чувствовала то же самое по отношению к нему.

― Но между нами столько препятствий. Твой муж, которого придётся казнить, тогда ты станешь свободной. Это не препятствие, а вопрос времени. Но что делать с моей женой? Я не могу её казнить или запереть в монастыре.

Он сжал мою руку, и я ответила на пожатие.

― Я вёл не самый добродетельный образ жизни, и ты сама скоро узнаешь об этом во всех подробностях от сплетников при дворе. Но я хочу…

Чего хотел Ричард, я так и не узнала. С расширенными от страха глазами я увидела, как король падает на меня. Я побледнела от ужаса. Ричард придавил меня своим мощным телом.

Кричать я не могла. Задыхаясь, я пробовала выползти из-под Ричарда. Так не может быть. Это неправильно. Он не может вот так взять и умереть. Только не Ричард.

― Ваше Величество, ― его люди от страха за жизнь короля забыли, что должны соблюдать тайну. Джон был бледнее собственного накрахмаленного воротничка.

― Та же самая стрела, ― услышала я голос охранника короля. ― Говорил же я ему, не отходить далеко.

На меня смотрели с осуждением, как будто это я виновата в том, что в Ричарда стреляли.

― Стрела явно предназначалась не ему, ― ещё один намёк на то, что покушение — это моя вина.

Ричарда подняли и понесли к экипажу, я, подобрав юбки, отправилась за ним. Но меня задержали, преградив путь.

― Я должна быть с Его Величеством, ― решительно заявила я, пытаясь обойти рослого охранника.

― Сейчас с королём будет целитель, а вам там делать нечего, ― нагло заявил мне старший из охраны.

― Его Величество будет недоволен, если меня не будет рядом, ― попыталась я их запугать.

― Не стоит обольщаться насчёт собственной значимости, у короля таких, как ты…

― Ну, что же вы замолчали? Сколько? Или вы со счёта сбились? ― Истерично закричала я, не ожидая от себя такой реакции. Мне было больно слышать о других женщинах короля.

В душу снова забрались сомнения. Он не мог говорить правду. Ричард ― король, а я жена мятежника. Между нами слишком много преград, чтобы его любовь оказалась правдой.

― Где ваш муж, графиня Эльц? ― Тоном, не сулящим ничего хорошего, спросил начальник королевской охраны. ― Отвечайте!

Глава 18

Я растерянно хлопала глазами. Никак не могла сообразить, что от меня хотят. Это уже третий раз, если не считать попытки изнасилования в замке, когда на меня покушались. Кто-то не оставляет попыток убрать меня. Но главный вопрос: зачем ему это?

Для меня всё укладывается в довольно простую схему, которую рассказал мне Джон. Глостер хочет моей смерти, по банальной причине ― ненависть. Ненавидит за то, что сорвались его планы. И это попытка убить меня, а не Ричарда, и странно, что стража этого не понимает.

― Я не знаю, где граф Эльц, ― чётко ответила я. ― А вам, вместо того, чтобы обвинять беззащитную женщину, не мешало бы поискать стрелка.

Начальник охраны занёс руку, чтобы меня ударить, как появился Джон.

― Что вы себе позволяете, Седрик? ― Прикрикнул на него юный паж.

― Шёл бы отсюда подобру-поздорову, Джон, ― навис над ним всей своей тушей Седрик. ― Мы сами разберёмся.

Джон не испугался и не отступил назад.

― Король пришёл в себя и требует, чтобы леди Анна была рядом, ― сказал паж.

Начальник охраны сделал шаг назад и схватил меня за руку.

― Передай королю, что леди Анна присоединится к нему позже, ― гнусно ухмыльнулся Седрик. ― У нас с ней разговор по душам предстоит.

― Ты бы лучше послал людей обшарить лес, авось, и найдёшь чего, ― бесстрашно заявил Джон, чем вызвал приступ ярости у Седрика.

Зрачки его глаз удлинились, а белки заволокла жёлтая пелена. Он тоже дракон. Все, кто рядом с королём, драконы. У Седрика показалась коричневая чешуя на лице и руках.

― Держи себя в руках, ― жёстко сказал Джон. ― Королю не понравится…

― Что не понравится, дерзкий мальчишка, ― проговорил Седрик, сбиваясь на шипение.

Смотреть на это было жутко. Неужели и Ричард такой же мерзкий, когда превращается в дракона? Меня начала бить крупная дрожь, зубы стучали. Обхватив себя руками, я пыталась успокоиться.

― Боишься, ― зашипел Седрик мне в лицо. ― Правильно делаешь.

― А ты делаешь неправильно, ― не испугался Джон. ― Король тебе за издевательство над леди Анной орден не даст.

Седрик повернул голову на пажа и изо рта показался раздвоённый язык, как у змеи.

― Ты плохо себя контролируешь, Седрик, ― мальчик оглянулся, найдя меня взглядом, подошёл поближе. ― Я забираю леди.

Седрик заступил нам дорогу. Джон крепко схватил меня за руку и прошептал:

― Будьте готовы бежать по моему сигналу.

Я кивнула, а Седрик сделал знак страже, и они взяли нас в кольцо.

― Она никуда не пойдёт, ― злобно прошипел он. ― Ещё немного − и ты останешься вместе с ней, как пособник мятежницы.

В ответ на угрозу Джон расхохотался.

― Послушай, ты, ― маленький паж подошёл вплотную к потерявшему голову дракону. ― Кто ты такой? Да как ты смеешь угрожать мне?

― Смею, дерзкий мальчишка, ― не отступал Седрик. Казалось, что он готов пойти на всё, лишь бы выставить меня преступницей.

А ему-то что я плохого сделала?

― Да за меня отец тебе голову снесёт, мерзкая ящерица, ― зло произнёс паж. ― Как смеешь ты обвинять меня, третьего сына первого советника короля Ричарда, племянника лучшего друга короля? Кто дал тебе право открывать на меня рот? Ты хочешь стать врагом клана?

Я запуталась кто кому какой сын и чей племянник, но по побледневшему лицу Седрика поняла, что он точно это знает. Вот только в запале перегнул палку.

― Уходи, Джон, ― примирительно попросил он. ― И доложи Его Величеству, что леди Анна — главная подозреваемая в нападении.

― Ты чокнутый? ― Серьёзно спросил мальчик заботливым голосом. ― Ты знаешь, что с тобой сделает король?

Как же я была ему благодарна за защиту. Он отчаянно сражался за меня с превосходящим по численности противником. Из Джона получится отличный воин и военачальник.

― Наградит, когда я докажу её вину, ― упёрся Седрик, и мои подозрения, что здесь что-то личное, подтверждались.