Страница 61 из 62
После смерти писателя прошло почти полвека. Свыше столетия отделяет нас от дня опубликования его первого произведения. Над обоими полюсами проносятся огромные воздушные корабли, ввысь взлетают сверкающие вертолеты, в темные пучины океана спускаются подводные лодки и батисферы, почти за пределы земного тяготения вылетают гигантские ракеты, но уже не тысячи, а миллионы читателей все с тем же волнением раскрывают книги Жюля Верна, чтобы следовать по ледяной пустыне к полюсу за капитаном Гаттерасом, лететь вокруг земного шара на «Альбатросе» инженера Робура, бродить по подводным лесам вместе с капитаном Немо и стоять рядом с Мишелем Арданом в гигантском алюминиевом ядре, летящем в межпланетном пространстве.
Читателей книг Жюля Верна влекли к ним – и продолжают увлекать и в наши дни – не «Наутилус», потому что подводные лодки существовали и до него, не «Альбатрос» – ведь в эту эпоху все, кто интересовался техникой, знали и проект аэродромической машины Ломоносова, чертежи геликоптеров Коссю, Лаланделя и Понтон дАмекура, и даже не межпланетный корабль пушечного клуба, – в старых книгах, которые сам Жюль Верн читал в детстве, можно было прочитать, по крайней мере, о двух десятках путешествий на Луну и другие планеты. Молодых читателей больше всего влекли к себе те, кто создал все эти чудесные машины и вдохнул в них жизнь, люди, полные веры в науку и безграничное могущество человека, не выдуманные идеальные, положительные герои, но живые люди, которым можно и должно было подражать!
Своей долгой жизнью книги Жюля Верна обязаны не только литературному таланту. Нет, это победа созданного им нового литературного жанра, торжество новых героев, воплотивших в себе многие черты человека завтрашнего дня.
Греческое слово «география» буквально значит: описание Земли. Сто томов сочинений Жюля Верна – это тоже география, но ожившая, одухотворенная обаятельными героями, которые идут по земному шару, не как каталогизаторы или собиратели коллекций, но как открыватели и завоеватели вселенной, которую они отдают во владение освобожденному человечеству. И эта география никогда не устареет, как бы ни изменилось лицо Земли за истекшие годы, как никогда не устареет история подвигов человеческого гения.
Мы любим живой и легкий язык французского писателя, полный юмора, блестящих сравнений и чудесных лирических отступлений. Мы никогда не устаем следить за необычайными приключениями его героев – находчивых, бесстрашных и благородных. И каждый раз, закрывая его книгу, мы чувствуем, что он вдохнул в нас оптимизм и веру в беспредельное могущество человека.
Мы любим Жюля Верна за то, что он был первым, кто открыл читателям поэзию науки, романтику и героику научных подвигов, кто повел читателей в творческую лабораторию ученого, изобретателя, кто позвал людей завоевывать будущее.
Патриот, считающий Францию вождем мирового прогресса, Жюль Верн в то же время был чужд национальной и расовой ограниченности. Ему мало было Франции и Европы, – ему нужен был весь земной шар, чтобы показать могущество и труд человека любой национальности, с любым цветом кожи. Охотник готтентот Мокум, рабыня Зерма, негр Геркулес, австралийский туземец Толине, индианка Ауда, турок Керабан, действующие лица романа «Треволнения одного китайца» – все они стоят наравне с европейцами и американцами. А индиец Немо и негр Наб поставлены даже выше: один – как великий борец за свободу, другой – как участник утопической коммуны на Таинственном острове. И мы любим Жюля Верна за его гуманизм, за его патриотизм и интернационализм.
Но больше всего мы любим Жюля Верна за то, что он широко распахнул дверь в литературу науке, технике и новым героям.
В литературе и раньше существовали книги, герои которых летали на управляемых воздушных кораблях, путешествовали в глубинах Земли, плавали на чудесных подводных лодках и посещали другие планеты. Но вся эта фантастика была не более чем игрой ума, чистым вымыслом, не опирающимся на реальные завоевания науки и техники. Жюль Верн первый создал реалистическую фантастику, вырастающую из успехов науки и завоеваний техники его времени, смело воплощая в живые художественные образы не мечту-сказку, но мечту научную и техническую, реальную мечту своего века. Вот почему его книги были первыми подлинными научно-фантастическими произведениями.
