Страница 5 из 61
Глава 2
— Это дачи, Лесь. Значит, тут с осени по весну мало кто живет. Освещение плохое.Папа вез меня по типичному садовому товариществу и говорил:
И вертел головой по сторонам, выискивая опасность. Даже окно открыл и принюхивался.
— Сейчас же полно народу. Лето. Смотри, в окнах свет там, там и там, – я показывала рукой на дома.
— Печкой пахнет. Какое в доме отопление? – обескуражил меня вопросом отец.
— Кто бы знал, – пробормотала я.
— А ты что, дом не смотрела? Или внимание не обратила? Ты плохо переносишь холод, а частный дом – это не квартира.Я ничего о доме не знаю. Будет хорошо, если у него есть четыре стены и крыша над головой.
Был у меня один недостаток от того, что папа сверх, а мама – человек. Я не очень хорошо переносила холод. Смешно слышать от полярной лисицы, да?
— Дом мне в подарок достался. – Я звякнула ключами в воздухе.
— От кого? – папа резко затормозил.
Хорошо, что я была пристегнута, а то бы мой лоб поздоровался со стеклом.
— Не переживай так, пап. От одной знакомой бабули, – сказала я, понимая, как это звучит.
Похоже, папа пойдёт со мной смотреть дом. И я этому, честно говоря, даже рада.
— Той самой лисьей старушке?
Откуда он знал? Или мы о разных людях говорим?
— Почему лисьей? – уточнила я.
— Потому что она двоих сверхов у нас в логове пережила, и продолжила бы, да мы вовремя спохватились и вернули ее к людям.
— Вернули? Я слышала от Скалы, что она сама ушла. Что со сверхами сложно было жить.
— Ей-то сложно? Да она даже самых хитрых лис обведет вокруг пальца! Она не могла тебе ничего подарить, только продать.
— Эм..
Не говорить же отцу, что во мне она видит свою замену? Знания хочет передать.
— Лисена, признавайся, в чем обмен состоял?
— Ни в чем. Я у нее горшки пересадила. Она мне ключи подарила. Сказала, дом отпишет.
Отец как-то странно задергал головой, будто ему в ухо что-то попало.
— Не нравится мне все это, – сказал он.
— Все тебе не нравится! Убегаю – не нравится. Оседаю – тоже не по вкусу.
Папа дальше повел машину молча, пока не остановился у конечной точки пути по навигатору.
— Вы приехали, – сказал приятный женский голос.
Я видела только завалившийся забор и кусты. И лишь вдали, в самой глубине участка, едва выглядывал треугольник крыши.
— Хм.. – многозначительно хмыкнул папа и вылез первым.
Я не отставала: вышла из машины и оценила внешний вид дома. Сорняки мне по макушку. За ними даже рассмотреть ничего невозможно.
— Давай с утра приедем, – отец положил руку мне на плечо.
— Нет, – во мне говорило упрямство. – Сейчас к дому тропинку протопчу, освоюсь, а с рассветом займусь территорией.
Папа глубоко-глубоко вздохнул и пробормотал себе под нос:
— Если будет где осваиваться в доме.
Я начала протаптывать тропинку к калитке.
— Давай я.
— Нет, пап. Я хочу сделать это сама. Первой.
Мне было важно самой проложить этот путь. Да, у меня за плечами настоящий мировой мужик – всем отцам отец. Но он прав.
— Ты же сам говорил, что мне пора самой встречаться со своими проблемами.
Папа вздохнул еще тяжелее, чем раньше:
— Да я не про эту мелочь.
— А все начинается с мелочей, пап. И я начну.
Я обратилась к своей лисичке за помощью, и она охотно отозвалась. Зря папа беспокоится, что я со своей звериной половиной не в гармонии живу. Как по мне, у нас настоящая идиллия. Вон как сейчас откликнулась моя половина: тут же помогла в два раза ярче видеть в темноте, слышать шуршание мышей в траве, жуков и червяков в земле. И даже то, как папа практикует дыхательные практики.
Сразу за калиткой меня стеной встретила высокая трава. Я шагнула в нее, словно в другой мир, ощущая внутри предвкушающее покалывание. Ориентируясь на звук от ветра, что играл с чем-то железным на крыше дома, я пробралась сквозь траву прямо к дому, ощущая себя словно в поле, а не на садовом участке.Я старательно примяла траву ногой до самой калитки, вставила заржавевший ключ в старый замок и со скрежетом повернула. Открыла!
Дом разочаровал. Оказался крошечным, словно имел одну комнату и крышу. В темноте больше походил на сарай, и я не особо себя обманывала тем, что при свете дня он станет больше. На стене можно было не писать для воров большими буквами “Здесь брать нечего”, и так понятно.
Я поднялась по трем скрипучим ступеням и подошла к кривоватой двери. Она, вообще, откроется?
Но ключ вошел легко, поворот вышел еще легче. Замок щелкнул, и дверь медленно открылась.
В лицо ударил запах дерева и сырости. На расстоянии двух шагов разваливалась от времени печь, осыпалась штукатуркой на пол. Слева нависал большой холодильник. Сразу за ним темнело что–то похожее на самодельный разделочный стол с электрической плиткой. А если посмотреть направо, за печь, то там начиналось пространство комнаты для сна с диваном, столом и стулом.
— Поехали домой, – прозвучало твердое приглашение от папы валить из этого гнездышка.
А я почувствовала – не уйду. Это мой стартовый уровень, мое начало.
— Нет. Назвала логовом – буду обживать.
— И где ты будешь спать? – Отец нашел выключатель и в комнатенке стало светло. – Свет не отрубили? Странно.
Освещенная комната стала казаться еще меньше
— Видимо, бабуля следит за счетами.
Вот это я вообще не удивилась.
Заметила интерес папы к стулу и столу и тоже присмотрелась.
— Ты это видишь? – спросил он.
— Что?
— Все абсолютно новое. Мебель была давно произведена, но не использовалась. Стул не сижен, стол не протерт..
— Пап, если ты сейчас понюхаешь диван и скажешь, что он ни разу не пропержен, я попрошу тебя поехать домой, – отшутилась я.
Но сама помнила заветы Скалы быть внимательной к мелочам. И с папой была согласна. Помимо обвалившейся печи все остальное выглядело абсолютно нетронутым.
И еще у меня кое-за что зацепился взгляд. Вот только проверить я хотела это сама, в одиночестве.
Я широко зевнула, прикрывая рот рукой:
— Ой, так спать охота.
— И где ты собралась ложиться?
— На диване.
— А подушка? Одеяло? Постельное белье? – Внимательным взглядом отец окинул помещение и высказал то, что я заметила чуть ранее: – Тут нет шкафа. Так не бывает.
— Выкинули его. Пап, ты что, ищешь, за что бы прицепиться?
— Давай я сгоняю за необходимым. Проверю, работает ли холодильник. Привезу продуктов.
— Пап, давай все завтра. Я не голодная.
— А спать как?
— Прямо так.
— Ты в вечернем платье дрыхнуть собралась?
— Обернусь лисой. С утра сгоняю за вещами. Перееду.