Красоту природы и искусства он дополнил новой красотой. Он открыл читателям поэзию науки, красоту и романтику творческого труда. То, что казалось другим серым, обыденным, слишком отвлеченным, он заставил стать необыкновенным, засверкать всеми красками, показал полным блеска и движения, романтика обыкновенного – вот постоянный, вечно меняющийся и всегда прекрасный пейзаж его «необыкновенных путешествий».
Но что важнее всего – в центре внимания писателя, в каждом его произведении не научно-техническая идея или конструкция, но человек – их носитель и создатель. И сюжет каждого романа рождается не из саморазвития технической идеи, но из целей и стремлений героев.
На смену герою аристократу, герою мещанину, герою, не видящему, куда применить свои способности и силы, в произведениях Жюля Верна в литературу пришел новый герой – инженер, изобретатель, борец за свободу угнетенного человечества. Сцена, где он действует, – не узкий домашний круг, не светский салон или придворное общество, но его мастерская, его лаборатория – воздушная, подземная, подводная, пусть даже межпланетная, и открываемый им заново огромный великолепный мир. Дело его жизни – вдохновенный творческий труд.
В нашей памяти живут и долго еще будут жить в памяти многих поколений гений моря, великий ученый и революционер Немо, Гленарван и его спутники, колонисты острова Линкольна во главе с инженером Сайресом Смитом, подлинным воплощением науки, делающей человека всемогущим, смелый разведчик Марсель Брукман, капитан Гаттерас, доктор Клаубонни, профессор Лиденброк, инженер Робур, ученый-географ Паганель, профессор Аронакс, Мишель Ардан – все эти герои, порой чудаковатые, люди, лишенные страха, полные веры в человеческое могущество и в науку, которая для них поистине является волшебным философским камнем, открывающим им дорогу в запретные, казалось бы, миры: подводный, подземный, заоблачный и межпланетный!
Пусть образы этих героев по своей жизненности уступают героям великих писателей-реалистов XIX века. Но это хотя и схематическая, но все же попытка создать людей завтрашнего дня. Это то новое, что внес в литературу Жюль Верн. Новое в момент появления всегда бывает гораздо более слабым, чем старое, – и в природе и в общественной жизни. Но оно принадлежит будущему и поэтому непобедимо.
В своих романах Жюль Верн обращался преимущественно к молодежи и людям будущего, которые, как он верил, будут читать его произведения. Эти будущие поколения он хотел научить любить свободу и верить в грядущую победу освобожденного человечества над силами зла и косной природой. Ушли в прошлое фантастические проекты Жюля Верна, и действительность переросла его мечты. Но живы и по сей день его герои, и до сих пор они волнуют молодых читателей.
Он поднял к солнцу и свету и заставил итти вперед многие сотни, если не тысячи людей, которые стали строителями нового мира, пролагателями неведомых до того путей в науке, смелыми изобретателями, инженерами-творцами, просто вдохновенными тружениками.
Жюль Верн не был ни великим писателем, ни гениальным ученым, ни каким-то пророком будущего. Жюль Верн указал путь не науке, не технике, не литературе, но людям. Его наследство не научные идеи, не только литературные образы, но главное – великая и непобедимая армия его читателей.
Это наследство – самое дорогое из всех дел писателя. И оно не истощается – и не истощится никогда, потому что с каждым днем оно становится все больше, и мы ценим его все дороже.
Жюль Верн был и остается великим воспитателем, и в этом его сила, слава и бессмертие.
Уже были названы те, кто с гордостью признавал ту роль, которую сыграл Жюль Верн в формировании их мировоззрения, в выборе ими профессии. А сколько их, еще не названных и безыменных, великих и малых, чье творческое воображение было впервые разбужено книгами Жюля Верна! Скольким он указал, и еще укажет, путь в науке и в жизни – не потому, что он лучше видел дорогу к цели, но потому, что он верил в победу. Он еще не собран и даже весь еще не взошел, этот великий посев в умах стремящегося вперед человечества!